Наша новая жизнь - Айрис Оллби

В ее голосе звучали и досада, и вызов:

— Отец, ничего хорошего не выйдет, если ты будешь настаивать на своем. Я все равно выйду за него замуж.

Рори побледнел. Воцарилась такая тишина, что она услышала биение своего сердца. Шоне захотелось испариться, куда-нибудь скрыться от парализующего ее злобного блеска его глаз. Но это было невозможно. Ей во что бы то ни стало надо было как-то урезонить его, заставить выслушать ее и понять.

— Мы… мы любим друг друга, отец, — заявила она.

— Любите? — повторил он так, словно произнес незнакомое ему иностранное слово.

— Да, — и торопливо добавила: — Дирк совсем не такой, как ты думаешь. Он не похож на своего отца. Ты судишь его со своей…

Рори резко перебил ее:

— Как давно ты с ним встречаешься? С того момента, как ты вернулась из университета? Крутишь шашни с этим мерзавцем за моей спиной! Лгать и изворачиваться! Врать мне!

Она подавила в себе нарастающую обиду от несправедливости обвинения.

— Э… это неправда. Я… я никогда не обманывала тебя и не встречалась тайком с Дирком. Мы даже ни разу не разговаривали до сегодняшнего дня.

— Так, значит, вы сегодня познакомились — и ты сразу решила выйти за него замуж?

Даже ей такое объяснение показалось сейчас смешным и неправдоподобным.

— Да… отец, это правда. Клянусь тебе. Это… это случилось так неожиданно. Мы только встретились и…

Лицо Рори почернело от страшного подозрения, и он загрохотал:

— Ты легла с ним? Вы переспали? — Девушка вздрогнула и опустила голову в ожидании приговора. У него перехватило дыхание. — Ну, ну. У тебя даже хватает наглости не отрицать этого. — Его трясло от бешенства. — Если бы это произошло с кем-нибудь другим, я бы простил. Но позволить, чтобы этот подонок испачкал и осквернил тебя!

— Он не подонок, — возразила она с некоторым вызовом. — Ты просто всю жизнь ненавидишь Макалистеров…

Отец тяжело вздохнул и отвернулся.

— Выйди из комнаты. Разговор окончен.

Ее глаза вспыхнули негодованием.

— Как окончен? Ты даже не захотел выслушать меня. Почему я должна страдать от твоих предрассудков? Тебе ничего не остается, как согласиться встретиться с ним…

Рори дотянулся до бутылки и отпил из горлышка.

— Ладно. Я поговорю с ним. Но когда я…

Он не закончил свою угрозу и пошел в кабинет за другим бокалом.

Ночью опять поднялась буря, правда, без дождя, но ветер так пронзительно завывал, что было просто невозможно уснуть. Лежа в темной комнате, она вертелась в постели с боку на бок и молила Бога, чтобы он хоть ненадолго освободил ее от вопросов, которые не давали ей покоя.

Отец посмеялся, что она влюбилась в Дирка с первого взгляда. Может, он прав? Может быть, это действительно просто увлечение, а не любовь?

Дирк был первым, кому она покорилась. Она со всеми подробностями вспомнила, как он смотрел ей в глаза и говорил, что хочет переспать с ней. У нее даже мысли не появилось сопротивляться ему. Неожиданно для себя самой у нее вдруг появилась необычайная потребность в нем, голод, жажда, удовлетворение которых исключало соблюдение каких-либо требований морали, приличия и самосохранения.

Этот вопрос нарушал ее внутреннее спокойствие и требовал ответа. Что случилось бы, если на месте Дирка оказался кто-то другой? Смог бы этот кто-то разжечь в ней те же чувства? Неистовство шторма… молния, чуть не убившая ее, затем тепло и ощущение интима, навеянные костром. Его поцелуи и ласки, так возбудившие ее. Все это вместе сделало ее безвольной. Неужели, окажись на его месте другой мужчина, она так же, без борьбы, сдалась бы?

Нет! Господи, о чем она думает? Шона пугалась своих мыслей. Если это так, не чрезмерно ли она платит за свое легкомыслие? Нет! Ей слишком дороги чувства отца, чтобы раздражать его из-за пустяка.

Надежда, что отец к утру смягчится, оказалась несбыточной. За завтраком ее вежливое приветствие было встречено мрачным, холодным молчанием.

Мораг, почувствовав неладное, быстро накрыла на стол и незаметно исчезла.

У Шоны не было аппетита, а хмурые взгляды каменного изваяния напротив нее привели ее в полное уныние.

В конце концов Рори достал из кармана часы, посмотрел на них, встал и прорычал:

— Если Макалистер осмелится сунуться сюда, я буду в большом сарае загружать трактор.

Она умоляюще посмотрела на него.

— Отец, может, ты подождешь его дома? Я уверена, он скоро приедет.

От такого предложения его лицо стало еще мрачней.

— Ты просишь меня подождать? Ждать его?

Он резко оттолкнул стул и вышел.

Кусая губы, Шона посмотрела на часы. Она знала своего отца и то, что на загрузку трактора и трейлера уйдет не больше получаса, а потом он уедет куда-нибудь в горы и не вернется до позднего вечера.

Прошло уже двадцать минут. Чтобы хоть как-то скоротать время, Шона пошла в библиотеку, где последние две недели занималась разборкой книг отца, пытаясь их систематизировать.

Наконец, не в силах больше ждать, в телефонном справочнике она нашла номер телефона Дирка и набрала его. К телефону подошла экономка.

— Добрый день, это Шона Струан. Дирк дома?

— Боюсь, что нет, мисс Струан. Дирк уехал.

— Отлично. Значит, он скоро будет здесь. — Она уже собралась положить трубку, как снова послышался голос экономки:

— Нет, мисс Струан. Я имела в виду, он уехал, — сказала она так нерешительно, словно сама не очень верила в это. — Он положил в чемодан пару костюмов и часа два назад уехал, сказав, что как только прибудет на место, свяжется по телефону с управляющим и отдаст указания.

В недоумении она положила трубку и уставилась на телефон. Ее охватил ледяной ужас. Неужели что-то случилось? Что же могло произойти?