Измена. Я не предавала тебя - Екатерина Гераскина

Я ловила себя на мысли, что не просто так вглядываюсь в темень перед собой. Хотела увидеть там светящиеся янтарем глаза. И в какой-то момент заметила долгожданные светлячки. Я выпрямилась, и в это мгновение серая опасная тень перемахнула через мой забор и тут же замерла. У меня перехватило дух от мощи и красоты этого зверя. С каждым днем волк все больше приходил в норму, его раны заживали, проплешины затягивались новой шерстью.

Я подалась вперед, протягивая к нему руку. Огромный зверь, достигающий моей груди, когда я стояла в полный рост, сейчас возвышался надо мной опасной каменной глыбой. Но я, вопреки всему, не боялась этого. Да и поймала себя на мысли, что лес не бунтовал, он был спокоен и не испытывал тревог насчет этого хищника. Я ощущала себя в безопасности рядом с ним.

Волк слегка опустил свою лобастую голову под мою руку. Я провела кончиками пальцев по его пасти, огладила щеки и уши. Он был красивым и величественным. Зверь подался ко мне всем телом, а потом лег рядом. Я переместилась к нему ближе и облокотилась лопатками на его бок. Подняла голову, наблюдая за ярким лунным диском.

Волк вздохнул подо мной. Я сама не поняла, каким образом почувствовала, что он хотел моего внимания. Я села поудобнее, прижимаясь своим боком к его, и принялась гладить зверю спину. А вскоре поняла, что все тревоги отступили на задний план. Ужасные картины прошлого подернулись пеленой забвения. Я смогла вздохнуть спокойно.

Глава 4

— Что за пушистый зад лежит в нашем холодильном шкафу? — не выдержал молчавший все утро Лорд.

— Это… заяц, — поджала я губы, сдерживая улыбку.

— Серьезно? А то я не понял. Что он делает у нас?

— Это волк принес.

— Примазывается, подлец шерстяной, — зло прошипел Лорд и поднял хвост трубой. — Одолел, наглец. Прижился почти. Кот из дома — мыши в пляс. — Лорд обеспокоенно забегал по столу из стороны в сторону, пока я нарезала овощи на рагу. — Добытчиком он себя возомнил.

— Прекрати оскорблять волка, а то снова пойдешь думать о своем поведении на улицу, — пригрозила я ему ножом и снова отвернулась, нарезая на кубики овощи.

— Понял. Понял. Не дурак. Кстати, о поведении… — Я подозрительно покосилась на Лорда через плечо. — План отменяется. Тебе надо залетного гастролера охмурить. Как говорится, сделал дело — гуляй смело. А наследство мы и сами заработаем. Что я, не самец, что ли?

— Самец, если ты не замолчишь, то я тебе язык укорочу, — отбросила я нож, развернулась к коту и уперла руки в бока.

— Ты видела, сколько красавчиков наводнило наш городок? Так вот, одного выберем, приманим, попользуем по назначению и пинком под зад выпроводим. Или же он сам свалит. Служба… все дела. Таким не до отношений.

— Ну все… — Я снова схватила кота за шкирку, хотя тот и попытался убежать из кухни. Заорал благим матом, но я в пару шагов оказалась около входной двери и, распахнув ее, выкинула паршивца. — Учись летать!

— Сумасшедшая! Где это видано, чтобы ведьма так обращалась со своим фамильяром?

— А где ты здесь других ведьм видел? — прошипела я.

Кот рванул в мою сторону, но я закрыла перед его мордой дверь.

— У нас в доме уже волком провоняло все. Он меня выжил почти. Ты даже ему мое рагу скормишь! А я голодный и холодный! — голосил кот под дверью. Я закрыла маленькое окно на кухне, чтобы не слышать нахала. Тишина порадовала. Только я успела выключить плитку с приготовленным рагу, как в дверь постучали. Распахнула ее, да так и замерла. Дернулась, чтобы закрывать, но массивная рука не дала мне это сделать, вырывая створку из моих рук. Я попятилась назад.

— Этель, Этель. Как нехорошо ты встречаешь давних знакомых, — искривил губы в издевательской усмешке Баррель.

— Проваливай, мерзавец. Я не хочу тебя видеть.

— А ты изменилась. Похорошела. Обрела голос. — Он наступал на меня, высился надо мной на целую голову.

— Убирайся. Я видеть тебя не хочу! — прорычала я, холодея внутри от страха.

— Зато я горю желанием.

Я уперлась лопатками в шершавый камень стены. Баррель поставил руки по обе стороны от моей головы и заключил в своего рода капкан. Меня затрясло от негодования и отвращения.

— Кривишься при виде меня, — заметил мерзавец. — А раньше ведь улыбалась.

— Раньше я не знала, какое ты дерьмо, — выплюнула я ему прямо в лицо.

— Ох, ох. Где же твое аристократическое воспитание? Помыть бы тебе рот с мылом. Или, быть может, занять его чем поинтереснее.

— Оставь свои грязные намеки для других. Убирайся и забудь сюда дорогу.

— А то что? Девочка Этель побьет меня, или, быть может, позовешь своего муженька на помощь? Или… ой… как же я мог забыть. Тебя ведь некому защитить. Он же не знает, где ты? Так ведь? — Баррель гадко рассмеялся. Мне было противно ощущать его так близко, я уперлась ему в грудь руками, желая оттолкнуть, но проще было оттолкнуть скалу, чем его. Наоборот, добилась того, что он стал еще ближе. Я чувствовала жар его тела.

— Я и сама могу постоять за себя.

— Хорошая попытка, Этель. Но знаешь, такой дерзкой ты мне нравишься больше. Такая вся смелая, неприступная.

— Замолчи.

— Что? Неужели не подаришь мне себя? Такую чистенькую, хорошенькую девочку будет приятно попортить, — скалился Баррель.

— Какая же ты сволочь! — выплюнула я и залепила ему звонкую пощечину, вложив в этот удар всю свою силу и ненависть. Размахнулась другой рукой, но Баррель перехватил ее, больно сжимая запястье. Я зашипела.

— Не нравлюсь, выходит, с этим шрамом. — Бывший друг склонился к моему лицу, практически касаясь губ. — А знаешь, кто меня так разукрасил? Сама догадаешься? — оскалился гад. Некогда привлекательные черты его лица исказились и превратили Барреля ну точно в тварь Пустоши.

— Мне плевать. Так тебе и надо. Подлый лжец.

А потом Баррель совсем сошел с ума. Он сжал мое лицо обеими руками, выпустив запястье, толкнул к стене и поцеловал. Я укусила его за губу и врезала ему в пах, Баррель охнул и прекратил терзать мои губы. Я вытерла рот, желая отмыться с мылом после его прикосновения.

Глаза Барреля зажглись адовым пламенем, когда он, скрючившись, упал на колени. Я рванулась вперед, но гад схватил меня за длинную юбку платья и дернул на себя. Я развернулась, вырвала из его рук ткань и побежала на улицу. Выскочила босой на крыльцо, спешно спустилась и распахнула калитку, чувствуя, как лес зароптал. Поднялся