Полночный вальс - Дженнифер Блейк

— Вовсе нет.

Вежливо-небрежный ответ и равнодушие в голосе потрясли Амалию. Она бросила на Роберта взгляд, но ни один мускул не дрогнул на его усталом лице, только глаза смотрели куда-то в сторону,

— Но я настаиваю. Если бы не вы…, если бы вас не было там…

— Но я был! — перебил ее Роберт. — Стоит ли дольше говорить об этом, кузина Амалия?

«Напоминание о родстве сделано слишком нарочито», — отметила она про себя, а вслух произнесла: — Как пожелаете, кузен. Однако я не забуду вашу услугу.

Он наклонил темноволосую голову в вежливом поклоне и приветственно кивнул в направлении дома.

— Думаю, мне пора отпустить вас.

Только сейчас Амалия заметила, что они не одни. Жюльен, Тиге и несколько слуг стояли с конце нижней галереи на ступенях лестницы, ведущей наверх, и ожидали, когда на них обратят внимание. Заметив, что Амалия смотрит в их сторону, Жюльен отсалютовал ей шпагой. Амалия помахала в ответ рукой, изобразив на лице некое подобие улыбки, а Роберт направил коня к галерее. Из-за заторов уровень воды в реке так поднялся, что она без особого труда прошла над дамбой и залила сначала сад, окрестные постройки, а затем и первый этаж дома. Однако и это не предел. Если предсказание Сэра Бента оправдается, вода должна прибывать. Обрушившееся на них наводнение набирало силу.

— Поистине рыцарский поступок! — подал голос Жюльен. Амалии показалось, что в голосе мужа прозвучал скрытый намек. Пока они подъезжали к галерее, Амалия несколько раз взглянула на Жюльена, пытаясь угадать его тайные мысли, но, так и не поняв, догадывается ли он о чем-то или это только плод ее воображения, решила ответить:

— Да, это был смелый поступок!

— Я видел все происходившее, но бессилен был чем-либо помочь, — заметил Жюльен сокрушенно. — Первый раз в жизни чувствовал себя таким бесполезным. Я перед тобой в долгу, Роберт.

— Я оказался там случайно, но рад, что вовремя.

— Нет! — тихо возразила Мами, стоя на верхней галерее прямо у них над головой. Никто не заметил, когда она появилась там. — Это перст Божий. Такова воля Всевышнего!

Роберт, все еще державший перед собой Амалию, повернул голову к верхней галерее и окинул старую леди сузившимися до синих щелочек глазами.

— Не кощунствуйте, тетя Софи, — сказал он.

— Я верю в провидение.

— Но это ничего не значит.

— Почему нет, если и Жюльен того же мнения? Роберт перевел взгляд на кузена, стоявшего вытянувшись во весь рост, как натянутая струна, со шпагой у ноги.

— Действительно, кузен.

Мрачная улыбка скользнула по губам Жюльена.

— Я предпочитаю полагаться во всем на Мами, — сказал он твердо.

За этой странной сценой скрывался какой-то тайный смысл, который Амалия не могла уловить. Она пошевелилась, взглянула на лестницу, ведущую в галерею, и сжалась от мысли потерять такую надежную опору, как Роберт Фарнум.

— Довольно! — решительно заявила Мами, переводя суровый взгляд с одного мужчины на другого. — Амалия насквозь промокла, да и ты, Роберт, не в лучшем виде. Предлагаю тебе зайти в дом высушиться и обогреться.

— Я подвезу кузину к лестнице, если Жюльен спустится принять ее.

— В этом нет необходимости, — возразила Амалия поспешно. — Я сама.

Не вступая в дальнейшие препирательства, Роберт направил коня к затопленной галерее, проехал вдоль нее к тому краю, где начинались ступени лестницы, ведущей наверх, и остановился, поджидая Жюльена. Поскольку Амалия грозилась спрыгнуть на ступеньки, сильные руки Роберта крепче сжали ее в своих объятиях. Жюльен отложил шпагу и танцующей походкой стал спускаться вниз. На третьей от основания ступени он остановился, зло взглянул на кузена, принял Амалию на руки и бережно опустил на ступеньку рядом с собой. Она обернулась, благодарно взглянула на Роберта и, вспомнив об ужасном бревне, которое чуть не раздавило их, запоздало спросила:

— Вы не ранены?

— Ничего особенного. Небольшой ушиб.

— Роберт, немедленно поднимайся сюда! — потребовала Мами, обеспокоенная услышанным. — Я должна осмотреть твой ушиб.

— Я помогу тебе сойти, — заволновался Жюльен, протягивая руку к уздечке и подставляя плечо Роберту.

— Наверное, лучше поехать к себе в «Ивы»? — сказал Роберт, не двигаясь с места.

— Не глупи, — рассердился Жюльен. — Мне что, стащить тебя с лошади?

— Попробуй!

Жюльен взглянул на окаменевшего в седле Роберта, на его напрягшиеся плечи и отошел.

— И с этой проблемой ты тоже справишься… Я не сомневаюсь. — сказал он грустно. — Но никто не заставляет тебя силой делать что-нибудь. Выбор за тобой.

Мужчины скрестили взгляды. Амалия не понимала, что происходит, но природным женским чутьем угадывала, что это касается и ее тоже. «А может быть, опять разыгралось воображение?» — мысленно упрекнула она себя.

Через минуту Роберт, поддерживаемый Жюльеном, спрыгнул с коня и направился в дом. Появившаяся рядом с Амалией Мами помогла невестке подняться наверх, не запутавшись в мокрых юбках. Так они и шли: впереди Амалия, поддерживаемая Мами, а за ними Роберт, поддерживаемый Жюльеном.