Ведьмам накладывают швы - Джульетта Кросс

Джульетта Кросс

Ведьмам накладывают швы

Juliette Cross

Witches Get Stitches

Copyright

© ООО «Издательство АСТ» 2026

* * *

Пролог

– Так, теперь очередь Вайолет! – пискнула Клара, нетерпеливо ерзая рядом.

Тетя Бэрил как раз закончила ритуал гадания на чаше. Это был подарок нам на шестнадцатилетие. Мы с сестренкой сидели на траве, и она подвинулась, уступая мне место напротив гадавшей нам тети Бэрил. Я наклонилась вперед, чтобы лучше рассмотреть чашу: она была плотно набита дикими цветами и травами, аккуратно срезанными и потому напоминавшими стриженые кусты в английском саду в тетином дворе.

– А я ведь, между прочим, тоже провидица. – Я смахнула приставшую к коленке травинку. – Я бы и сама могла себе погадать.

Мамина лучшая подруга, тетя Бэрил, растила нас с ней вдвоем. Я ее просто обожала – и не только потому, что она была дико крутая. Вдобавок она никогда не лезла за словом в карман и могла поставить на место кого угодно, не чувствуя никакой вины.

– Тебе всего шестнадцать. – Тетя снисходительно приподняла бровь. – Для ведьмы это возраст, когда, считай, еще молоко на губах не обсохло.

Вот видите? Я улыбнулась.

– Мама подарила мне колоду Таро, и я сделала расклад для Джулс. Сказала ей, что однажды она станет главной ведьмой в Новом Орлеане. И мама подтвердила – так и будет! Так что гадаю я вполне ничего.

Тетя усмехнулась и склонила голову. Ее длинные дреды свесились на одно плечо.

– Или у тебя просто есть капелька здравого смысла, и ты соображаешь, что к чему. – Она наклонилась над чашей и похлопала меня по лбу. – Любой, кто знает Джулс, скажет, что однажды она возглавит ковен.

Тетя обхватила стенки деревянной мисочки, наполненной первой весенней дождевой водой, обеими ладонями.

– А теперь тише. Сконцентрируйся на своем будущем. Для провидицы, кстати, гадать себе самой – всегда плохая идея.

Я уселась поудобнее, положила руки на колени и закрыла глаза.

– А почему?

– Мешает близость к объекту. У провидцев часто получается так: даже если психическая связь с другими крепка, заглянуть в собственное будущее не выходит.

– Но ведь я…

– Тсс! – оборвала тетя.

И я затихла. Я ощущала, как рядом ерзает Клара, но у нее всегда лучше моего получалось следовать указаниям – и она молчала, давая тете Бэрил сосредоточиться. Искрящийся поток энергии хлынул между нами, и у меня перехватило дыхание. Мне так нравилось ощущать тетину магию. Словно в летний день тебя овевает прохладный ветерок.

– Та-ак. – Ее тихое созерцание сменилось легким беспокойством.

– Что это, тетя?

Я распахнула глаза и наклонилась к мисочке для гадания. На воде колыхались размытые очертания ведьминого знака, который я не могла разобрать. Тетя Бэрил подержала ладони над водой, и они засияли белым светом. Она положила руки на колени, изогнула бровь и сосредоточенно нахмурилась, вглядываясь в воду.

– Ну что, что там?

Эх, а я думала – я терпеливая.

– Крепкая независимость.

– С ума сойти, – шепнула Клара, слегка сопя.

Я толкнула ее локтем.

Мы с ней уже начали расходиться в стиле. Если я носила рваные джинсы и футболки с принтами рок-групп, то она выбирала элегантные платья, подчеркивавшие ее хрупкий силуэт. Она напоминала фею, которая спустилась в мир людей.

– Спустя какое-то время у тебя появится работа мечты. Вижу твой успех. За него придется побороться, но он придет.

– Шикарно. Вот бы еще узнать, что это за работа такая, если на то пошло.

– Гадание так не работает. – Тетя бросила на меня испепеляющий взгляд.

– А что насчет большой и чистой любви? – взволнованно спросила Клара. Остальное ее мало интересовало.

Тетя Бэрил едва слышно что-то прошептала и стала водить ладонью над гадательной мисочкой. От ее слов вода в сосуде закружилась сильнее. Я притворялась, что «большая и чистая любовь», как часто говорила Клара, мне не особенно-то интересна, но сама с нетерпением подалась вперед. Несмотря на бунтарскую внешность, я была безнадежным романтиком.

– М-да. – Тетя откинулась назад, хмуро поглядывая на мисочку.

– Звучит, конечно, так себе. А можно, пожалуйста, поподробнее?

Тетя наградила меня суровым взглядом.

– Он надломлен внутри, твой суженый. Как и все ему подобные. – Тетя вновь опустила глаза на воду.

Ну конечно, кто же еще может мне достаться. И все же внутри мое сердце запрыгало от восторга. Ведь кого-то же тетя Бэрил все-таки увидела!

– Но Вайолет ведь сможет его исцелить? – Клара сосредоточенно посмотрела на воду.

– Наверное, – сказала тетя. – Да, именно. Ты сможешь. Если будешь думать сердцем, а не головой.

Это было скорее про Клару, чем про меня.

– А как я его узнаю? – спросила я, взволнованная тетиным видением.

– По глазам.

– Это мне ни о чем не говорит. Какого цвета у него глаза? Что в них особенного? Он высокий? Низкий? Блондин или брюнет? – по-детски канючила я, намеренно забрасывая ее вопросами за слишком туманный посыл.

В ответ тетя лишь улыбнулась и тоном, успокаивающей плачущее дитя мамы, повторила:

– Ты узнаешь его по глазам.

Глава 1. Вайолет

«Еще чуть пониже».

Я спустила лямки свободного топика на локти, окончательно оголяя шею и декольте.

– Наклонись чуть вперед, – Заир навис сзади и приблизился ко мне, расставив длинные ноги по сторонам от стула, где я сидела.

– Такое ощущение, что у нас вот-вот случится секс.

Он хихикнул.

– Что, замерзла?

Я бросила взгляд на свой черный топ-бикини. Он завязывался на шее, и у него не было ремешков – я специально надела его, чтобы Заиру сподручнее было работать.

– Ну, приходится тут сосками светить. Что поделать, боль на время, тату навсегда, как говорится. Да и потом, я же обещала, услуга за услугу. В общем, продолжай.

– Не смеши, а то набью криво. Ты же хочешь ровное тату?

Игла вошла мне под кожу, и я ощутила ритмичную вибрацию. Приятная боль.

– Твоя услуга состоит в том, что ты выступаешь для меня моделью. Устраивать шоу для всех мужиков в баре не обязательно.

– Ты же хотел пополнить клиентскую базу. Набивать татуху полуголой ведьме, когда на улице зима и минусовая температура, – что может быть эффективнее для привлечения посетителей?

Я уже начинала замерзать, несмотря на работающий рядом с нами обогреватель. От иглы было одновременно больно и приятно, и это ощущение кружило голову.