Не его невеста - Юлия Гетта

Комната освещена лишь мерцанием экрана телевизора, но Егору этого оказывается достаточно. Он осторожно гладит поврежденную кожу большими пальцами, потом наклоняется к ноге и оставляет нежный поцелуй. Я смущаюсь еще сильнее.

Бросаю быстрый взгляд на Глеба, который сидит по другую сторону от брата на расстоянии вытянутой руки. Откинувшись на спинку дивана и сложив на нее обе руки, старший Орлов внимательно наблюдает за нами. С интересом. Будто изучает. У меня в груди начинает знакомо печь.

– Вы, наверное, голодные, – смущенно произношу я, мягко отстраняя Егора от своей ноги и поспешно спуская вниз штанину.

– Нет, малыш, мы поужинали, – отвечает он. – Не дождались тебя.

– Молодцы, правильно сделали. А я вот успела немного проголодаться, пока от мамы доехала. Пойду приготовлю себе что-нибудь.

Порываюсь встать с дивана, но Егор не позволяет. Ловит за руку, усаживает обратно.

– Ты что? Сиди. Я сам все сделаю. Что бы ты хотела поесть?

– Ну прям, Егор. Это всего лишь ушиб. Я в состоянии сама…

– Сиди, отдыхай, – упрямо возражает Егор. – Позволь мне поухаживать за тобой, хотя бы когда ты болеешь.

– Ну хорошо… – со вздохом сдаюсь я.

– Хочешь пасту с грибами и сыром?

– Да, не откажусь, – смущенно улыбаюсь.

– Я тогда сейчас разогрею и принесу сюда.

Егор снова целует меня в губы, поднимается и уходит. Оставляя меня с Глебом наедине.

Мне чудовищно неловко. Я не понимаю почему. Забираюсь с ногами на диван, облокачиваюсь на спинку и пытаюсь сделать вид, что очень заинтересовалась происходящим на экране.

Взгляд Глеба прожигает левую сторону лица. Я снова не вижу, а чувствую это.

– Что за фильм вы смотрите? – интересуюсь, чтобы избавиться от дурацкой неловкости.

– «Достучаться до небес», – отвечает он, не сводя с меня глаз.

– О, давно хотела его посмотреть! – воодушевленно отзываюсь я.

– Один из наших любимых с Егором фильмов.

– Он никогда мне не говорил…

Глеб переводит взгляд на экран и смотрит туда какое-то время. Я, наконец, могу свободно дышать. И следую его примеру, поворачиваю голову к телевизору.

На экране какой-то мужик вручает маленькой девочке толстую сигару. Я удивленно вскидываю брови от этой странной картины и снова чувствую на себе взгляд Глеба.

Не выдерживаю, поворачиваю к нему голову и вопросительно смотрю в ответ. Только старшего Орлова это ничуть не смущает. Он продолжает пялиться на меня, и теперь мне становится еще более неловко.

– Почему ты так смотришь на меня? – сдержанно улыбаюсь, пытаясь придать этому вопросу шутливую форму. – Во мне что-то не так?

– Колено сильно болит? – интересуется он, игнорируя мои вопросы.

– Да ерунда, – морщусь я с напускным весельем. – Завтра вызову электрика. Вы же с Егором машины свои загнали в гараж, там по-прежнему темно?

– Нет, там уже все в порядке, Настя. Датчик движения накрылся, я его заменил.

– А-а-а, – растерянно тяну я. – Здорово…

– Ты подумала над моим предложением?

– Нет. То есть, да. Глеб, я… Думаю, что я откажусь. Если хочешь, могу помочь найти тебе хорошего специалиста, у меня остались знакомые.

– Почему ты сама не хочешь?

Мне невероятно сложно ответить на этот вопрос. Нужно было заранее как-то подготовиться, но я об этом не подумала. И теперь заикаюсь и страшно туплю:

– Я просто… Мне будет сложно совмещать… И помимо работы в зале еще столько дел…

– Хорошо. Но если вдруг передумаешь, имей в виду, мое предложение остается в силе.

Вместо того чтобы сказать ему, что я не передумаю, зачем-то киваю. И незаметно морщусь от боли. От согнутого положения колено начинает нестерпимо ныть, и мне приходится выпрямить ногу, спустив ее на пол. Глеб внимательно прослеживает глазами за этим движением, будто я делаю что-то очень увлекательное, и мне вмиг становится душно от такого повышенного внимания.

– Что-то я так устала сегодня… Пойду, пожалуй, прилягу.

Я порывисто поднимаюсь с дивана и, изо всех сил стараясь не хромать, направляюсь к выходу из комнаты.

– Давай, – ровным голосом отзывается Глеб и провожает меня взглядом до самой двери.

* * *

Оказавшись в нашей с Егором спальне, я прислоняюсь спиной к двери и шумно выпускаю воздух из легких.

Нет, так нельзя.

Это безумие какое-то. Я не должна так реагировать на присутствие старшего брата.

Отталкиваюсь от двери, прохожу вглубь комнаты и осторожно укладываюсь на кровать. Чувствую себя уставшей и морально истощенной.

Почему я так смущаюсь, стоит его увидеть? Чем вызваны все эти неуместные эмоции по отношению к Глебу?

Я люблю Егора. Очень люблю. Я счастлива с ним. И мне очень страшно, что появление Глеба может все разрушить.

Зачем он так смотрит на меня? Или ничего в его взгляде плохого нет, и я просто сама себя накручиваю?

Наверняка всему причиной та ночь с Глебом. Господи, сколько я себя за нее корила! Наверное, до сих пор так и не смогла смириться, раз впадаю в панику каждый раз, стоит оказаться со старшим Орловым наедине.

Поскорее бы он уже съехал…

Дверь спальни с негромким щелчком открывается и на пороге появляется Егор с подносом в руках.

– Малыш, ты что, уже спать улеглась? – интересуется он. – Давай сначала все же поешь.

– Да я просто прилегла, коть, устала что-то сегодня сильно, – тепло улыбаюсь ему.

Все-таки он у меня замечательный. Самый лучший на свете.

Поднимаюсь и удобно усаживаюсь у изголовья кровати. Егор ставит поднос с ужином передо мной и садится рядом.

– М-м-м, какая вкуснятина, – говорю с полным ртом, с наслаждением прикрыв глаза. – Откуда это?

– В «Дель-папа» заказал.

– Я так и подумала, – киваю я. – У них самая крутая паста в городе.

– Неправда. Самую крутую пасту готовишь ты, – очаровательно улыбается мой возлюбленный.

Я проглатываю порцию тающего во рту блюда и расплываюсь в ответной улыбке:

– Льстец.

– Это чистая правда, – с хитрым прищуром возражает Егор.

– Да ну тебя, – отмахиваюсь я, продолжая уплетать за обе щеки. – Как день прошел? Как твои китайцы?

– Все отлично, малыш. Работа кипит. Люблю, когда так.

– Я, кстати, хотела поговорить с тобой… об этом.

– О работе?

– Не совсем. Погоди. – Прожевав очередную порцию пасты, беру с подноса стакан со своим любимым вишневым соком и делаю несколько крупных глотков.