Неодолимое желание - Сабрина Джеффрис

— Как насчет дорожки недалеко от Илинга, где вы с Роджером все время состязались в гонках? — По ней она сотни раз ездила в своем двухколесном экипаже. Роджер брал ее туда всякий раз, когда хотел потренироваться, а она выступала в роли его соперника.

— Вам известно о той дорожке? — удивился Гейб, приподняв брови.

— Роджер всегда рассказывал о гонках против вас, — с притворным безразличием пояснила Вирджиния. — Ему очень хотелось побеждать вас.

— Он довольно часто меня побеждал! — отрезал лорд Гейбриел.

Они уже были на полпути к тому месту, где стоял Пирс, держа в руках два бокала пунша и глядя на нее прищуренными глазами.

— Итак, договорились? — не обращая внимания на кузена, уточнила Вирджиния. — Состязаемся на дорожке недалеко от Илинга?

— Вы согласны на мои условия? — сверлил ее взглядом лорд Гейбриел.

Вирджиния медлила. Почему бы нет? И не важно, что его условия включают в себя ухаживание, ведь она намерена выиграть гонку. Ее лошади хорошо знают эту дорожку. Возможно, у него быстрая упряжка, но и у нее — тоже, и потом у нее есть преимущество: она меньше и легче, чем он.

— Я согласна на ваши условия.

Улыбка, озарившая его лицо, едва не лишила Вирджинию возможности дышать. Как это досадно, что он может быть таким красавцем, когда хочет.

— Вот и хорошо. Дорожка недалеко от Илинга. Эта пятница подойдет?

На подготовку ей останется чуть больше трех дней, но этого будет достаточно.

— Конечно. Только если в час после полудня. Дедушка подумает, что я отправилась на дневную прогулку. — Замедляя шаги по мере приближения к Пирсу, она понизила голос. — Не рассказывайте моему кузену. Он сразу же помчится докладывать Поппи.

— Означает ли это, что у нас будет тайная гонка? — На лице лорда Гейбриела появилось понимающее выражение. — Только мы двое?

В медленной улыбке Гейба что-то насторожило Вирджинию. И заставило сердце биться чуточку быстрее.

— Не будьте смешным, — нахмурила она брови. — Пирс должен быть там. Кто-то должен убедиться, что вы не жульничаете.

— Ради Бога…

— Но я до последнего ничего ему не скажу. Это хорошо сработало, когда он привез меня в Тернем-Грин. — Вирджиния вздернула подбородок. — Я могу заставить Пирса делать все, что хочу.

— Вот только убедить не проболтаться дедушке не получится, — сухо заметил лорд Гейбриел. — Подозреваю, что даже у Девонмонта есть пределы терпимости к вашим капризам.

— Я надеюсь, таких пределов нет.

— Пока нет.

Лорд Гейбриел явно не понимает их взаимоотношений с кузеном. Она ему практически как сестра.

Но когда Пирс, не выдержав, сам подошел к ним, Вирджиния задумалась, существуют ли у него на самом деле пределы терпимости.

— Добрый вечер, Шарп, — холодным тоном приветствовал их Пирс. — Ты говорила, что хочешь пить, — протянул он бокал Вирджинии.

— Хочу. Спасибо.

— Удивился, увидев тебя танцующим с Вирджинией, Шарп, учитывая ее неприязнь к тебе.

— Все это уже в прошлом, — небрежно улыбнулся Гейб.

Вирджиния вопросительно посмотрела на него. У этого человека есть раздражающая привычка верить во что ему хочется.

Неторопливой походкой к ним приблизился джентльмен, внешность которого казалась знакомой. И Пирс, и Гейбриел — оба напряглись при его появлении.

— Ну-ну, — с любопытством осмотрел он всех, — какой сюрприз увидеть тебя здесь, Шарп. Ты пропустил сегодня гонку.

— А зачем мне было приходить? — пожал плечами Шарп. — Я знал, что кобыла Джессап выиграет.

— А вы что скажете на это, мисс Уэверли? — елейным голосом спросил незнакомец. — Очень плохо, что вы не проконсультировались с Шарпом. Ваш дедушка мог бы избавить себя от хлопот и просто оставить Призрака дома.

— Простите, сэр, — Вирджиния почувствовала мгновенную неприязнь к этому человеку, — но, мне кажется, мы незнакомы.

— Лейтенант Четуин, — представил мужчину Пирс. — Четуин соревновался в гонке экипажей с Шарпом в Тернем-Грин, — добавил он.

— Ах да, вспоминаю. — Еще один безрассудный мерзавец, который ради удовольствия сделает все, что угодно, и не важно, что кому-то это может причинить вред. Вирджиния была удивлена, что Пирс его знает. Он никогда не говорил об этом человеке.

— Скажите, мисс Уэверли, — с самодовольной улыбкой сказал лейтенант, — Шарп по-прежнему отказывается состязаться с вами в гонке?

— Не понимаю, какое вам до этого дело, — холодно ответила Вирджиния.

Улыбка сползла с лица лейтенанта.

— Просто интересуюсь, проявил ли он такую же осторожность, договариваясь о гонке с вами, как в случае со мной. Я пытаюсь убедить его снова посоревноваться в Тернем-Грин, но он отказывается. Прошлый раз мне пришлось оскорбить его мать, чтобы заставить его проскочить в «игольное ушко».

— Да, но ведь я победил тебя, — с подчеркнутой медлительностью заявил лорд Гейбриел, хотя его глаза сверкали яростью. — Если бы не удар о валун и не разбитый фаэтон, когда мы соревновались в первый раз, я бы победил тебя дважды.

— Не столкнуться с валунами — и есть главное в этой гонке, — усмехнулся лейтенант Четуин. — Вы не согласны, мисс Уэверли?

«Неужели этот отвратительный человек говорит сейчас о смерти моего брата?»

— Мне кажется, что главное — выигрыш, сэр. А вы проиграли.

— Только потому, — взгляд лейтенанта стал холодным, — что копыта одной из моих лошадей наступили на камень. И Шарпу это хорошо известно. И еще потому, что мне хватило здравого смысла притормозить, чтобы не разбиться о валуны.

Вирджиния замерла, потрясенная этими словами. Какое же это хамство — так цинично говорить о чужом горе!

— Это переходит все границы, Четуин! Хотя ты никогда не умел разговаривать с леди, — недовольно заявил лорд Гейбриел.

— Леди, — Четуин пренебрежительно взглянул в сторону Вирджинии, — не бросают вызов джентльмену посоревноваться в гонке, в которой они не собираются участвовать!

— Вы ошибаетесь. Я намерена участвовать в этой гонке! — горячо воскликнула Вирджиния. — Как только выиграю у лорда Гейбриела еще одну гонку — в пятницу в Илинге!

В тот момент, когда эти слова сорвались с ее губ, Вирджиния была готова убить себя.

— Прошу прощения, но мисс Уэверли согласилась танцевать со мной следующий танец, — объявил лорд Гейбриел и быстро повел Вирджинию опять на танцевальную площадку.

На этот раз танцевали рил. Очень подходящий шотландский танец, поскольку у нее уже голова шла кругом.

Лорд Гейбриел защитил ее от этого мерзкого лейтенанта Четуина. И пока она сама не проговорилась, он тоже хранил их гонку в секрете, хотя мог бы легко отразить намеки лейтенанта, похваставшись ему об этом. Учитывая его явную любовь к эффектам, это казалось довольно странным.