Поцелуй снежной лисы - Александра Сапронова

Александра Сапронова

Поцелуй снежной лисы

Глава 1

Гвиннет

— Отец выдает меня замуж за другого!

С этими словами я влетела в комнату моего жениха, лорда Неирина Орделла, сжимая в руках подол кремовой юбки. В этот момент в моей голове была лишь животная паника.

В Зиму, сбившеюся прическу!

В Зиму испачканное землей платье!

Моя грудь взволнованно вздымалась, а хмурый слуга стоял позади меня, бросая неуверенный взгляд на лорда. Он отказывался меня впускать в поместье Орделлов, но я знала, что лорд примет меня. Неирин сидел в кресле с бокалом вина совершенно спокойно, словно к нему каждый день без спроса врывались паникующие невесты. Он медленно встал. От его пальцев исходили легкие искорки, что кокетливо подсвечивали стекло бокала. В Неирине иногда было столько магии, что она выплескивалась наружу без его желания. Я сделала шаг вперед, намереваясь броситься к нему в объятия, но он холодно сказал:

— Я знаю.

— Я… Ты знаешь? Тогда… Ты же этого не позволишь, да?

Он небрежно махнул рукой со словами: «Оставьте нас», отпуская слугу. Время будто замерло. Неирин был сейчас невыносимо красив. Из-за света камина его волосы казались золотом, а лицо воплощением мужественности. Настенные росписи в виде турниров придавали ему еще больше схожестей с прекрасным рыцарем.

И я ждала. Ждала, что он отставит свой бокал в сторону, обнимет и скажет, что всегда выбирает меня. Мы же любим друг друга. Я знаю.

Но Неирин вздохнул и посмотрел на меня.

— Гвиннет… Мне кажется, что ты немного запуталась. Я не твой отец, чтобы решать за кого ты выйдешь замуж.

— Ты можешь побороться за меня. Мало ли, что пришло отцу в голову. Ты… Ты можешь… Я… Ты можешь что-то сделать! Ты же лорд Орделл! Ты сам говорил, что нет непосильных задач.

— Зачем мне это?

От неожиданности я разжала пальцы. Край порванного подола опал к идеально-чистому полу.

— Мы же любим друг друга.

Наконец-то первая эмоция коснулась прекрасного лица — утомленность. Неирин поставил бокал на затейливый деревянный столик в виде дракона и одернул рукав кружевной рубашки. Впервые за много лет я почувствовала себя глупым ребенком, который заигрался. Зачем-то мои руки потянулись к рыжим прядям, словно несколько движений могли спасти гнездо на голове. Неирин неодобрительно оглядел меня и сказал:

— У меня уже другая невеста. Твой отец расторг помолвку, наши семьи друг другу ничего не должны. Я тебе, леди Гвиннет Ильвин, ничего не должен. Так что сейчас ты возьмешь себя в руки и отправишься домой. Отец, верно, уже обыскался тебя. И давай хоть немного приведем тебя в порядок.

Я его не узнавала. Эти голубые глаза смотрели на меня с безразличием, хотя всего лишь несколько дней назад в них было тепло. Эти губы больше не улыбались мне. Легкое движение руки, и с его пальцев слетели золотые искры, которые густой дымкой устремились ко мне. Они осели на моем платье, и ткань прямо на глазах стала светлеть, теряя грязный вид. Через несколько секунд блестки потускнели и упали на пол, оставив платье чистым.

«Я тебе ничего не должен»

Ради этого мужчины я изодрала простыню, вылезала из окна и упала в кусты роз. Ради нашего с ним будущего я бежала к нему.

Появился слуга, тот самый хмурый мужчина, кто не хотел меня впускать, и вывел меня из комнаты. Видимо, Неирин позвал его, но я этого не заметила. Мне казалось, что вот мой жених одумается, извинится, но он нас не остановил.

Мы шли по темно-зеленым коридорам, к роскошной лестнице с балюстрадой из мраморных скрученных драконов. Волшебные светильники зажигались при нашем приближении. Даже сейчас я невольно восхитилась красотой особняка Орделлов. Росписи, скульптуры, картины — все было ухоженным, словно здание воздвигли и украсили лишь год назад. Моя рука легла на гладкие перила, и мы спустились вниз. Слуга подошел к входной двери и с чувством собственного достоинства открыл дверь. Не ускользнул от меня тот взгляд превосходства, который он бросил в мою сторону. Я выпрямила спину и гордо прошествовала к двери. Меня дома ждет разъяренный отец — это намного страшнее.

Глава 2

Гвиннет

Очередная дорожная кочка заставила карету подпрыгнуть. Путешествие уже длилось неделю, но я к этому так и не привыкла. Мередит рядом со мной ойкнула и рассмеялась. Она то и дело отодвигала шторку и выглядывала в окошко, словно там творилось что-то невероятно интересное. Я сжала в руках перчатки и последовала ее примеру. За окном уже давно не виднелись яркие зеленые пейзажи земель моего отца. Чем дольше длилась дорога, тем серее и мрачнее становился вид.

Но в этот раз все было иначе, мы прибыли к городу. Высокие стены внушали восхищение, а размах самих ворот впечатлял. Вдали можно было увидеть шпили огромных башен. Мередит, заметив моё восхищение, сказала:

— Ну наконец-то! Ты всю дорогу сидела с несчастным видом, я ждала, когда же тебе надоест. Смотри, как красиво! Читая «легенду о Торвине» так и представляла северные города. Ну… может башен было побольше. И цвета…

Я широко улыбнулась и шуточно ответила:

— А если бы ты читала те книги, что и я, то представляла бы жуткий холод, ведь Королевство Рагнал «славится своими жестокими зимами». А раз мы сейчас в самом его сердце, то… Это тебе не теплые вечера Холенглейда.

— Не занудствуй.

Мередит вновь посмотрела в окно и мечтательно выдохнула:

— Как бы я хотела быть на твоем месте. Невеста короля.

— Ты его не видела. Может быть он ужасный и страшный калека.

— Но ты ТОЖЕ его не видела. Вдруг Коган неземной красавец, лучше твоего ненаглядного лорда Орделла. Нет! Мысли прочь!

Мередит фыркнула и помахала рукой перед собой, словно и правда прогоняла их. Мой взгляд упал на подбитый деревянный подлокотник в виде лисы. Я аккуратно провела кончиком пальца по носу — краска давно стерлась, зато мордочка все еще радовала меня. Многие декоративные элементы давно обветшали. Интересно, отец отправил меня в этой карете, потому что она декорирована символом нашего рода или он просто хотел избавиться от нее? Мы остановились. Мередит выпрямилась, поправила прическу. Из заботливой подруги она превратилась в холодную фрейлин. Я надела перчатки, поправила меховой воротник и наклонилась, чтобы отодвинуть шторку. В этот момент распахнулась дверь.

После полутьмы кареты, яркий уличный свет казался ослепительным, а мужчина передо