Жаркое из шефа - Ася Невеличка

Я открыл глаза, но Клубничка, напротив которой я продолжал стоять, все так же безмятежно улыбалась. Зато Салага хмурился и по-девичьи закусывал щеку изнутри.

Он то чего парится? Это Ангелине париться надо, ее булочки не идеальны!

— Ян Станиславович, продолжим съемку? — вмешался в мои мысли голос режиссера.

Я кивнул, занимая исходную позицию и подзывая к себе Дана.

С ним ситуация сложилась нехорошая. С одной стороны, парень прилично готовит. С другой, его не принял коллектив. Не принял единогласно.

Я убрал половину булочки в бумажный пакет и в карман. Сейчас выгоню одного участника и сделаю с женой то, что должен был сделать с первого раза.

Чертова булочка! Теперь я уверен, что все получится.

Дело не в десерте и не в человеке, а в крепкой ассоциации запаха с работой, которая меня расслабляет. Так получается.

И судя по торчащему в штанах члену, я чертовски сильно люблю свою работу!

— Кто второй номинант? — спросил я Семена.

— Э-э… Второй номинант — Василий.

— Почему?

— По результатам общего голосования шеф, — Семен развел руками.

— Конкретнее.

— Ну, было два кандидата — Вася и Фил. Но по итогу, именно за Васино яйцо сняли три балла. Поэтому он идет номинантом.

— Логично, — я кивнул, подзывая Василия.

И посмотрел на Филиппа.

Я вернулся, когда мне позвонил режиссер и спросил, будем ли оставлять кадры драки.

Драки, нахрен! На первом же конкурсе!

Я метнулся обратно, хотя это стало отличным отмазом для Аллы. Срочная работа. Опять. Да, без конца. Деньги легко не даются.

И вот теперь передо мной битый и один из хитрецов. Но я уже посмотрел кадры избиения и знал, кого выгоню первым. Еще до обслуживания первого вечера.

— В этот вечер вы должны были усвоить первый урок, что победа зависит от слаженной и честной работы команды. Но я не мог отпустить вас отдыхать, потому что настало время второго урока. Кто прав? Сильный или честный?

Стоящие напротив меня участники молчали. А я продолжал размышлять.

Салага не продержится долго, есть ли смысл тянуть его мучения?

Но если оставлю Фила, он будет уверен, что большинство вопросов можно решить с помощью кулаков! С другой стороны, для шоу выгоднее оставить обоих и снимать драки после каждого ужина.

Только это не мое шоу. Я ищу не клоунов, а хороших поваров, которые любят свое дело.

— Филипп, выйди к нам. Ты будешь третьим номинантом от меня.

— За что? — тот не поспешил, развязано продолжая стоять в шеренге.

Уже за одно это пренебрежение лишился бы у меня должности, но здесь шоу. А в шоу все подчиняется правилам и рейтингу.

— Ты взял чужое приготовленное блюдо, а это против правил кухни. Здесь мы всегда презентуем то, что приготовили своими руками.

— Пф… Не доказано.

Я наклонил голову, чтобы не вспылить. Если я еще сомневался кого выгнать, стоит ли пожалеть парнишку и отпустить, или все же наказать наглого вора и преподать всем урок, то теперь сомнения закончились.

— Зато остался вопрос. Кто прав? Сильный или честный?

— Я не понимаю, шеф, — продолжал спорить Фил. — Если вы спрашиваете меня, кого выгнать, то гоните слабого вруна. Он тянет нашу команду на дно, и утопит все ваши рестораны.

Тут Дан резко повернулся, с чего то решая, что ему тоже можно высказаться:

— Я не…

— Молчать! — рявкнул я.

Дан сразу поник, повернулся ко мне и опустил голову. Вот пусть так постоит, целее будет.

Я повернулся к Филиппу:

— Я всегда выгоняю тех, кто считает, что правда в силе. Нет, Филипп, она в честности. Дан, — я обратился к парню, но продолжал смотреть на Филиппа, — скажи, кто приготовил глазунью?

— Я, шеф, — убитым голосом ответил он.

— Понимаешь, Филипп? От того, что ты сильнее и можешь его запугать, правда не изменится. Он прав, а ты покидаешь шоу. Отдай мне фартук.

— Да подавитесь!

Филипп сорвал с себя голубой фартук, швырнул его в мою сторону и пошел в сторону выхода.

— Если ты хочешь написать заявление о побоях, — обратился я к Дану, но тот быстро замотал головой и перебил меня.

— Нет, не буду. Не хочу. Но я рад, что он уходит.

Я пожал плечами и остановил Василия, решившего вернуться в строй.

— Я еще не закончил.

Осмотрел оставшихся мужчин.

— Я хочу раз и навсегда пресечь любое насилие. Где бы вы не находились, здесь за всеми следит камера, — краем глаза я заметил как дернулся Дан, должен быть благодарен, что мы ничего не упускаем. — И в случае необходимости, мы готовы вызвать полицию и представить доказательства. Это понятно?

— Да, шеф!

— Можете быть свободны.

Камеры выключились, помощники сняли с меня микрофоны, и я побрел на выход к стоянке, сжимая в кармане оставшуюся половинку булочки.

Если мои выводы верны, то с зачатием у нас с Аллой проблем не будет. У меня их не будет. А Алле придется очень постараться, чтобы и дальше жить в роскоши и достатке.

* * *

Утром я торчал на своей кухне и смешивал ингредиенты для сдобной булочки с мятной глазурью.

Вчерашняя половинка помогла, но быстро закончилась… Бежать в общежитие и выпрашивать добавки было стыдно. Ну не у Клубнички же клянчить!

Первая партия булочек не получилась… В них отсутствовал лимонный вкус и нотка жженной карамели. И вообще, мои булочки были другие!

Вторая партия отправилась в мусорку вслед за первой.

К пятой партии я уже психовал не в состоянии повторить долбанный вкус гребанных булок!

Ничего. Я решил поймать девчонок на приготовлении и выманить рецепт. Лишь бы они на диету не сели.

Выходной логичнее было провести дома. Позагорать, поплавать в бассейне. Но вышла Алла, томно потянулась и подсела ко мне, загораживая солнце и шарясь руками в районе ширинки.

Несмотря на въевшийся в меня запах булочек, у меня не стояло…

Психологический дискомфорт.

Я стал четко разделять свое состояние расслабленности и напряжения. Алла меня напрягала, булочка расслабляла…

— Сегодня конкурс десертов, — заявил я с порога, только появившись на кухне на следующий день.

Я должен узнать рецепт чертовых булочек не выдавая своего особенного интереса к ним.

— Нет, — отрезал режиссер, — сегодня ты расставляешь их по секциям и проверяешь на знание меню.