Желтая гора - Галина Миленина

Бабушка. Вот кто реально вырастил мальчика, пока мама бесконечно устраивала свою личную жизнь. Властная, привыкшая командовать своим семейством, похоронив мужа и убедившись в наличие Альцгеймера, перебралась жить к дочери и зятю.

Зять, четвертый муж мамы – уважаемый в городке потомственный доктор – обладал характером, как и положено настоящему врачу, уравновешенным и благородным, отсюда получил от приемного сына кличку Терпила. Отчим дал Марку свою фамилию, когда тот заканчивал школу. Семья решила, что милиционер с родной фамилией Бесштанько станет объектом для насмешек в училище, а приступив к службе, будет и вовсе недоразумением. Так что фамилию парню изменили, но она, цепко сидящая в генах, проросла в характер и его сущность. Паспорт можно поменять, но гены щеткой не стереть.

Это был второй брак доктора. Первый внезапно закончился, когда жена, работая рядом с мужем медсестрой, умудрилась отчаянно загулять со знойным кавказским джигитом.

«Отджигитовав» курортный сезон и оставив даму беременной, герой-любовник отбыл на родину. А женщина родила общему с доктором сыну Славе братика, такого же смуглого и темноволосого, как и его отец – южный мачо.

Доктор ушел от жены и из своей квартиры, подал на развод, но слегка припозднился и оказался «отцом» новорожденного – бывшая жена записала малыша на законного мужа.

Так благородный врач, имеющий по факту одного сына, дал свою фамилию и финансовую поддержку еще двум чужим. Он добрый, ему не жалко.

В лихие девяностые, в пору переходного периода обоих пацанов – Маркуши и Славы – у доктора поседела и выпала добрая половина волос.

Кровный сыночек Слава, старше на год приемного, регулярно попадал в плохие истории, из которых его приходилось с большим трудом вызволять. Алкоголь, наркотики, кражи, а потом и мелкие грабежи. Вслед за ним мог потянуться и Маркуша.

В какой-то момент доктор не смог откупить сына и тот пошел за решетку. И вот тогда доктор понял, что вскоре и его пасынок окажется на нарах и, использовав свои связи, пристроил парня в милицейское училище. В общем-то он спас Марка, покроив ему будущее, поставил его по другую сторону решетки. А своего сына потерял.

Слава выходил из тюрьмы на короткий срок и снова возвращался обратно. Но, очевидно, не потому, что он был такой отпетый рецидивист. Попав в юном возрасте в определенную среду, он уже не знал другой жизни, и когда возвращался на свободу, не мог найти себя, везде был чужим, и все стало чужим. Тем более что жизнь страны и ее законы стремительно изменилась не только для него, но и для тех, кто из нее не выпадал, подобно Славе.

Отец верил в сына, не отвернулся от него, поддерживал – регулярно ездил на свидания, возил продукты, лекарства. Слава часто болел – у него обнаружили СПИД.

Несмотря на все старания доктора спасти, устроить, поддержать сына, у него ничего не получилось – Слава умышленно совершил свое последнее преступление и вернулся на зону, где вскоре заболел и умер от воспаления легких.

Доктор один поехал за телом сына, привез и похоронил его в родном городке. Не раз спасавший жизни других, он не смог спасти своего единственного мальчика: «Это вина врачей. Он должен был выздороветь, ведь я все необходимое привозил, они ничего вовремя не сделали, бросили его умирать беспомощного!» – повторял он на похоронах.

После доктор написал длинную и обоснованную петицию в МВД. «Славика не вернуть, но, может быть, удастся спасти чьих-то сыновей», – думал он.

Когда Маркуша женился впервые и у них родилась дочь, доктор практически сам выходил, вынянчил малышку, пока ее родители завершали свое образование. Не каждый родной дед был способен дать своей внучке столько любви, заботы и тепла, сколько дал он.

Доктор носил благородную бородку а-ля Чехов и относился к теще спокойно и ровно, но как к особо тяжелой бактерии, с которой бороться бесполезно и даже вредно, а можно лишь выработать иммунитет. Для стойкого иммунитета предпочитал коньяк.

Теща, как цербер, передвигалась по квартире, все подмечала цепким взглядом и планировала, как проводит зятя в последний путь. Впервые появившимся в этой квартире она сходу докладывала, какие знатные женихи были у ейной дочери, а вот выбрала же! Она не догадывалась, что в этой семье именно зять был настоящим человеком и единственным донором для всех, и не подозревала, что очень скоро ушла бы вслед за ним в случае сбытья своих мечт.

Она регулярно, один-два раза в месяц «теряла» свои сбережения, спрятанные под матрасом, драгоценные нитки, ножницы, иголки, шумно скандаля и обвиняя в краже зятя. Каждый раз все находилось, ею же перепрятанное в другие места и благополучно забытое. Интеллигентный доктор не мог дать должный отпор – ретировался из квартиры, держась за сердце. А теща жила спокойно дальше, не отягощая себя извинениями, в ожидании следующего спектакля, изрядно хлебнув докторской кровушки.

Своим подозрительным взглядом она просверлила насквозь и Марину и приступила к допросу: кто такая, откуда и сколько зарабатывает. Вопросы сыпались прямо в лоб, но никто бабушку не остановил, не урезонил, дескать, некорректно, не переключил старушку на другую волну, да и зачем? То, что их самих интересовало и обсуждалось на тесной кухне, теперь озвучила раненная Альцгеймером бабуля. Ей можно. Она спросит снова и снова, тут же забудет и опять уточнит. Удобно.

Неожиданно бабуля вспомнила дела давно минувших лет и рассказала историю своей мамы – та после войны вышла замуж за мужчину моложе себя на семнадцать лет. Жили они дружно-счастливо до самой его смерти, муж умер раньше, удивив. Так что и вы живите, любите друг друга, берегите и жалейте, особенно ты, жалей моего внука! – заключила свой рассказ, прослезившись, бабуля.

Осмысливая услышанную историю, мистически настроенная Марина поняла, что здесь и таится разгадка их странного союза с капитаном. Втянувшись в энергетический вихрь, оказавшись звеном в сложно переплетенной кармической цепи причин и следствий, ее узлов, сопротивляться бесполезно, – решила она.

Марина планировала плавать в чистых водах Тихой бухты, гулять в можжевеловой роще и писать там свои картины. Но сначала решила привести в порядок его берлогу – однокомнатную квартиру на первом этаже в старой пятиэтажке, в подъезде с тяжелым застоявшимся запахом мышей.

Она отмыла квартиру, выбрала новую сантехнику в ванную, пригласила мастера все поменять, купила новые обои.

Когда поклеила половину комнаты, пошла к морю освежиться, поплавать. В это время Марк пришел со службы. Увидев нарезанные обои на полу, он неумело взялся за дело. Стоя на табуретке, прилепил под потолок отрезок и стал разглаживать верхнюю крайнюю часть бумаги резким движением ладони. И зацепился кольцом за острую металлическую гардину. Дернул руку, пытаясь освободиться, табурет пошатнулся и ушел из-под ног, а он повис на кольце, как на пыточном станке. Кольцо разрезало кожу и мягкие ткани, оголив палец до сустава. От боли потемнело в глазах, и алая кровь брызнула по стенам. Он не помнил, как выскочил из квартиры и побежал в больницу, зажав полотенцем рану.