Папина содержанка - Дарья Десса

– У вас что-то случилось?

– Случилось, – бурчу я. Говорить Лизе ничего не хочется. Да и зачем? Формально она всё ещё моя девушка, только у меня теперь в сердце мажорка поселилась. Приперлась туда, как лиса в заячью норку, да и развалилась. Мол, я тут стану жить вместе с вами. Со мной, то есть. И как её выгнать? Ружья, как у того зайца из сказки, у меня нет.

– Расскажи, – Лиза делает озабоченное лицо. Мы садимся на диван, и я выкладываю ей всё, что со мной случилось вчера. Только опускаю рассказ о том, как испытал приступ влюблённости. В моем рассказе всё просто: мажорка меня напоила, опозорила, потом отвезла к своему любовнику и бросила там пьяного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Так у неё парень есть?! – удивилась Лиза. Её карие глаза с огромными зрачками словно стали ещё больше.

– Это всё, что ты поняла? – обиженно говорю я. – Меня опозорили, а тебя только это волнует?

– Нет, конечно. Ну что ты, милый, не дуйся, – Лиза гладит меня по щеке. Я небрит со вчерашнего дня, но щетина пока ещё не слишком жесткая. Вот к вечеру станет. – Я просто удивилась. Ты же сам говорил, что эта Максим – любимая твоего отца.

– Не любимая, а любовница, – поправляю я.

– Ну, не придирайся к словам, – улыбается Лиза и легонько целует меня в кончик носа. – Главное, что ты – мой и к тому же настоящий мужчина, – она кладет свою маленькую ладошку на ширинку, и мне становится чуть лучше. Я смотрю, как поблескивают камушки и золото на её колечках. Лизы обожает драгоценности. У неё на правой руке четыре кольца и браслет.

– Я не придираюсь. Любовница она и есть. Шлюха, – вдруг вырывается у меня зло.

– Фу, как грубо, – морщит носик Лиза. Она, как и моя мама, не любит крепких выражений. Только мама говорит, что русский мат – это словесный мусор. Не более чем выражение агрессии. Иначе у таких слов не было бы столько приличных синонимов. По этому поводу она постоянно спорит с одним профессором на своей кафедре. А мне нравится иногда ввернуть крепкое словцо. Я с ними в речи чувствую себя более мужественно. Не то мне станет казаться, что я домашний мальчик.

– Нормально, – отвечаю Лизе. Она между тем продолжает легонько мять мои причиндалы через ткань спортивных брюк, в которых я хожу дома. Под ними ещё боксеры, а мне хочется, чтобы эта ладошка с тонкими длинными пальцами, как бывало прежде, легла на мой член. Стоит Лизе это сделать, как у меня мгновенно начинается мощная эрекция. Обожаю смотреть, как её ладонь обматывает меня там и поблескивает золотом. Интересный контраст белого, желтого и розового цветов.

Но девушка моя руку убирает, едва ощутив, как там началось отвердевание. Я знаю, почему: она категорически против заниматься со мной сексом, когда мама дома. Говорит, что стесняется и не может при ней расслабиться. Что ж, я её понимаю. Вернее, обеих. Одна без мужа, и ей одиноко. Другая хочет стонать во весь голос, а Лиза в постели вообще огонь, но в присутствии первой этого себе позволить не может.

Ну, а я? Опять глубоко вздыхаю. Второй облом за десять минут. У меня что, в жизни началась черная полоса?

– Слушай, поговори с моим отцом? – вдруг предлагаю Лизе.

– Затем это? – удивляется она.

– Понимаешь, я тут звонил ему недавно. Секретарь сказала, он не желает со мной разговаривать.

– А со мной, думаешь, захочет?

– Конечно. Ты же их с мамой любимица, – отвечаю я. Это правда. Мы с Лизой знакомы уже три года, и с первого взгляда на неё родители меня «благословили» на отношения с этой девушкой, а может, и на брак. Только я никогда не думал о ней, как о своей невесте. Потому что мне не хочется себя ограничивать ей одной. Мне много кто нравится. Вернее, до вчерашнего дня я считал себя ловеласом. А теперь я кто? Презренный влюблённый в мажорку?

– Ну, я не знаю, – отвечает Лиза, пожимая плечами. Она в тонкой полупрозрачной кофточке, под которой виден белый кружевной лифчик. А если приподняться чуть выше, можно заметить её маленькие грудки с кнопочками сосков, уютно лежащих в поролоновых чашах. Я это видел раньше, но теперь даже не пытаюсь заглянуть. Вот дела… – Что я ему скажу?

– Что мне очень жаль, что я его люблю и хочу всё объяснить, – говорю я.

Лиза покусывает нижнюю губку, что у неё означает признак озадаченности.

– Хорошо, я попробую, – говорит она.

– Ты ж моя радость! – подпрыгиваю я и чмокаю её в щечку. – На, звони, – протягиваю ей свой старый смартфон.

– Ой, а где твой супер-пупер навороченный? – удивляется Лиза.

– Разбил из-за этой… кожаной козы, – отвечаю.

– Какой ещё козы, да притом кожаной?

– Максим, чтоб ей! Она же в косухе и штанах катается. Вся в кожу затянута. Шлюшка несчастная, – вырывается у меня.

– Хватит тебе, ты же не женоненавистник у меня, правда? – Лиза берет меня за руку и пристально смотрит в глаза.

– В индивидуальном порядке, – отвечаю я.

Девушка улыбается и начинает звонить. Я весь напрягаюсь. Что дальше-то?!

– Холдинг «Лайна», я вас слушаю, – слышу издалека голос Маргариты Петровны.

– Доброе утро, Маргарита Петровна! – улыбается в трубку моя девушка. – Это Лиза, девушка Саши. Узнали? Да, спасибо. Вы знаете, Саша очень хочет поговорить с папой, а тот отказывается. Я хочу попробовать его уговорить. Соедините меня с ним, пожалуйста.

В ответ секретарь произносит «Соединяю», и через десяток секунд ожидания я слышу в трубке приятный баритон моего отца:

– Доброе утро, Лизонька. Я тебя внимательно слушаю.

Глава 7

– Здравствуйте, Кирилл Андреевич, – говорит Лиза. Голосок у неё такой томный, что когда она произносит эти слова, напоминает мне лисицу, которая пытается уломать ворону поделиться с ней сыром. «Лиза-подлиза», – думаю, глядя на её умильное выражение лица. Вот умеет она без мыла забраться туда, куда никогда не проникает дневной свет. А родители мои принимают это за чистую монету.

– Слушаю тебя, – говорит отец.

– Кирилл Андреевич, я бы хотела с вами поговорить насчет Саши…

– Это