Мое новогоднее чудо - Ника Крылатая

Романовские и деньги были созданы друг для друга. Влад, как и все в его семье, деньги любил, понимал их значение, с удовольствием зарабатывал и с удовольствием тратил. Девушки, ожидающие, что уж Романовского-младшего можно раскрутить на очень дорогие подарки, быстро признавали – не лучше Ромки. Оба нежадные, и даже иногда щедрые, но сверх какого-то своего лимита не тратят. У владельца автосалона тачку не допросишься. И бриллиантов тоже.

А уж эта фирменная улыбка Романовских! Сколько девушек пало ее жертвами. Высокий синеглазый красавец, всегда готовый искренне улыбнуться и сказать комплимент, немного уступал старшему брату в развороте плеч, в нем не чувствовалась темная аура власти, но он был из тех мужчин, кого возраст только красит. Сотрудницы, решившие покорить сердце красавчика-босса еще год назад вылетали с работы как пробки из шампанского. Как и Роман, Влад категорически не терпел любовных интрижек в коллективе вообще, и в свою сторону в частности. Владимир Алексеевич и Валерия Максимовна четко донесли до своих сыновей, что не нужно мешать бизнес и амурные дела.

– Влад, добрый вечер! – расплылась в улыбке Елена, менеджер по продажам. – Мы вас сегодня не ждали уже.

– Привет, Елена, – Влад в ответ тоже улыбнулся. – Что, хотели сбежать с работы пораньше? – хитро подмигнул девушке.

– Конечно! – засмеялась она. – Начальства нет, можно и домой, – произнесла заговорщицким шепотом.

Оба понимали, что это только шутка – камеры, электронные пропуска и управляющий не дадут и шанса закрыть салон пораньше. Да и работой тут все-таки дорожат.

– Нарядили елку? – куда ездил шеф, все знали. И о том, как любит племянниц тоже. Не мужчина – мечта. Недоступная. И все сотрудницы это прекрасно понимали. На пути к ЗАГСу нужно не только обогнать конкуренток, но и обойти Валерию Максимовну. Вход в красивую жизнь надежно охраняла мать-дракониха.

– Нарядили. Правда, чуть не подрались. Девочки такие девочки, даже в таком возрасте, – с теплотой в голосе ответил Влад. И сразу переключился на работу, показывая, что разговор на отвлеченные темы закончен: – Петрович у себя? Или в зале?

– Уходил к себе, – ответила Елена. – Но от сокращённого дня тридцать первого числа мы бы не отказались, – сделав намек, девушка пошла в зал. А путь Влада лежал вверх по лестнице на второй, административный, этаж.

– Привет! – войдя в кабинет, Влад пожал руку Николаю Петровичу. Серьезный мужчина с цепким взглядом управлял салоном и являлся, по сути, правой рукой Романовского. – Маленькие дети – это кошмар!

– Да нормально, – отмахнулся тот. – Привыкаешь. Поверь, вот эти их выходки просто цветочки по сравнению с тем, когда они вырастают.

Он знал, о чем говорил. Его двое уже подростки, мнящие себя взрослыми и самостоятельными людьми.

– Как думаешь, а не затеять ли нам проверочку финансовую? – задумчиво произнес Влад, смотря в темное окно.

– О как, – удивился Николай Петрович. – С чего вдруг? Думаешь, бухгалтерия филонит? Вроде дамы повода сомневаться не давали. Налоговая тоже не придирается.

– Да нет, так, для тонуса, – Влад перевел цепкий взгляд на управляющего. – Люблю порядок.

Андреев вздрогнул, настолько сейчас Влад был похож на отца. Поразительно, как из веселого парня за секунду он превращался в жесткого бизнесмена. С Романовским-старшим Николай хорошо знаком, собственно, им и назначен направлять молодое поколение, чтобы денежки не спустил в канализацию. У парня хорошие задатки.

– Ну давай. Из своих или со стороны возьмем? – спросил Николай Петрович. – Проверять только тут или экстремальное отделение тоже будем?

– И их тоже, – отозвался Влад. – То, что сидят за городом, не дает повода думать, что начальство про них забыло. Возьмем аудитора со стороны. После Нового года. И давай тридцать первого пусть выходят только те, кто заканчивает сделки. Списки на премии готовы?

– Да, конечно, – Николай Петрович, выдвинув ящик стола, вытащил распечатанные списки и передал их Владу. Почему-то Романовский любил читать бумаги и делать пометки на полях ручкой. Несколько странная привычка для молодого парня. – Пожалуйста. Копия на твоей почте.

– Отлично, – Влад встал с кресла. – Я у себя посмотрю, потом пришлю с замечаниями, если будут.

Начисление премий всего было для него скользким моментом: мало – будут обиды, много – могут зазнаться, как угадать именно с той суммой, которая устроит и работника, и начальника?

Просматривая в списке фамилии, проставленные суммы и обоснования к ним, Влад, в целом, возражений не имел. Кое-что незначительно подправил, и вернул файл Андрееву – можно передавать в бухгалтерию.

Сердце с новой силой начинала грызть тоска, даже вот этот автосалон казался игрушечным – отец присмотрит, подстрахует, вовремя прикроет. Влад иногда недоумевал – он-то зачем здесь нужен? Кому-то дарят крутые тачки, квартиры и бизнес тоже дарят, в основном – небольшой. Но Романовский-старший может позволить себе не мелочиться – еще один кусочек империи, чтобы все яйца в одной корзине не хранить.

Чем Влад на самом деле гордился, так это “экстремальным отделением”. А проще говоря – продажей и прокатом багги, снегоходов, квадрациклов и гидроциклов. Это отделение располагалось сразу за границей города, занимая приличную площадь земли и два ангара. Вот там девушки не ходили в строгих костюмах и на шпильках. Дресс-код составляли джинсы, футболки, кофты и кроссовки. Но такая относительная вольность в одежде не отменяла компетентности.

Если бы мог, он бы все время проводил только там. Владу такие средства передвижения были гораздо интереснее крутых тачек. Иногда он и сам мог залезть “под капот”, с удовольствием помогая автомеханикам в мастерской. Ха, кто б ему дал столько времени! Относительную свободу получила только Алиска, и то выйдя замуж. Ему такое не грозит. Быть Романовским – это жирный такой повод для зависти: власть, деньги, доступно практически все. Кроме свободы выбора.

Влад пытался объяснить приятелям, почему не участвует в заездах и не устраивает разгульных вечеринок, ведь возможности-то есть! Можно вообще ни черта не делать! Отрывайся в загулах с девчонками, танцуй ночи напролет да меняй