Новогодняя симфония дракона - Кария Гросс

- А! — открыла я рот, делая шаг назад.

Не то чтобы я сомневалась, но сейчас меня интересовал вопрос, есть ли в удавьем сердце какая-то благодарность к создателю? Нет, конечно, я не ждала того, чтобы удав радостно бросился на меня, назвал меня мамой и так далее… Но хотя бы не мстить мне за единственную недоразвитую лапу, которая совершала толкательно-поступательные движения.

Снежная змея превратилась в настоящую змею и поползла по залу, а я отходила от нее. Мне очень хотелось прочитать в желтых змеиных глазах радость встречи с как бы родительницей, но пока что я не могла прочитать в них ничего!

Музыка набирала темп, словно огромный вращающийся маховик. Сердце мое набирало темп в такт музыке.

- А вы не могли бы… — пискнула я, понимая, что змея приближается ко мне.

Я посмотрела на маэстро, который играл с таким упоением, что закрыл глаза.

- А можно не… — снова пискнула я, чувствуя, как упираюсь спиной в стену. Это — худшее, что могло случиться. Нет, я понимаю, маэстро человек творческий, но не думаю, что его вдохновят мои ноги, торчащие из пасти удава!

- Помогите! — пискнула я, понимая, что змея становится в полный рост передо мной. Белоснежная, сверкающая, страшная, опасная и красивая, она извивается, словно собирается броситься на меня.

Сердце ухнуло вниз, когда музыка сделала яростный выпад, а змея бросилась на меня и… рассыпалась снегом у моих ног.

Маэстро остановился, глядя на остатки моего удавчика и на меня, которая вжималась всей спиной в стену.

Молча, не говоря ни слова, Ниссен вышел из зала.

- Вот тебе и музыка, — прошептала я, мчась за тряпкой и вытирая остатки удава.

Нервы все еще икали, а я пыталась успокоить их. Но они устроили настоящий бунт.

- Думайте о деньгах! — проворчала я, выжимая тряпку в ведро.

Вылив ведро на улицу, я поковыляла в сторону своей комнаты. Спину ломило, как у семидесятилетней старухи. Глаза слипались, а я во сне все еще лепила снежных удавчиков.

- Нет, всё! — выдохнула я, слыша звон колокольчика. Я поняла, что уже утро. — С меня хватит! Сегодня же увольняюсь!

Решительно я встала с кровати, чувствуя, как при мысли об увольнении мне стало на душе намного легче!

Глава 19

- Будет еще мне указывать, какой длины должна быть змея! - ворчала я. - Красиво ему подавай! Ага! Щас! Разбежалась, поскользнулась, упала, застонала!

Но тут же меня обожгла неприятная мысль, а куда я, собственно, пойду? У меня здесь нет ни дома, ни родных, ни друзей. Мне даже переночевать негде!

Это страшное чувство неизвестности пугало меня. Но и мысль, что в следующий раз с меня потребуют прокопать туннель отсюда до столицы, тоже ни капельки меня не грела! Но и не пугала уже настолько, как прихоти капризного гения.

Я расправила плечи и направилась в сторону, где слышалась скрипка. Ну, сейчас я ему все скажу, а потом буду свободна, словно ветер. Если он заплатит мне за день, то этих денег хватит, чтобы переночевать. Дальше буду думать.

Но жить в этом замке невыносимо!

- К вам можно! - постучалась я в дверь, вместо того, чтобы открыть ее и тихо проскользнуть внутрь.

"Наша встреча была ошибкой!" - вертелась в голове первая фраза.

Маэстро стоял возле открытого окна. Ветер надувал шторы. От порывов снежного ветра огонь в камине почти не горел. На мебели сверкала изморозь. Но, казалось, маэстро даже не холодно.

- Я бы хотела уволиться, - произнесла я. - Вы сами видите, что я не соответствую вашим ожиданиям!

Эти слова я произнесла с гордо поднятой головой.

Я ожидала какой-то реакции. Например, хмуро сдвинутых бровей, мол, как я в тебе ошибался. Или, наоборот, радости от того, что я увольняюсь!

Но красивое лицо маэстро не выражало ровным счетом ничего. Только его глаза смотрели на меня внимательно.

Молчание маэстро действовало на меня так, что я начинала нервничать.

Он вздохнул.

- Да, вы меня не устраиваете, - наконец-то произнес маэстро. - Однако, я не могу позволить вам уйти, не найдя себе замены.

- Это что? Рабство? - ужаснулась я.

- Можете считать, что да, - заметил дракон, проводя смычком по струнам. Звук был тонким, мелодичным и приятным.

- Понимаете, я... эм... слишком далека от музыки, - заметила я, стараясь говорить как можно убедительней. - Мне медведь на ухо наступил... В детстве... Больно... Поэтому я подумала, что нам будет лучше расстаться. Я, конечно, не обижусь, если вы решите мне не платить за фактически отработанный день и...

Я стала запинаться. Чувство неловкости сковывало мои движения и речь.

Маэстро с наслаждением провел смычком, вызывая новый прекрасный звук, от которого сердце начинало трепетно сжиматься.

- Считайте, что я просто не понимаю музыку, - продолжала я, чувствуя, что спотыкаюсь на каждом слове. Если он гений, то поймет. И обидится.

- Анна, вся жизнь вокруг — это музыка, - заметил маэстро, со вздохом ведя смычком по струнам. - Ваш голос — это тоже музыка... Даже тишина — это музыка. Помешивание чая — это музыка... Шелест страниц книги — это музыка... Я так вижу мир, а как видите его вы?

Последние слова он прошептал.

- Я вижу его обычным, - сглотнула я, осматриваясь по сторонам.

- Поэтому у тебя не получается. Ты не понимаешь главного, - заметил маэстро. - Ты должна научиться жить в потоке собственной музыки. Получать удовольствие от всего, что ты делаешь, творить, создавать... У каждого человека должен быть талант в чем-то. Найди его и наслаждайтесь.

- О, у меня совершенно нет талантов! - ответила я, пожимая плечами. - И я... Я чувствую себя как-то...

Я обхватила плечо одной руки другой. Я не понимала, о чем он. Такие возвышенные темы обычно меня не касались.

- Я могу сходить в деревню, чтобы поискать кого-то на мое место? - спросила я, набравшись мужества.

- Раз ты так решила, то — пожалуйста, - заметил маэстро, отвлекаясь на игру.

Я выдохнула и вышла из комнаты. Он так легко меня отпустил?

Вздохнув, я направилась в комнату и нашла там теплую одежду. Сейчас пойду в деревню