Спроси мое сердце - Линн Рэй Харрис

— Даже в захудалых придорожных мотелях есть телевизоры и Интернет. Тут есть книги, но я не могу их читать, потому что они не на английском.

Рашид пригляделся и понял, что Шеридан права. Выселяясь, молодые вдовы его отца забрали свое имущество, к которому без малейших сомнений причислили всю бытовую технику и электронику.

— Я это исправлю.

— Какую часть, Рашид?

Король едва не вздрогнул, услышав свое имя из ее уст. Он помнил, что разрешил Шеридан обращаться к нему неформально, но это все равно прозвучало неожиданно и странно. Рашид поймал себя на том, что хочет еще раз услышать, как Шеридан называет его по имени, и с негодованием отмел глупое желание.

— Вам установят телевизор и компьютер. Это недоразумение, у меня и в мыслях не было лишать вас благ цивилизации.

— Но я все равно ваша пленница.

— Не пленница. Гостья. Я уже сказал, что сделаю все возможное, чтобы вам было комфортно.

— А если мне захочется поговорить с людьми, найти себе какое-то занятие помимо телевизора? Я — деловая женщина, Рашид, я не привыкла бездельничать.

— Я подберу вам компаньонку.

Шеридан вздохнула и вернулась к обработке своих царапин. Рашид вспомнил, что пришел сюда выговаривать ей за неразумное поведение.

— Вы могли пострадать гораздо серьезнее, — сказал он. — А если вы беременны, вашей безответственности можно только удивляться.

— Я уже признала, что совершила ошибку. — Шеридан виновато посмотрела на него. — И да, я обдумала, что собираюсь сделать, но не ожидала, что стекла так разлетятся. Я бросила поднос с расстояния, которое казалась безопасным. Видимо, вложила в бросок больше сил, чем было необходимо.

Рашид растерялся. С одной стороны, дурацкий поступок Шеридан заслуживал порицания. Но она выглядела такой грустной в своем раскаянии, что Рашид боролся с искушением извиниться перед ней.

Он не мог понять, откуда пришла эта мысль. Разве ему было за что просить у нее прощение?

Решение привезти Шеридан в Кир против ее воли Рашиду продиктовала необходимость. Если она беременна наследником престола, ей опасно оставаться в Америке, жить одной, каждый день ходить на работу. Кто-то может узнать, кто отец ребенка, точно так же, как это узнал он сам, сделать Шеридан разменной монетой в политической игре или похитить ради выкупа. Даже в случае сохранения тайны она могла пострадать от несчастного случая, стать жертвой нападения грабителей, подвергнуться любой опасности, которая подстерегает одинокую женщину в большом городе. Рашид успел оценить систему безопасности в ее магазине и счел ее совершенно неадекватной.

— Постарайтесь впредь не позволять себе таких выходок, мисс Слоан.

— Я и не собираюсь. Но мне нужна не компаньонка, а свобода передвижения и общения с людьми. Кроме того, я хочу иногда разговаривать с вами. Если у нас будет ребенок, мне нужно видеть в его отце нечто большее, чем высокомерного незнакомца. А если ребенка не будет, я вернусь домой и с радостью забуду о нашем знакомстве.

Рашид сверху вниз посмотрел на Шеридан, которая сидела среди подушек как маленькая королева. Ей сложно было отказать в смелости. Однако он не хотел даже думать о том, чтобы согласиться на условия, особенно касающиеся их отношений. Рашид считал, что личный контакт следует свести к минимуму, пока ситуация с ребенком не прояснилась. Он достиг желаемого: поместил Шеридан в безопасное место. Теперь можно было на время забыть о ней и заняться делами страны.

— Вы можете ходить везде, где хотите, но только в сопровождении кого-то из моих людей. И не в этом наряде. Вы оденетесь как женщина Кира, будете уважительно относиться к нашим традициям и следовать указаниям сопровождающих.

— Я уважаю всех, кто уважает меня. Но если вы хотите с ног до головы закатать меня в черное покрывало…

— Снова предрассудки, — сердито прервал ее Рашид. — Я пришлю портних с образцами тканей, они помогут вам разобраться, что и как мы здесь носим.

— И я смогу видеть вас? Разговаривать о чем-то, что не касается моей одежды или условий проживания?

Рашиду в последний момент удалось поймать «да», готовое соскользнуть с языка. Его поразило, что первым побуждением было согласиться непонятно зачем проводить время с этой женщиной. Он этого не хотел, даже несмотря на то, что долго не мог выкинуть из головы их поцелуй. Причиной тому он считал затянувшееся воздержание — и ничего больше.

Тем не менее Рашид не собирался удовлетворять свой сексуальный голод с Шеридан. Этот путь вел к бесконечным осложнениям.

— Я не думаю, что это необходимо. У меня много дел и очень мало времени.

— Необходимо, поверьте. — В голосе Шеридан звучала обида, которую он не понимал.

Рашид не позволил себе проявить слабость. Шеридан была ему чужой — живым сосудом, в котором, возможно, рос его наследник. Она заслуживала заботы и внимания только в этом качестве.

— Я дал ответ, — сказал король, выходя из комнаты. — Он не подлежит обсуждению.

Глава 5

Шеридан не понимала, почему ей так больно смотреть, как он уходит. Она не испытывала к Рашиду теплых чувств, скорее наоборот, но молодой женщине было трудно смириться с тем, что ее мирную инициативу отвергли. Судя по всему, Рашид не желал знать, что собой представляет вероятная мать его ребенка, и сам намеревался оставаться для нее тайной за семью печатями.

Шеридан не двинулась с места ни когда уборщики вернулись выметать остатки стекол, ни когда служанка Фатима пришла с какой-то мазью для ее порезов. Молодая женщина думала о своем поведении — эмоциональном на грани безумия. Удивительно, но это сработало. Рашид явился, и ей удалось отвоевать у него некоторое количество свободы. Чем не повод для скромного триумфа?

Вот только она не понимала, как дошла до такого. Шеридан считала себя добрым человеком. Она любила общаться с людьми и старалась видеть во всех только хорошее. До знакомства с Рашидом ей было трудно представить, на какой почве растут неприязненные отношения. Разумеется, Шеридан случалось злиться на людей — например, на Энни за слабость характера. Но такие вспышки всегда заканчивались угрызениями совести и гнетущим чувством вины. Энни не имела возможности как следует социализироваться, заслужить популярность у сверстников, научиться заводить друзей. А сейчас природа отказывала ей в ребенке. Как можно сердиться на кого-то, кому так не везет? Однажды, будучи подростком, Шеридан возмутилась из-за того, что мама не пустила ее на вечеринку, куда не пригласили Энни. Мама сказала: «Энни не такая, как ты, Шери. Мы все должны за ней присматривать, оберегать ее».

Шеридан запомнила эти слова