Наследник моего мужа - Елена Гром

— Ярослав ведь остается, — вздохнула я. Как бы этот мальчик мне не нравится, если он поможет вернуть Миру к прежнему больничному образу жизни, я скажу ему спасибо.

— Обещаешь? — сразу затребовала Мира, и я даже задохнулась от такой наглости. Так это была уловка? Вот же коза! Еще и глазки мне строит!

— Такие решения может принимать только отец. Но я уверяю тебя, что сегодня ночью он будет спать в нашем доме.

Мира спустилась с качели более охотно и все-таки поплелась домой.

Приняла ряд необходимых процедур, таблетки, сдала нужные анализы и уже готовилась ко сну, когда начался приступ кашля.

Да еще такого сильного, что казалось она сейчас задохнется.

Я подняла на уши врачей, сотрясаясь в рыданиях, пока они кололи нужный препарат.

— Следующие три дня только постельный режим, — потребовали они, и я готова была согласиться на что угодно. А я спать осталась в комнате Миры, чтобы контролировать ее дыхание.

На утро она уже порывалась встать, но я ее остановила.

— Ты вчера хорошо погуляла. Надо полежать.

Мира надулась, но тут же буркнула.

— Тогда пусть придет Яр. Иначе я лежать не буду.

— Мира, — опешила я. — Это что за разговоры. Тем более он занят. Сдает анализы.

— Он тоже болеет?

Беспокойство в ее голове было настолько неподдельным, что я заволновалась пуще прежнего. Нельзя им так тесно общаться. Если Ярослав окажется чужим, предателем, то будет очень больно прощаться. О другом я даже думать не хочу.

— Нет, — подал голос мальчик, вырывая меня из мыслей, и я обернулась. Он стоял в новеньких спортивных штанах и футболках с мультипликационном принтом. — И я не твоя игрушка, принцесса.

— Мне скучно, — заговорила Мира, и я сразу ощутила себя лишней. Так бывает, когда пытаешься вмешиваться в игру, из которой давно вырос.

— У тебя столько всего, как тебе может быть скучно.

— Радость создают не вещи, а люди. Мама меня так учила. К тому же ты обещал показать карточный фокус. Соврал? — задрала дочь нос так высоко, что еще немного и потолок бы достала. И откуда в ней эта заносчивость? Или я не замечала?

— Я никогда не вру, — прошел он в комнату, а я довольно резко спросила:

— Где твоя мать? — она тоже должна была сдать анализы.

— Внизу, — так же резко ответил мальчик и поднял свои черные глаза. Боже, даже если он не сын Бориса, то очень похож. Не внешне, у Бориса не сохранилось фотографий. Просто этот взгляд. Рядом с такими людьми начинаешь ощущать себя слабой и беспомощной. А еще тянешься и одновременно и боишься. Именно такие чувства я испытывала, когда Борис начал проявлять знаки внимания. — С моим отцом.

— Твой папа тоже приехал?! — заголосила Мира, и я уже хотела закрыть рот Ярославу, но поняла, что рано или поздно он найдет способ сказать.

— У нас один папа.

Мира замолчала, переводя взгляд с меня на мальчика и обратно. А потом ее лицо загорелось румянцем, а губы растянулись в улыбке.

— Я всегда мечтала о брате.

— А я всегда мечтал о сестре.

В этот момент я ощутила, как меня снова затошнило и ушла из комнаты. Только вот тошнило меня от самой себя, насколько мне хотелось кричать: «Нет! Нет! Это не твой брат! Он тебе никто! Он пришел занять твое место.»

Но я сжала кулаки, попросила охрану присматривать за дверью и вошла на лестницу, чтобы взглянуть вниз, где у Элеоноры, как раз брали анализы.

Она с улыбкой поблагодарила лаборанта, который приехал из самого Новосибирска, а затем пошла в сторону кабинета Бориса.

Я поначалу дернулась туда же, но колбы с анализами привлекли мое внимание.

Их было шесть штук.

Муж явно решил перестраховаться, что правильно, но в душе поднимался адреналин.

Он так хочет этого мальчика. Он уже к нему проникся.

Он готов поверить, чему угодно. Но самое главное — они оба, мать и сын слишком спокойны.

Разве я могу доверить свое будущее кому бы то ни было?

— Добрый день, — грациозно спустилась я с лестницы, шурша юбками, создавая на лице самое милое выражение из возможных. Парень лаборант оторвался от своих записей и даже замер. Борис всегда говорил, что я могу стать сиреной если захочу. — Первый раз в наших краях? Долго добирались?

— Несколько часов, — ответил он и сглотнул,

немного косясь в сторону кабинета хозяина. Смотреть на жену богатого человека, это как смотреть эротику тайком от родителей.

— Устали, наверное, есть хотите? Там на кухне вкуснейшие булочки на обед пекут. Возьмите в дорогу.

Парень с кривой челкой посмотрел на совсем другие булочки, но все равно боялся оставлять свою работу.

— У вас минута, я посторожу, — улыбнулась я и он сдается. Указала направление, и он побежал сломя голову, а я, посмотрев по сторонам подняла крышку, взяла две пробирки разных цветов и убрала в карман.

Парень счастливый вернулся, спустя пол минуты сунул пакет с булками себе в сумку и помахав, ушел.

А вскоре над домом взлетел вертолет, на котором он и прилетел.

Только вот теперь понять, что делать с украденным биоматериалом?

Но не только у Бориса множество связей, такие есть даже у меня.

С самой школы я дружила с девушкой весьма сомнительной репутации — Женей. Теперь же она весьма добропорядочная жена. Правда муж у нее криминальный авторитет Шапин, и Борис даже с ним знаком, но находился в не очень хороших отношениях. Но они держали нейтралитет, как раз из-за нашей дружбы с веселушкой Женей, блондинкой яркой наружности.

— Мне не нравится твой голос, — сразу начала она включать психоаналитика. Мира ы порядке? Борис тебя удовлетворяет?

Глава 8

После череды неудобных вопросов, на которые я ответила, как можно подробнее, я все-таки перешла к самому главному.

— Зачем тебе тест ДНК? Думаешь Борис подменил тебе в роддоме ребенка на больного? Он конечно мудак у тебя, но с головой все в порядке, — в этот момент я отошла в самый темный угол нашего дома, туда, где точно никто бы не смог меня прослушать, хотя и на это место нет особых надежд. В подвале я заговорила более свободно.

— Помнишь жену Бориса?

— Которую он выгнал? Ну… — с Женей мы ровесницы. Более того, она училась со мной в одном классе, как и ее брат, бывший тогда моим парнем. Но ему не повезло пристать ко мне на выпускном, где находился Борис, уже