Женщины президента - Ирина Лобановская

— Валентина, одумайся!. — раздраженно сказала мать.

Как же она надоела… И зачем так стараться переделать взрослого человека, не желающего меняться?!.

— Я в который раз прошу наконец вспомнить: у тебя семья — очень хороший муж и ребенок! Пожалей Таньку! Все женщины в тридцать лет сходят с ума. Это массовая зараза! Но нельзя поддаваться общему психозу. Брось ты эти свои вечные весенние дела! Можно все-таки чем-то выделиться из окружения! Даже приятно быть непохожей!

— А я не хочу ничем выделяться! — возразила Валентина. — Буду как все — сумасшедшая тридцатилетняя баба! Которую на ходу зашкаливает! Мне это нравится! И вообще, я бестолковая!

Да, ей это нравится… Даже очень…

— Да что ты в нем нашла, в своем паршивом шефе?! — в отчаянии крикнула мать. — Видела я его! Обыкновенный деревенский мужлан! Топорная работа! А ты у меня — красавица! — В ее тоне прозвучала вполне оправданная гордость настоящего мастера за собственное удачное творение. — И заводить служебный роман — самое последнее дело!

Где это мать могла его видеть?.. Странно… Откуда она всегда так хорошо все знает?..

Валентина подошла к зеркалу. Она действительно очень ничего себе: нежная, тихая, но заметная сероглазка с хищной грацией; большой, но необвисшей, провокационно натягивающей тонкие платья и блузки грудью. Возбуждалка что надо! Валентина никогда не оставляла сильный пол равнодушным, а мартовские мужики вообще возле нее тотчас становились на уши.

Но, к сожалению, долго любоваться собой времени не было. Валентина махнула матери рукой — я тороплюсь на работу, мама! — и хлопнула дверью. Объясняться бессмысленно. И давно опостылело.

Сосед с четвертого этажа, увидев ее, остановился у подъезда:

— Доброе утро! Как там Виталий?

— Просто отлично! — сказала Валентина. — Весь в работе! Видимся редко. Как семья капитана дальнего плавания. Потому и живем.

Сосед усмехнулся.

Она открыла «Тойоту» и шлепнулась на перегревшееся сиденье. За два года удалось скопить себе на Личное авто. Благодаря адской работе и шефу. У Виталия своя «Ауди».

Какая-то ненормальная жара стоит все лето… Постоянно хочется смыть с себя липкую, приставучую городскую пыль и выстирать платье и белье. Изрисованное самолетами, прожарившееся на сковородке солнца уставшее небо… Ему опротивели и наглые самолеты, и птицы, пытающиеся показать себя в полете не понимающие, что часто отрываться от Земли не стоит и люди, пробующие разгонять насмешливые облака. Томящиеся в духоте деревья и тощие бродячие собаки… Измученный жарой, выгоревший город… Он ждал новой зимы. И Валентина вместе с ним.

Хорошо, что Танька на даче со свекровью. Нужно спровадить туда и мать — тогда на время станет полегче дышать.

Валентина положила голову на баранку и задумалась. Что она нашла в своем шефе?.. Что она нашла в нем… Что… Разве можно понять, почему мы выбираем того или иного человека? Но все-таки, что она в нем нашла?!.

* * *

Она увидела его впервые два года назад. Тоже летом. В самом его конце. Тогда Валентина погорела со своей частной школой и не знала, чем заниматься дальше. Она не справилась ни с руководством, ни с документами, категорически настаивающими на уплате за аренду помещения, тепло и свет. Не нашла общего языка с высокомерными родителями, которые открытым текстом требовали вырастить из их тупоголовых недорослей гениев.

Один сильно любящий папочка так и заявил ошеломленной Валентине:

— Я вам очень много плачу! Почему мой сын до сих пор еще не гений?

Она подумала, что он шутит. Оказалось, все очень всерьез.

Виталий никогда не настаивал на ее обязательной службе: он был в состоянии содержать семью. Но Валентине казалось скучным и бессмысленным торчать дома, особенно когда у Таньки в наличии сразу две преданных и нежных бабушки. И вообще, она считала роль домохозяйки для себя унизительной.

Насмешливо понаблюдав за ее мучениями, Виталий предложил:

— Приятель знает молодого бизнесмена, начинающего новое дело. Очень нужны менеджеры. Пойдешь?

— В менеджеры? — обиделась Валентина и гордо вскинула к потолку подбородок. — Ничего себе завлекалка! В стиле нового времени! Я окончила университет!

Виталий пристально осмотрел ее и усмехнулся.

— Ну мы университетов не кончали! — заметил он. — Жизнь дается нам всем один раз, но далеко не всем она удается! Запомни это — и дерзай! Иначе ничего никогда не получится и даже не стоит рассчитывать на удачу! Только если ты не желаешь заниматься делом, не притворяйся феминисткой, погибающей возле семейного очага, и не ной у меня над душой, что не можешь сидеть с Танькой! Ты, к сожалению, не бессловесная рабыня!

Каждый мужчина в глубине души затаенно и сладко мечтает иметь дома бессловесную рабыню.

Тогда им становится жить намного проще. Возможно, стоило прислушаться к откровенному жалобному мужскому зову и упростить мужу дальнейшую жизнь, но Валентина вместо этого нехотя отправилась знакомиться с молодым бизнесменом.

В приемной, сжав ладонями виски, сидела первая помощница шефа — молодая женщина с плоским круглым лицом. Очки ее явно не украшали. Увидев Валентину, она улыбнулась приветливо, но, как той показалось, излишне засахаренно.

— Нет никаких сил! — кокетливо пожаловалась она.

— У меня есть пенталгин, — с готовностью предложила Валентина, мельком осматривая шикарный офис. — Вы наверняка переутомились!

— Да нет, — лукаво-загадочно отозвалась женщина. — Просто в очередной раз побеседовала со своим начальником. А он у нас вспыльчив и горяч… Крутой нрав!

Валя панически испугалась: значит, предприниматель — зверь? Зачем же ей лезть к нему в когти?!

И осторожно, мечтая поскорее оказаться на улице, тоскующей по осеннему дождю, вошла в кабинет.

Смотрел бизнесмен исключительно в стол, ни одного взгляда на Валентину. Его грубовато рубленое лицо с глубокими, как борозды в поле, не по возрасту ранними морщинами за все время беседы не меняло своего выражения, казалось застывшей маской. Большие руки, широкие плечи, высокий рост… Плохо выглаженная рубашка и мятые брюки. И куда жена смотрит? Или ее еще нет?.. А мама?..

Вале стало тоскливо.

Нет, отсюда надо удирать, и как можно быстрее!

Иначе ее здесь слопают и не подавятся. Да и в работе менеджера она ни бум-бум. Лучше продолжать сидеть дома. Глядишь, подвернется что-нибудь еще…

Она в последний раз взглянула в лицо бизнесмена, тщетно пытаясь найти поддержку, хоть какой-нибудь ответ, и увидела лишь жестко упертые в стол огромные, крепко стиснутые кулаки. На правой руке нечаянно весело блеснуло обручальное кольцо. И неожиданно уловила почти незаметный, скользящий взгляд исподтишка, слишком очевидно погладивший ее голые колени, — зачем она надела эту короткую юбку?