#Попутчик - Диана Килина

ПРОЛОГ

никогда не бери попутчиков.

не разговаривай с незнакомцами.

это правило. только сучий

день сегодня.

семь лет нет солнца.

на восьмой год оно появится,

за собой приведёт Господа.

под стопой его мир развалится,

затрещит мир вязанкой хвороста.

не возьму с собой луну–доченьку,

да и сына оставлю, месяца.

я возьму с собой нож заточенный,

зашагаю один, весело.

пока мир слаб – война не кончится.

брат на брата пойдёт с ножиком.

мать несчастная взвоет, скорчится:

''защити их обоих, Боженька.

сбереги, Отец, человеческих,

неразумных своих деточек''.

...а Бог выйдет курить на крылечко,

огонёк в руках станет светочем.

и поднимут люди свои головы,

скажут: ''гляньте, звезда рассветная''.

а Господь усмехнётся в бороду:

''ищешь Бога? да только нет меня''.

никогда не бери попутчиков.

не разговаривай с незнакомцами.

тут ты прав. только дело случая.

да и сказка моя не кончена.

до чего хорошо ты слушаешь –

всё молчишь, и глядишь внимательно.

а на свет фар слетаются души.

вот, смотри, одна в белом платьице.

этой было всего четырнадцать,

когда небо над домом дрогнуло.

и посыпались, шурша крыльями,

на дорогу стервятники–бомбы.

я ведь был там. свинцом обвешанный,

кровью ржавой смачивал горлышко.

я стрелял не жалея, не мешкая,

в человечьих детей–оборвышей.

но в глазах её.

но глаза её...

мне ни водкой, ни сном не вытравить

в них не бился страх. только тихий лёд,

безмятежный лёд.

''дай дурман–травы'' –

Бога я просил. приносил вино,

агнца приносил, приносил руно.

''я же худший сын из твоих сынов,

успокой меня, дай мне сон без снов''.

только Бог папиросу выбросил,

повернулся лицом обветренным.

усмехнулся, да вопросил:

''ищешь Бога?

да только нет меня''.

...и с тех пор я слегка помешанный.

не пугайся, с тобой я – вежливо.

стало много на свете нежити.

Бог устал. кто накажет грешников?

дождь рассыпался мелкой моросью,

по машине бьёт, что на обочине.

тридцать шесть километров до города.

мы остались здесь в одиночестве.

посмотри – взгляд мой злой, измученный

и в зрачках пляшет лунное солнце.

никогда не бери попутчиков.

да и сам не садись к незнакомцам.

Джио Россо (Виктор Тищенко)

Судья явно был не в восторге сидеть несколько часов в душном маленьком зале заседания, да ещё и в чёрной мантии. Я тоже была не в восторге, но не по причине жары или дискомфорта, хотя, последний преследовал меня с той минуты, как я вошла в помещение.

С огромным трудом выступив с обвинительной речью, я всё остальное время смотрела то на подсудимого, то на человека, сидящего в первом ряду за адвокатом. Раньше я никогда не видела вживую близнецов, и даже не подозревала насколько они похожи.

Как две капли воды. Действительно. Абсолютно одинаковы. Даже в манере держать себя – твёрдая осанка, сосредоточенное лицо. Как будто кто–то решил пошутить, а быть может и совершенно случайно, нажал на copy – paste. Говорят, что у них разные отпечатки пальцев и узоры радужек, а также форма ушной раковины, но подойти и посмотреть я, естественно, не могу, поэтому мне остаётся только догадываться.

Их сходство не уменьшало моей боли. Моего отчаяния.

Пока адвокат говорил речь защиты, я переводила взгляд с одного лица на второе – полностью идентичное первому. У обоих – короткий ёжик светлых волос, те же чистые серо–голубые глаза, та же гладковыбритая кожа на щеках. Длинные пальцы на длинных руках – они ко мне прикасались. Я должна чувствовать себя грязной, но я, почему–то не чувствую.

Судья объявляет перерыв перед оглашением приговора; я даже не заметила, как говорю свою финальную речь. Подсудимого выводят в коридор, а по нему ведут в комнату отдыха двое охранников, и я не думая иду за конвоем.

– Мне нужно две минуты с ним, – тихо говорю тому, который остался снаружи, – Попробую разговорить в последний раз, – вялая улыбка трогает мои губы.

Дверь раскрывается, меня пропускают внутрь.

– Наедине, – я бросаю многозначительный взгляд на подсудимого, – Две минуты.

– Хорошо.

Нас оставляют одних в тесной комнатушке, и я прикладываю палец к губам.

– Прослушка, – шепчу еле слышно и ловлю кривую усмешку.

– Госпожа прокурор, – подсудимый сдержано кивает.

– Вы осознаёте то, что вы делаете, Ильмар? – мой голос дрожит, я не в силах шагнуть дальше – так и стою в дверях.

– Да. Полностью.

– Вы понимаете, какой срок вам дадут? – я душу в себе подступающие слёзы и обхватываю живот руками, в надежде удержать свой завтрак в желудке.