Сбежавшая невеста - Елена Ивв

Глава 7

Кирилл

За ту неделю, что малышка живет у меня — я успел к ней приростись и душой и мыслями. Она позитивная, довольно смышленая, ну и что греха таить — очень хороша собой. Последние дни я наблюдаю за ее действиями, за ее жестами. Чем то она меня зацепила. Причем конкретно.

За моими размышлениями меня застает мой друг — Юрий, он же юрист моей фирмы.

— Зашел напомнить тебе о сегодняшней встрече, — перевожу на него вопросительный взгляд. — Ну, я, собственно, так и думал. Сегодня на пять часов у тебя назначена встреча с будущими родственичками, а конкретнее знакомство с невестой.

— Можно встречу перенести на потом? Я сейчас занят.

— Увы, но нет. До свадьбы осталось чуть больше недели. Вам уже пора познакомиться.

— Как составлен договор?

— В плане? — с настороженностью интересуется Юрий.

— Есть возможность расторгнуть договор без последствий?

— Ну, в принципе есть. А что случилось? Неужели из-за соседочки своей крышу потерял, — ехидничает.

— Крыша еще при мне, но зацепила конкретно, — откидываюсь на спинку офисного стула.

— Интересный экземпляр, — задумывается. — Я бы на нее взглянул. Познакомишь?

— Нет.

— Я почему-то так и подумал, — расхохотался Юрий. — Но встретится всё равно придется, как минимум с девушкой. Надо объяснить почему ты хочешь расторгнуть договор, чтобы она не восприняла это на свой счет.

— С каких пор ты так печешься о женщинах? — скептически интересуюсь. Он никогда не считал нужным заботиться о чувствах окружающих. Особенно женских.

— Просто мало ли мне эта девчонка приглянется, а она после разрыва проблемы с головой заработает. Я предпочитаю спокойные ночи, — закончил с ехидной улыбкой.

— Хорошо, — сдаюсь. — Съезжу и поговорю.

Покончив с работой пораньше, сажусь за руль и еду по назначенному адресу. На душе скребутся кошки. Плохое у меня предчувствие какое-то. И не спроста. Когда меня встречают родители девушки, они очень бледнеют. Переглядываются и опасливо на меня косятся. Решаю не предавать этому значения и начинаю говорить то, зачем, собственно, сюда и приехал.

— Где ваша дочь? Я хотел поговорить с ней… я расторгаю наш договор.

Они переглядываются, и будто расслаблено выдыхают.

— Понимаете, — начинает женщина. — Наша дочь сбежала, когда узнала о свадьбе. Мы не знаем где она.

— Что значит сбежала? — суживаю глаза.

Внутри всё сжимается. Царапает, словно вот она главная зацепка. На самом виду. Вот только не пойму в чем.

— Где ее комната?

Иду по направлению показанному ее родителями. И захожу в девчачью комнату. Осматриваюсь. Пытаюсь выцепить хоть что-то полезное. Натыкаюсь на фотоальбом и сажусь на диван. Детские фото, школьные и одни из самых последних заставляют меня насторожиться. Нет. Не может этого быть. Я не верю в такое совпадение. С фотографии на меня смотрит очень знакомая мне девчуля с розовым рюкзачком.

— Она очень любит этот рюкзак. Никогда без него не уходит.

— Она его с собой взяла?

— Да. Ксю очень любит его.

— Ксю? — режет слух.

— Извините, — склоняет голову горничная или кто она тут. — Оксана любит, чтобы ее называли именно так.

Два ноль не в мою пользу.

— Как зовут ее отца?

— Трофим Геннадьевич.

— А фамилия?

— Костенецкий, — всё так же, не поднимая головы, отвечает женщина.

А вот тут мимо. Два один.

Еще некоторое время залипаю на фотографии и пытаюсь понять — может это ее двойник, который так сильно на нее похож?

Решаю не тянуть кота за яйца и выезжаю обратно в офис. Рабочий день еще не закончен, так что юриста я застаю в его кабинете.

— Как фамилия той девчонки, с которой у меня договор на брак? — врываюсь в кабинет.

— Какая тебе разница. После свадьбы всё равно твоя будет.

— Она сбежала, когда узнала про договорной брак.

— Куда?

— Ты мне наконец скажешь ее фамилию?! — выхожу из себя.

— Сейчас, сейчас, — роется в документах. — Вот. Северицкая Оксана Трофимовна.

— Твою ж мать, — роняю тело на стоящий напротив него стул. Моя надежда, что это не она, рухнула под тяжестью доказательств обратного.

— Ну и какие наши действия? Мне ее разыскивать?

— Не надо никого разыскивать. Она у меня живет.

— Не понял.

— Подобрал девчонку с улицы на пару недель. Сирота говорит. Вот же. Поверил, сучке.

— Вот так, неизвестно кого подобрал? А если бы, она наводчицей была?

— Не похожа. Домашняя девочка, хоть и зубастая. Нервы мне за первые пару дней выклевала. Пару дней как себя тихо ведет, что навевает на дальнейшие склоки.

— И чего не выгнал? Ты же не любишь, когда женщины тебе скандалы устраивают, — угарает, сукин сын. — Вон, от секретарши своей шугаешься, — зло зыркаю на него. — Обделяешь, бедную, своим вниманием, — не был бы другом, давно бы по морде словил.

— Рука не поднялась, — морщусь.

— Это та самая соседочка получается? Спал уже с ней?

— Нет. С тех пор, как подписал договор на заключение брака я ни с кем не спал, — кровь закипает от мысли, что эта дрянь меня обманула. А знает ли она у кого живет?

— Ты чего такими хищными глазами смотришь? Решил исправиться? Между прочим, изменой это уже не будет считаться.

— Да. Я уже тоже об этом думаю.

— Ну, звони, если понадоблюсь.

Прощаюсь и еду домой. Пытаюсь кипение свое унять. Руль крепко сжимаю. До побеления костяшек. Если она скажет, что знает у кого жила… я не знаю, что я с ней сделаю. Хотя почему не знаю. Знаю. Вжимаю педаль газа и несусь домой. Уж больно хочется со своей невестушкой поболтать.

Тихо захожу в квартиру. Не шумлю. Мало ли, что я могу услышать. Я вытрясу из тебя всю душу, но узнаю всё. Свет горит только на кухне. Туда и направляюсь. Оксана тут же что-то прячет за спину, испугавшись, когда увидела меня. Есть что скрывать, дорогая?

— Что прячешь? — спросил,