Плени меня - Хармони Уэст

Я спешу к Тео и дергаю его за руку.

— Ты можешь проводить меня домой?

— Эй, мам, мне пора. — Как только он вешает трубку, он улыбается мне. — Конечно.

Я стараюсь, чтобы моя улыбка не стала слишком широкой.

— Спасибо.

Я забыла куртку, поэтому крепко прижимаю руки к груди и стискиваю челюсти, чтобы зубы не стучали, когда мы проходим под уличными фонарями и мимо светящихся синих ящиков экстренного вызова.

— Вот. — Тео сбрасывает свою толстовку и набрасывает ее мне на плечи. Меня мгновенно окутывает его мужской, цитрусовый аромат.

Я дарю ему благодарную улыбку. Он самый добрый человек, которого я когда-либо встречала.

— Спасибо.

В это время ночи в кампусе царит пугающая тишина. Точно так же, как в ту ночь, когда мы с Ноэль поздно возвращались из библиотеки, когда она практически сделала за меня школьное задание, в то время как я спрятала голову в руках и плакала, острая боль от смерти Хантера все еще давила мне на грудь. По дороге домой я попросила ее остановиться рядом со мной, чтобы я могла осмотреть машину с погнутым крылом.

Крыло с вмятиной в форме человека.

— Нам нужно возвращаться домой, Кэсси, — позвала Ноэль. Но я должна была знать. Я должна была знать, на этой ли машине кто-то убил моего брата.

После похорон я поставила перед собой задачу найти того, кто сбил Хантера и оставил его истекать кровью и умирать. Позволить им почувствовать половину той боли, которую испытывал он. Половину ужаса в его последние минуты. Я фантазировала обо всех способах заставить их страдать за то, что они сделали с ним.

Я, должно быть, останавливалась десять, пятнадцать, двадцать раз, чтобы осмотреть машины с вмятинами на крыльях. Не имело значения, были ли мы скрыты в темноте или выставлены на всеобщее обозрение средь бела дня. Ноэль настаивала, что нас нельзя было застать кружащими и осматривающими машины незнакомцев. Что кто-нибудь вызовет на нас полицию или достанет биту, чтобы прогнать нас самих. Но я не могла остановиться. Не могла отпустить это.

Я должна была знать. Я должна была добиться справедливости для моего брата.

Итак, я записала номер машины, сердце бешено колотилось от уверенности, что я нашла ключ к разгадке. Что я нашла тот ключ, который разгадает тайну того, кто убил моего брата.

Затем позвонили Ноэль.

— Привет, папа.

Даже когда между нами было несколько футов, я услышала, как он спросил:

— Ноэль, Кэсси с тобой?

Я напряглась. Я не могла вынести еще больше плохих новостей.

— Да, она здесь. Все в порядке?

— Водитель, который сбил Хантера… — Ее отец вздохнул. — Он сегодня сдался полиции. Он арестован.

Мое сердце подскочило к горлу. Что, если это был владелец машины, которую я только что нашла? Я бы начала с того, что взломала их машину и проколола шины.

— Подожди. — Голос Ноэль повысился на октаву. — Что?

Он глубоко вздохнул.

— Это был Майкл.

Майкл. Их личный механик. Их специалист по техническому обслуживанию. Уборщик бассейна. Садовник. Правая рука мистера ван Бюрена.

Мой желудок сжался.

— О боже мой. — Ноэль прижала руку к груди, ее полные ужаса глаза сверкнули на меня.

— Помнишь, как он отвез "Бентли" в мастерскую? Сказал, что эту штуку нужно поднять, чтобы починить? Очевидно, они закончили работу пораньше, и он взял ее для небольшой увеселительной прогулки. — Я практически слышала, как мистер ван Бюрен качает головой, и меня обдало кислотой. Точно так же, как это было, когда я услышала новости о Хантере. Как будто он снова умирал.

Глаза Ноэль расширились. Ее голос стал приглушенным, как будто я тонула в море, а она была над водой.

— Кэсси?

— Кэсс? — Теперь спрашивает Тео. — Куда ты пропала?

Я прогоняю воспоминания, хотя ни одно из них не уходит далеко.

— Прости. Просто это… слишком много.

Он кивает, сжав губы. Я должна быть благодарна за этот редкий момент наедине с Тео. Вместо этого я провожу с ним свои драгоценные минуты, погружаясь в прошлое.

Я бы хотела поцеловать его. Помочь друг другу забыть. Погрузиться друг в друга и насладиться несколькими блаженными моментами, когда мы не беспокоимся о Ноэль, не вспоминаем близких, которых потеряли, не мучаемся из-за прошлого и не беспокоимся о будущем.

Но я не могу утешить его так, как хочу. Он принадлежит Ноэль.

— Мы можем поговорить буквально о чем-нибудь другом? — спрашивает он.

— Да, — быстро отвечаю я, оглядывая небо в поисках темы для разговора. — Эм… Ты знал, что меня назвали в честь созвездия?

— Там есть созвездие по имени Кэсс?

— Кассиопея. — Я останавливаюсь посреди тротуара и показываю на небо. Огни из Норена, общежития первокурсников, заслоняют некоторые звезды, но не мою. — Видишь эти пять звезд? Они выглядят так, как будто образуют W. Это Кассиопея.

Тео удается слегка улыбнуться, и я чуть не плачу от облегчения. Мне нужно было, чтобы он снова улыбнулся.

— Твои родители действительно увлекались астрономией?

— Мой брат. — Я сглатываю, и Тео терпеливо ждет, пока я произнесу нужные слова. — С тех пор, как мы были детьми, он хотел быть астронавтом. Я хотела быть авиационным инженером, проектировать космические корабли, которые доставили бы его на Луну или Марс.

— Я рад, что ты все еще делаешь это. — Голос Тео теплый, как горячий шоколад в холодный зимний день. — Твой брат хотел бы, чтобы ты следовала своей мечте.

— Да, он бы хотел. — Каким-то образом Тео удалось заставить меня улыбнуться при мысли о моем брате впервые с тех пор, как он умер.

— Мне всегда это в тебе нравилось, Кэсс.

Мое сердце замирает.

— Что именно?

— Какая ты умная. — Тео останавливается, и я понимаю, что мы уже добрались до дома. Комплимент совершенно выбивает меня из колеи. Если бы он назвал меня красивой, я бы, наверное, вспыхнула.

Большая часть света в доме уже выключена, девочки спрятались на ночь. Все мы целы и невредимы, за исключением одной.

Хотела бы я пригласить Тео в дом. Провести ночь вместе. Даже если бы он был не в настроении выебать мне мозги и заставить забыть все дерьмовые вещи, которые произошли за последние шесть месяцев, я знаю, что спала бы как ребенок у него на руках.

— Увидимся завтра, — обещает Тео и снова обнимает меня. На этот раз дольше, томительно. Может быть, ему это нужно так же сильно, как и мне. Может быть, часть его тоже этого хочет.

Он отходит назад, чтобы помахать мне, прежде чем развернуться и направиться вниз