Любовь контрабандиста - Барбара Картленд

— Леона! Леона!

Мужской голос эхом разносился под сводами зала.

Звуки его достигали верхних покоев замка, где в маленькой комнате в конце коридора молодая девушка расставляла в вазе только что срезанные цветы.

Вскрикнув от радости, она выронила их из рук и стремглав бросилась к двери, но, прежде чем она добежала до лестничной клетки, крик повторился снова:

— Леона! Куда, черт возьми, подевалась эта девчонка?

— Я здесь, Хьюги! — крикнула она с верхней ступеньки широкой дубовой лестницы. Подняв глаза, он увидел ее силуэт на фоне темной панельной обивки. Было что-то неземное, сказочно прекрасное в ее чуть заостренном личике, обрамленном ореолом светлых локонов… Ее серое платье сливалось с сумерками зала, так что ее скорее можно было принять за эльфа из волшебной сказки, чем за живое существо из плоти и крови.

— Честное слово, Леона, своим криком я мог бы разбудить мертвеца!

— Ах, Хьюги, ты вернулся! Как чудесно! Я не ждала тебя так скоро.

— Уж конечно, ты меня не ждала. — язвительно заметил ее брат.

Что-то тут было не так — Леона догадалась об этом по его раздраженному тону, по глубокой складке, пересекавшей его лоб, по тому возбуждению, с которым он щелкал по ботфортам хлыстиком для верховой езды.

Она поспешно спустилась в зал и подбежала к нему.

— Что такое? У тебя неприятности?

Какое-то мгновение он пристально смотрел на нее, словно ее слова удивили его, потом ответил резко:

— Сплошные неприятности, но сейчас не время для пустой болтовни. Поскорее собери Брэмуэлла и прислугу. Пусть немедленно подготовят дом…

— Подготовят дом? Зачем?

— Разрази меня гром! Делай то, что тебе говорят! — негодующе вскричал сэр Хьюго Ракли. Затем, словно устыдившись своей несдержанности, добавил:

— Прости меня, Леона. Но я попал в ужасный переплет, и только ты одна можешь мне помочь.

— Хьюги, что случилось? — спросила она, инстинктивно прижав руку к груди. В его интонации чувствовалось такое волнение, такое внутреннее напряжение, что Леона поняла: он был расстроен не на шутку.

— Я скажу тебе позже, — произнес он быстро. — Позвони Брэмуэллу или позови его, если звонки, как всегда, не в порядке.

— Ты опять проигрался?.. О боже, Хьюги, только бы не все деньги!

— Нет, нет. Я даже выиграл, как оказалось. И я мог бы выиграть намного больше, если бы мне не помешал Чард. Будь он проклят!

— Кто такой Чард?

— Гром и молния! Только не говори мне, что ты никогда не слышала о Чарде. О чем ты думаешь в этом захолустье?.. Но не будем тянуть время за разговорами, Леона. Делай, как я тебе сказал.

Без дальнейших объяснений Леона направилась, ступая по потертым коврикам, к двери под лестницей, ведущей в помещение для прислуги. Ее домашние туфельки без каблуков не издавали ни звука, она словно плыла по комнате с такой грацией, которая могла бы очаровать любого, за исключением ее брата, стоявшего мрачнее тучи.

— Брэмуэлл! — позвала она через обитые сукном створки дверей. — Брэмуэлл! Вы здесь?

У нее был звонкий, мелодичный голос — качество, которого ее брату заметно недоставало. И все же, когда она вернулась к нему, между ними можно было заметить определенное сходство: те же белокурые, пепельного оттенка волосы, те же брови вразлет, напоминающие крылья парящей в воздухе птицы… Но на этом сходство заканчивалось. Леона казалась воплощением изящества. Хьюго же был почти шести футов роста, отличался атлетическим сложением, гибкостью и выносливостью, приобретенными за годы военной службы во Франции.

— Он идет? — нетерпеливо спросил Хьюго.

— Да, я слышу шаги, — ответила Леона.

— Он, как всегда, еле шевелится. Дряхлый старик, ему уже десять лет назад надо было уйти на покой.

— А где бы мы нашли другого такого преданного и бескорыстного слугу, который согласился бы работать за самое скромное жалованье, особенно когда его несколько месяцев подряд не выплачивают?

Леона задала этот вопрос без тени горечи — скорее наоборот: на губах ее заиграла озорная улыбка, глаза заблестели.

— Не правда! — возмущенно перебил ее брат. — С тех пор как я дома, он уже получил сполна все, что ему причиталось, так же как и все остальные.

— Я знаю, дорогой, но им пришлось слишком долго ждать своих денег, — примирительным тоном заметила Леона.

— Вы звали меня, мисс Леона? — спросил старик дворецкий, появившись в дверном проеме.

Брэмуэлл служил отцу Хьюго и Леоны, а еще раньше — отцу их отца. Ему было уже за семьдесят, он почти оглох. И с каждым месяцем ему все труднее было справляться со своими обязанностями. Но Леона любила его.

Для нее он был частью замка, и, даже будь у них такая возможность, она не смогла бы обойтись без старого Брэмуэлла — так же, как без крыши над головой.

— Конечно, мисс Леона звала вас, — сказал Хьюго, выступив вперед и повышая голос. — Поторопитесь, Брэмуэлл. Необходимо вычистить серебро и постелить на стол самые лучшие скатерти. Сегодня вечером мы ждем гостей. Вы слышите меня? Гостей.

— Да, Хьюги… Я понял, сэр Хьюго, я все слышу… Только вот как, по-вашему, я смогу справиться со всем этим без помощника? Если вы помните, я рекомендовал вам того парня из Сифорда. Он был бы рад наняться к вам, но вы отказали ему, сэр Хьюго, вы же сами знаете…

Хьюго взглянул на сестру. Она слегка нахмурила брови.

— Нам о нем ничего не было известно, — вздохнула Леона, — и мы подумали, что его стремление служить у нас… несколько странно.

— Да, да, я припоминаю, — раздраженно произнес сэр Хьюго. — Ладно, Брэмуэлл, постарайтесь сделать все, что в ваших силах. Пришлите кого-нибудь из сада или с фермы. Но поторопитесь. Нельзя терять ни минуты.

— Право, не знаю, Хьюго, что бы вы делали без меня, — бормотал себе под нос Брэмуэлл, удаляясь, и на всем пути по коридору, ведущему в кладовую, они могли слышать стариковское ворчание.

— Хьюги, кто приезжает? — спросила Леона.

— Разве я уже не говорил тебе? — В голосе ее брата слышались нетерпеливые нотки. — Чард! Чард! И с ним некто Николас Уэстон, его секретарь и доверенное лицо.

— Но зачем ты пригласил их сюда? — Пригласил их? Вот это здорово! — Хьюго запрокинул голову и невесело засмеялся. — Я его пригласил!

Разве я похож на дурака? Он сам напросился, девочка, было бы тебе известно. Более того — похоже, он меня в чем-то подозревает. Тут уж нет сомнений!

— Нет, Хьюги! Не может быть! Что он сказал? Откуда ты знаешь? — Вопросы сыпались один за другим с губ побледневшей Леоны.