В постели с бандитом - Ая Кучер

Ая Кучер

В постели с бандитом

Глава 1

— Я её заберу, — звучит голос мужчины, от которого я пряталась два года. — Я сам с ней разберусь.

Вот что может быть хуже, чем тебя похитила гора амбалов? Причём из-за ошибочки, приняв меня за другую!

Подумаешь, чуток по их тайным офисам гуляла… Так я пряталась!

От того самого мужчины, который сейчас меня забрать хочет!

Так что да, вот это — встретить свой кошмар случайно — гораздо страшнее!

Мне достаточно его голоса, чтобы узнать. Низкого, вкрадчивого. Столь властного, что внутри всё сжимается.

Эти рычащие нотки, приправленные бархатной хрипотцой, я узнаю из тысячи.

Вскидываю голову, всё ещё теша себя надеждой, что это мираж. Просто нервы натянулись, и вместо дрожи — галлюцинации выдают.

Но одного взгляда достаточно, чтобы мой мир разрушился. Это он!

Мой кошмар стоит в человеческом обличии возле входа. На нём тёмный, дорогой костюм.

Сто процентов сшитый на заказ, чтобы вместить его широкие плечи. Ткань ложится так, что видно каждое движение мышц под ней.

И не сказать, что он перекаченный… Но при этом мускулы у него крупные, канаты натянутые.

Сила чувствуется в каждом движении. Животное нутро, притаившееся под гладкой обёрткой цивилизованного мужчины.

Мужчина ухмыляется. Уголки его губ подрагивают, но там нет ни намёка на веселье.

Эта фальшивая мягкость, которой я боюсь до дрожи. Улыбка, за которой он прячет острые зубы.

Оскал.

Его тёмные глаза смотрят тяжело, придавливая к месту. Прожигают насквозь.

Он изучает меня, но во взгляде нет ни капли эмоций. Только холодное, почти ленивое любопытство и уверенность хищника.

Который видит свою добычу и знает: она уже никуда не денется.

Меня трясёт. Внутри оплетает страх, смешанный с трепетом. Таких людей, как он, нельзя не бояться.

Буквально все инстинкты ощетиниваются, мигают звёздочками, веля бежать.

Только вот незадача. Я сижу на полу и связана. И чертов кляп во рту, мешающий страху вырваться криком.

Поэтому я делаю единственное, что могу.

Начинаю мычать в панике и стремительно отползать. Едва не прыгаю, отталкиваясь попкой, стараясь убраться подальше.

— Вот это кино, — посмеивается другой мужчина. — На меня давненько таких реакций не было.

Кажется, его называли Варвар… Или Вандал… Или черт разберёт этих бандитов с их кличками!

Но имя моего кошмара я знаю идеально. Среди ночи выведу вслепую.

Мансур.

Жестокий, необузданный, неконтролируемый. Я видела, как легко он может сломать человека.

У него нет ни жалости, ни сострадания. И в прошлую нашу встречу, он обещал, что разберётся со мной.

Заставит заплатить за то, что я сделала.

— Мансур, — продолжает усмехаться мужчина. — Чё ты такого сделал, что девка сейчас отключится?

Ничего я не отключусь! Обморок у меня по плану. Вот отрублюсь, они потеряют бдительность…

И червячком я уползу на свободу!

Истерика вонзает острые зубы сильнее, заставляя глупые идеи выстраиваться в голове.

Я умею выживать! Я два года от него пряталась, но теперь все планы просто взрываются, раня изнутри.

— У нас своя история, — скалится Мансур. — Хочешь ответов? Отдай мне её. Я дам тебе нужную информацию, Вар.

— Торгуешься? — хмыкает Вар. — Интересно.

— Сделку предлагаю. Тебе нужны данные на моего отца. Мне — она. Честный обмен.

Они ещё о чём-то переговариваются, а у меня всё кипит внутри. Нет-нет-нет!

Можно мне там ещё пыток? Допросов? Да хоть разборки со всей этой толпой громил!

Но только не Мансуру! Нет!

Слёзы режут глаза, накатывая. Картинка расплывается, но я упрямо слежу за мужчинами.

Сейчас решается меня судьба!

Мансур проводит по своим чёрным, короткостриженым волосами. Взмахивает крупной ладонью, что-то объясняя.

Я жадно считываю каждое его движение. Как натягиваются вены на загорелой коже. Как рубашка сильнее обхватывает его бицепсы.

Мансур скалится, отчего его скулы становятся острее. Щетина выделяется сильнее.

— Ладно. Давайте, — Вар кивает своим громилам. — Развязывайте её.

— Зачем? — хмыкает Мансур. — Так оставьте. Связанная она мне нравится больше. Сразу к делу перейдём.

Его опасный взгляд припечатывает к меня месту. Огоньки, вспыхнувшие на дне темноты, обжигают.

Обещают, что ничего хорошего меня не ждёт.

Мужчина начинает двигаться в мою сторону. Всё внутри скручивает. Воздух превращается в пар, прожигающий лёгкие.

Каждый шаг Мансура тяжёлым эхом отбивается от стен. Рёбра хрустят от быстрых ударов сердца.

От страха голова начинает кружиться, горький комок разбухает в горле. Я дёргаюсь, врезаясь лопатками в стену.

Мансур на это лишь шире улыбается. И в этой ухмылке ни капли тепла, только прошибающий холод.

Мужчина останавливается рядом со мной, присаживается на корточки. Нависает надо мной, заставляя задыхаться от того, какой он крупный.

Такой же страшный, как в кошмарах. Даже хуже — потому что в кошмарах он был просто призраком, а тут…

Плоть, запах его парфюма, этот бархатный голос, от которого меня скручивает в комок.

— Ну здравствуй, Мили, — ухмыляется он. — Или как тебя лучше называть? София? Ева? Милана?

С каждым брошенным именем я начинаю дёргаться сильнее. Паника скручивает нервы, бьётся обезумевшей птицей в груди.

Он знает! Знает мои фальшивые имена, которыми я прикрывалась. Он всё это время шёл по моему следу!

Господи, если бы я знала, что одна ошибка два года назад… Всего один поступок сделает меня его целью…

Я бы ещё в детстве переехала в Антарктиду!

— Тебе не повезло, — зло ухмыляется Мансур. — Некоторых из моих врагов я не помнил. Пришлось их выискивать, доставать. Но ты… Тебя я запомнил хорошо. Знаешь почему?

— Почему? — мычу я сквозь кляп, но вряд ли он понимает. Просто сам отвечает:

— Потому что с первого взгляда на тебя я решил, что буду тебя трахать, пока не надоест.

Меня бросает в дрожь. Сердце бешено колотится, гулом отдаётся в висках.

Губы пересыхают. Живот сводит спазмом, адреналин клокочет в венах, отдавая пульсацией во всём теле.

— Какая удача, что теперь ты снова в моих руках, — цокает Мансур. — Ведь я привык придерживаться своих решений. Нас ждут очень интересные ночи, Тамила.

Глава 2

Меня усаживают в машину. Руки стянуты за спиной, грубый канат впивается в запястья, оставляя зудящее, горячее жжение.

Прохладный воздух в салоне бьёт в лицо, но мне не легче. Он не освежает, а наоборот давит, душит.

Воздух чужой. Машина чужая. И каждый вдох отдаётся страхом, будто в лёгкие вместо кислорода вкачивают паническую дрожь.

Меня колотит так, что зубы стучат, будто я оказалась на морозе. Но это не