В плену страха - Ольга Купцова

— Да мне! А вы Богдан?

— Да.

Я с облегчением выдохнула. Заметила что он не собирается заходить через калитку, решила сама подойти. Спускаясь с крыльца, ступив на последнюю ступеньку, раздался треск. Взмахнув рукой я схватилась за перила. Старое деревянное перило заскрипело и стало валиться на бок, утягивая меня за собой. В щитаные секунды я оказалась на земле по верх перил. От приземления тело пробила боль, слёзы мгновенно выступили на глазах. Я попыталась подняться, но сделать это было не так просто. Мой и так травмированный бок, заболел с новой силой. А нога застряла в сломанной ступени.

Не успела моргнуть, как рядом со мной оказался это самый здоровяк. Одним рывком выломал и так сломанную лестницу, и высвободил мою ногу. Помог встать.

— Эй ты чего? Привезу я дрова, зачем крыльцо то ломать.

Я рассмеялась сквозь слёзы.

— Я не специально. Оно старое.

— Афигеть! Такая мелкая. А крыльцо в щепки разнесла.

Не смотря на боль в ноге и в боку, я смеялась.

— Ни чего не сломала. — заботливо спросил.

— Только крыльцо.

Тут и он рассмеялся.

— Шутишь. Значить всё в порядке.

Я решила отойти от него. Но видать ногу всё же подвернула. Чуть не упала схватилась за его рукав. Он тут же подхватил меня.

— Так не вздумай опять падать.

Помог мне сесть на лавочку.

— Ногу подвернула. — потянулась что бы снять обувь. Он меня опередил.

Сидя на корточках на против меня. Он аккуратно снял с меня кроссовок, и носок. Стал ощупывать ступню.

— Перелома точно нету. Вывих. — и посмотрел на меня.

— Ни чего себе! А с лицом что? — спросил, не выпуская мою ногу из рук.

Я смущённо отвернулась.

— Не хочешь не говори. — и в этот момент он дёрнул мне ногу.

— Ай! — закричала я, и заплакала.

— Тщщ. Сейчас всё пройдёт. — стал так нежно поглаживать ногу.

— Ты что травматолог? — спросила его вытирая слёзы.

— Нет.

— А от куда знаешь как вправлять вывих?

— Так это старый дедовский способ. Сначала отвлечь а потом дёрнуть.

— А если бы был всё же перелом, а ты дёрнул. — не успокаивалась я.

— Ну я же осмотрел. Всё в порядке.

— Это что тут происходит! — раздался голос бабы Нади, со стороны калитки. Богдан встал и повернулся. И я увидела что баба Надя стоит у поваленной калитке.

— Баб Надь не ругайся. Я всё починю.

Баба Надя охая подбежала к нам. Посмотрела на моё заплаканное лицо.

— Девонька, что с тобой случилось? — обеспокоенно спросила меня.

— Баб Надь. Чуть не убилась твоя квартирантка. Крыльцо старое, прям под ней сломалась.

Не успела я рот открыть. Как Богдан сам за меня ответил.

— Так ведь старое всё. Не кому делать. Ты же знаешь у меня кроме Светки ни кого нету.

— Да ты баб Надь не переживай. Починю я тебе и калитку, и крыльцо. Так что дрова везти? — уже обратился ко мне.

— Да. — растерянно кивнула головой.

— Ну и хорошо тогда. Примерно через час буду.

— Спасибо за помощь. — поблагодарив Богдана. Стала натягивать носок.

— Богдан. Я там около забора ведро с картошкой оставила. Да банку с молоком. Принесика сюда. — скомандавала баба Надя.

Он послушно выполнил.

— Я тебе картошки да молочка принесла. — уже обратилась ко мне.

— Спасибо. Сколько я вам должна? — по хромала я к дому.

— Что ты! Это я просто так тебе принесла. — отмахнулась от меня рукой.

— Баба Надя мне не удобно просто так.

— Никуша! Я знаю что такое быть сиротой. Вон у меня Светка сирота при живом отце. Дочка моя умерла, когда Светке было десять лет. А зятёк от горя спился. Внучку воспитывала я одна. Так что позволь просто так тебе дать.

Мне стало стыдно за своё враньё. Что готова была провалиться сквозь землю. Да и правду говорить не хотела. По сути я тоже была сиротой при живых родителях. Но это не оправдывает меня. Ложь остаётся ложью.

Глава 10

После ухода бабы Нади. Я всё ни как не могла прийти в себя. Это падение с крыльца, и тот факт что я соврала что сирота. Меня выбили из равновесия, в которое я только-только начала приходить.

Кое как развесив занавески сушиться, я даже и не поняла как смогла это сделать. Тело всё ломило. Единственное на что я обратила внимание. Нога совсем перестала болеть, и хромота прошла.

Заглянув в печку, дрова совсем прогорели. Подкинув ещё несколько поленьев, стала наблюдать как огонь обхватил поленья пламенем.

Я как загипнотизированная наблюдала за огнём. Моя совесть как огонь терзала меня. Мне было стыдно и противно за своё враньё. Бабушка от чистого сердца решила помочь сиротке. Которая оказалась совсем не сиротой. Признаться ей. А что я ей скажу? Что родители есть, и как бы их нет. Что убежала от мужа тирана. Поймёт она меня?

Лучше я буду избегать общения на эту тему. И пока не буду появляться на людях.

Сколько времени я так просидела, даже и не поняла. В дверь постучались. И сразу вошли. Не успела спросить кто там. Это был Богдан.

— Я дрова привёз. Где выгружать?

Я по жала плечами.

— Наверное на улице.

— Ну это понятно. А где именно?

Я обхватив себя руками, не знала что ответить. Мне было страшно находиться с ним в одном помещении. Я поняла что теперь боюсь людей мужского пола.

— А что глаза опять на мокром месте? У тебя что то болит?

Я даже и не заметила что у меня текут слёзы. Быстро вытерев их. Я отрицательно покачала головой.

— Нет. — опять соврала я. Ведь у меня не выносимо болел бок.

— Слушай, может ты мне расскажешь что у тебя случилось? И я попытаюсь тебе помочь. Ведь не просто так ты забрела в эту глушь.

— Ни чего у меня не случилось. — быстро затараторила. — Пойдём на улицу, посмотрим где выгрузить дрова.

Я проскочила мимо него, выбежала на улицу. Увидела за забором грузовую машину, полную дров.

"Боже мой как много! И где их выгружать?" Ведь я так далека от всего этого.

Осмотрев двор, поняла что лучше будет около сарая. Что бы не далеко носить, и складывать.

Расчитавшись за дрова. Богдан выгрузил там где я сказала. Поблагодарив его, он уехал.

Какое-то время я смотрела на гору из пеньков. Собравшись с мыслями, стала по одному перетаскивать в сарай. Перетаскав наверное четвёртую часть, села передохнуть. Стало жарко, сняла куртку. Немного отдохнув, принялась за работу.

— Ника, девонька моя. — позвала меня баба