Мама для драконов. Мы тебя загадали - Мона Рэйн

Мона Рэйн

Мама для драконов. Мы тебя загадали

Глава 1

Мужчина был высок, красив и абсолютно мне незнаком. Однако он стоял так близко, что до меня доносился легкий запах лаванды и бергамота от его одежды. 

Я с удивлением разглядывала его длинные тёмные волосы и до притягательности странные карие глаза. Эти глаза будто умоляли меня о чём-то.

"Останься".

Голос прозвучал прямо в моей голове. Я видела, что губы мужчины при этом не дрогнули.

"Прошу тебя, не уходи".

Сердце сладко заныло от этой просьбы. В общем-то мне и не хотелось уходить. Не помню, как я здесь оказалась, но зато хорошо помню, что дома меня никто не ждёт. А этот незнакомец вызывал желание прижаться к нему и склонить голову ему на грудь. И смутное ощущение, будто после этого решатся все мои проблемы. И главное — я больше никогда не буду одна. 

Я подалась вперёд, но что-то не пускало меня. Какая-то мысль пунктиром билась в голове. 

Ну конечно! Как я могла забыть! Вася!

Вынырнув из сна, я распахнула глаза. Сердце бешено стучало. 

Всё в порядке, я дома, в своей квартире. Пульсация настойчивой мысли, которая меня разбудила, обернулась электронным пищанием будильника. Я выключила сигнал и зевнула. Началось привычное утро одинокой женщины. 

Мысль о странном сне то и дело возвращалась ко мне, пока я умывалась, готовила овсянку и в сотый раз перепроверяла на месте ли все необходимые документы. Завтра меня ждал суд. Суд по усыновлению, который решит, отдадут ли мне Василька.

В Доме малютки мне сразу сказали не питать особых надежд. За здоровыми детишками стоит очередь из семей. Одиноким остаётся выбирать среди тех, от кого родители отказались из-за инвалидности. И я выбрала.

Что ещё остаётся, если своих детей нет, а бывший муж оказался слишком гордым, чтобы растить чужую кровь? Я усмехнулась про себя, вспоминая развод. Какая ирония — семейный психолог без семьи. Я тогда едва начала вести консультации, но после разрыва так и не смогла к ним вернуться. К счастью, моё первое образование было более практичным. Бухгалтер всегда найдёт работу, голодная смерть нам с Васильком не грозила.

Таких, как Вася, называют "солнечными детьми". Он и правда был как солнышко: тихий, добрый и ласковый. Правда, в свои два года Василёк не говорил, но я уверена, что всё наладится, когда мы станем семьёй.

Сначала я думала, что испугаюсь его, но потом поглядела на раскосые глазки и улыбку — такую же искреннюю, как у всех малышей — и поняла — это мой ребёнок. Мой сыночек. Не знаю, что там решит суд, но я уже едва держусь, чтобы не осадить каждого, кто безразлично называет его "даунёнком". 

В волнении и заботах прошло полдня. Я ещё раз проверила все справки, подготовила на завтра одежду для себя и для Васи — не забирать же его в казённых колготках. 

Тревога отнимала много сил. Да ещё этот будильник, который я забыла отключить на выходные, разбудил в такую рань. Я прилегла на диван. На ум некстати пришёл мужчина из сна. В сердце поднялась сладкая тоска, но я прогнала образ незнакомца из головы. Мне уже за тридцать, если буду жить дальше в ожидании очередного принца, не успею вырастить даже чужого ребёнка. О своих мечтать не приходится: после нескольких неудачных попыток врачи ясно дали понять, что ничего не выйдет. Теперь коллеги крутили пальцем у виска, мол, Яна совсем от одиночества свихнулась. Но мне было всё равно. Я приняла решение.

Незаметно для себя я уснула. Сон снова пах бергамотом и лавандой. 

Тело наполнила нереальная лёгкость. Похоже, я была облаком, которое плыло над живописными полями, реками и лесами. В конце концов облако-я остановилось над двухэтажным особняком на окраине старинного города, снизилось и влетело в раскрытое окно. В комнате оказалось темно. Картинка померкла, дальше я спала обычным крепким сном.

Разбудили меня какие-то необычные звуки. Таких в моей квартирке не водилось. Сначала тихий шёпот.

— Краси-и-ивая.

— Тише ты, не толкайся.

Сознание сообщило мне, что я лежу не на старом твёрдом диване, а в тёплой мягкой постели. Рядом раздавалось сосредоточенное сопение.

— Волосы как у папы, да?

— Один в один. Как думаешь, она добрая?

— Добрая! Мы же просили добрую.

Я немного приоткрыла глаза. Взгляд упёрся в тёмный бархатный балдахин над головой. Веки опустились обратно. Приснится же всякое. Надо просто спать дальше.

Я повернулась на бок и подвинулась глубже в кровать, устраиваясь поудобнее. В этот момент моя спина и зад уютно прижались к чему-то тёплому. Точнее к чьему-то тёплому телу. Пока я осмысляла этот факт, сильная рука по-хозяйски обняла меня за талию и придвинула ещё ближе.  

Так, это уже не слишком похоже на сон! Выброс адреналина заставил меня резко открыть глаза. Одновременно с этим рядом со мной раздались звук шлепка и шипение.

— Да не трогай ты, разбудишь обоих.

— Ой, уже проснулась!

Я рывком села на кровати, сбрасывая с себя чужую руку и лихорадочно осматриваясь. Что происходит? Где я?

У изголовья кровати, прячаясь за отдёрнутым пологом, стояли двое черноголовых мальчишек лет пяти. Они очень хотели быть незамеченными, но любопытство оказалось сильнее, так что из-за тяжелых складок ткани на меня глядели две пары озорных карих глаз, над которыми колыхались одинаковые чёрные чёлки. И чем дольше мы смотрели друг на друга, тем больше эти глаза наполнялись восторгом. 

Неизвестно, как долго продолжались бы наши гляделки, если бы позади меня не заворочался обладатель наглой руки. Мужчина с недовольным стоном сел в кровати, протирая глаза. Раздался сонный голос.

— Маль, Сэл, что происходит? Вас опять напугали кошмары?

Незнакомец наконец отнял руки от лица и замер при виде меня. А я… Я бы закричала, но от ужаса у меня перехватило горло. Рядом со мной сидел тот самый мужчина из моего сна.

Глава 2

Мужчина был хмурым, сонным и обнажённым как минимум до пояса. Скользнув взглядом по крепкому торсу, я зажмурилась и потянула на себя одеяло, прикрывая свой домашний костюм: короткую маечку на тонких лямках и мягкие штаны.

А ещё мужчина был очень зол.

— Драконьи кости! Это ещё что такое?! — зарычал он, глядя на меня.

Послышался сдавленный возглас: "Тикаем", после чего мальчишки прыснули из-за