Портрет невинности - Жаклин Бэрд

Когда в дверь позвонили, Люси в последний раз посмотрела на себя в зеркало, поправила тонкие бретельки платья и побежала вниз.

— Выглядишь потрясающе, — сказал Лоренцо, а Люси просто уставилась на него.

До сих пор она видела его только затянутым в строгий, идеально сидящий костюм. Сегодня же он был одет в светлые джинсы и белую рубашку, на плечи был наброшен тонкий свитер. Волосы взъерошил легкий ветер, на губах играла лукавая усмешка, и он напоминал ей романтического пирата. Посмотрев ему в глаза, Люси заметила в их темной глубине сдерживаемое желание и почувствовала укол ответной страсти.

— Не смотри на меня так, Люси, или мы никогда не доберемся до пункта назначения, — попросил он и, шагнув к ней, обнял за талию и прижался губами к ее губам.

От его прикосновения Люси немедленно начала таять, ноги ослабели, и она ответила на его поцелуй, стараясь не вкладывать в него слишком много сжигавшей ее страсти.

— Нам надо идти, — хрипло выдохнул он.

Не убирая руки с ее талии, он взял у нее ключ, вывел из дома и закрыл дверь. В эту самую секунду Люси поняла, что в ее замешательстве, волнении, охватывавшем ее каждый раз, как она видела Лоренцо, и в том, что случилось этой ночью, был некий смысл. До этого она ни разу не испытывала такой всепоглощающей тяги к мужчине. Она только читала об этом чувстве, и вот теперь оно пришло к ней, — а может быть, это было что-то более глубокое и сильное. Позже, сидя напротив него за столиком ресторана отеля, где он остановился, Люси все глубже проваливалась в его гипнотические глаза, хотя не думала, что это возможно.

За ужином Люси рассказала Лоренцо о деле своей жизни и своих друзьях, тоже выставлявшихся в галерее: Леоне, замечательно одаренном резчике по дереву, гончаре Сиде и его жене Элейн, которая прекрасно шила и вышивала. Ужасный черный костюм, который был на Люси в тот памятный день, принадлежал именно ей.

Лоренцо слушал внимательно, с интересом, а потом рассказал немного о себе. Люси узнала, что он часто бывает в Лондоне, где у его банка есть отделение. Кроме того, он владелец виллы в Санта-Маргерите и любит плавать на яхте по Средиземному морю.

— Люси, прости, если я утомляю тебя скучными подробностями своей жизни. Может быть, тебе хочется сходить куда-нибудь еще? В клуб или казино? — спросил он наконец.

— Ты никогда меня не утомишь, к тому же сомневаюсь, что здесь поблизости есть что-нибудь вроде этого, — ответила Люси, улыбаясь.

К тому же она совсем по-другому представляла себе конец этого вечера. Воспоминание о том, как их тела переплетались на смятых простынях, заставило ее покраснеть, и она смущенно посмотрела на Лоренцо. Он прочитал ее мысли и плотоядно улыбнулся. Воздух между ними сгустился и зазвенел от напряжения.

— Пойдем-ка отсюда, — бросил Лоренцо, резко вставая.

Он помог ей выйти из-за стола и повел вниз по лестнице, к своему огромному номеру, крепко сжимая ее руку. Оказавшись в его номере, Люси успела осмотреть только гостиную с огромным камином, а потом Лоренцо подхватил ее на руки…

Они упали на кровать, целуясь со страстью, которая почти причиняла боль. Их руки и ноги переплелись. Лоренцо быстро расправился с ее голубым платьем, Люси не стала церемониться с пуговицами на его рубашке. Прелюдию они опустили, слишком сильным было желание.

Потом они лениво растянулись на кровати, болтая и смеясь, исследуя тела губами и руками, расспрашивая друг друга про шрамы и теряясь в ласке и нежности…

— Проснись, Люси…