Наследник для миллионера - Рина Старкова

Все проблемы от того, что я начиталась всякой ерунды на женских форумах.

Следующие два дня проходят, как в тумане. Стёпа со мной не разговаривает, приходит поздно, ложится спать в его личной спальне и заходит только утром перед работой, чтобы поцеловать Максика.

Довела я мужика!

Сама виновата…

Стою на кухне, наливаю гранатовый сок. Олеся рядом держит Максимку на руках, что-то рассказывает ему, звонко и громко, а я утопаю в собственных мыслях.

Нужно бы подготовиться к долгожданному событию. Бельё красивое купить, чулки. Расслабиться как-то, иначе буду деревянной, как бревно!

— Вероника Алексеевна! — Олеся мягко кладёт руку на моё плечо, и я вздрагиваю.

— А? — вопросительно заглядываю в её глаза, и тут же ощущаю, как в ноги течёт что-то мокрое.

Боже! Да у меня стакан уже полон сока, через край льётся!

Хватаю тряпку и начинаю быстро вытирать розовую жидкость.

— Госпожа, вы сама не своя! У вас какие-то проблемы? — Олеся тревожно хмурится.

— Ох, Олеся, — выдыхаю. — Я просто устала.

— Максик скоро будет спать, если захотите, ложитесь тоже в соседей комнате, отдохните.

— Нет, Максимку сейчас оденем и поедем в город. Мне нужно кое-что купить.

Через сорок минут, пока няня гуляет со спящим Максимкой, я захожу в бутик с дорогим нижним бельём.

— Добрый вечер! Меня зовут Аниса, я могу помочь вам с выбором. Повседневное или что-то особенное? — рядом вырастает молодая девушка консультант.

— Особенное, — по лицу скользит улыбка.

Стёпа должен надолго запомнить эту ночь. Ради такого события я даже решила попросить Олесю посидеть ночью с Максимкой, пока сама приведу в порядок нашу с мужем важную часть жизни.

— У нас есть шикарные комплекты из новой коллекции! — консультант сияет ослепительной улыбкой.

В глаза бросается бархатистое чёрное, украшенное золотыми цепями.

— Я примерю этот комплект, — указываю на него рукой.

В примерочной любуюсь своей фигурой в дорогом белье и облегчённо выдыхаю. Село отлично.

Уверена, Стёпе понравится.

Хотя, ему бы понравилось вообще всё после такого перерыва.

Возвращаемся домой, и прямо с порога я слышу в столовой какую-то движуху. Персонал собрался и громко смеётся, голос Лизы трещит без остановки. С любопытством выглядываю из-за стены и тут же растекаюсь в улыбке.

— Константин!

Повар поворачивается ко мне и распахивает объятия.

— Привет, Ника! Вот, как и обещал, явился!

— Приготовишь что-нибудь по старой памяти?

— Да, госпожа Волкова. Готовить для тебя одно удовольствие! — Костя смеётся глазами.

Этот его лучистый взгляд, полный добра и света, способен растопить любой лёд.

Пока Костя подготавливает кухню для мастер-класса по выпечке, я раздеваю Максика. Он тоже будет смотреть, как булочки пекутся.

— Я могу заняться своими делами? — вкрадчиво интересуется няня, и я только взмахиваю рукой.

— Да, Олеся, до вечера ты свободна. Меня нужно будет подменить как только приедет Стёпа, — монотонно сообщаю я, застёгивая сыночку бодик.

Такой всё таки сладкий малыш у нас получился. Глазки — бусинки, пухлые щёчки и маленький аккуратный носик. Невольно любуюсь им, целую в лобик и поднимаю с постели.

— А вот и мы! — появляюсь на кухне с Максимкой на руках.

— Максим Степанович, рада вас видеть! — Настя осторожно гладит мальчишку по взъерошенной шевелюре.

— Ну что, начнём? — Константин жестом приглашает нас подойти ближе к столу.

Подробно рассказывает, как сделать тесто и начинку, показывает наглядно. Персонал повторяет за ним, стоя за большим круглым столом. Настя помогает Виктору, Лиза справляется сама.

Нужно было и Олесю позвать на мастер-класс.

Интересно, чем она занимается в свободное время?

— А теперь самое важное, ставим пирожки в духовку, — комментирует Константин.

Пирогов у нас будет столько, что можно накормить целый полк.

Мы устраиваемся в столовой в ожидании вкусной выпечки. Костя рассказывает друзьям о своей новой жизни, делится радостью. А я качаю Максика и поглядываю на Лизу.

Мне всегда казалось, что домоправительница неровно дышит в сторону повара. Да и сейчас женщина бледная, как мука, из которой мы тесто лепили.

— Я так рада за тебя, — вздыхает Лиза, положив ладонь в руку Константина. — Выходит, ты решил начать жизнь заново.

— Да, — коротко кивает. — Я сразу знал, что не смогу прожить всю жизнь в этом доме, что захочу свою семью. Момент настал.

— Мы так рады за тебя! — Виктор одобрительно улыбается.

Пирожки получились пышные и нежные. Такие, что от одного вида слюнки текут и в животе жалобно урчит. За разговорами съедаем чуть ли не половину.

— Можно мне Максима Степановича понянчить? — Лиза тянет руки к моему малышу. — Он наш самый лучший пирожок!

— Да, только ему скоро спать, — передаю ребёнка в заботливые руки. — А я пока Константину помогу с уборкой на кухне.

Повар вытирает стол, когда я вхожу.

— Душевный вечер получился, — не отрываясь от дела выговаривает он. — Спасибо, что пригласила!

— Спасибо, что пришёл, — подхожу к раковине с грязной посудой. — Знаешь, без тебя в доме стало пусто. Ты занимал особенное место в коллективе.

— Будешь просить меня вернуться? — усмехается, мазнув по мне дурашливым взглядом.

— Нет. Ты же знаешь условия Волкова. Жить нужно здесь, в доме. Никуда не выходить.

Я на секунду закрываю глаза. Этот дом — золотая клетка. Но моего мужа можно понять. Он не выпускает персонал, потому что боится разглашения какой-нибудь личной информации. Журналисты очень любят рыться в грязном белье и выведывать у приближённых о проблемах в семье богачей.

— Я не могу тебя о таком просить. Ты не обязан служить нам.

— Ника, скажи мне, отбросив все предрассудки, — Константин так неожиданно появляется рядом со мной, что я вздрагиваю.

— Что? — шепчу.

— Ты точно счастлива в этом доме?

— Ну конечно, — нервно улыбаюсь.

Очень странный вопрос. И близость большого мужика с широкими плечами пугает.

— Я счастлива! — сглатываю болезненный ком, застрявший в горле.

— Милая, я уже говорил, что буду защищать тебя. Ты мне нравишься, Ника, ты хороший человек. Простая и добрая. Я не понимаю, что ты нашла в Волкове!

— У тебя ко мне личный интерес? — моргаю, стараясь держаться.

Константин слишком близко. Хоть он и не касается меня, я чувствую, как напряжено его тело.

— Ника, если он обидит тебя или твоего ребёнка, ты можешь обратиться за помощью ко мне. Поняла? — строго смотрит в мои глаза.

— Д-да, — заикаюсь. — К чему этот разговор?

— Ты хрупкая, хоть и пытаешься скрыться под маской воина. А Волков… Мне о нём известно больше, чем тебе, — говорит тихо, почти мне на ухо.

— Ты меня пугаешь, — отстраняюсь, смахнув с рук пену для мытья посуды.

— Вероника, если