Наглый роман - Ния Артурс

Ния Артурс

Наглый роман

ГЛАВА 1

ТА НОЧЬ В ВЕГАСЕ

ВАНЯ

Поздравляем вас со свадьбой в Вегасе!

Я смотрю на дешевую печатную открытку, а затем на пластиковую розу с парой розовых игральных костей, прикрепленных ремешком, и задаюсь вопросом, официально ли я вошла в Сумеречную зону.

Это, должно быть, какая-то шутка. Во-первых, я бы никогда не вышла замуж в безвкусном… подождите — это платье сделано из туалетной бумаги? Я пристальнее вглядываюсь в фотографию, прикрепленную к открытке. Это невозможно. Я любитель моды, элегантности и ткани, которой не протирают ягодицы. Во-вторых, зачем, во имя Веры Вонг, мне притворяться женатой на Хадине в безвкусном свадебном платье из туалетной бумаги?

И в-третьих, ничто из того, что произошло в Вегасе, не должно было последовать за мной домой и пробить брешь в моей идеально организованной жизни.

Так почему же эти дешевые подарки прилагаются к очень реальному свидетельству о браке?

Я зажмуриваюсь.

Этого не может быть.

Я открываю глаза, и на меня снова смотрит свадебная фотография, свидетельство той ночи двухнедельной давности.

Ночь, когда я совершила вторую по величине ошибку в своей жизни.

Дверь в мою гримерку распахивается.

— Ваня, что за задержка? Они ждут… — Джунипер, мой менеджер, резко останавливается, когда видит меня, наполовину прислонившуюся к зеркалу туалетного столика.

Он делает шаг вперед, ступает уверенно, как будто приближается к дикой лошади. — Послушай, я знаю, что ты не фанат старомодных корсетов, но дизайнер специально попросил его, так что…

— Помоги, — хриплю я.

У Джунипера отвисает челюсть. Он широкоплечий парень с гладкой темной кожей и густыми дредами на голове. Едва различимые татуировки выползают из рукавов его модного шелкового топа.

Редко бывает момент, когда у моего менеджера не хватает слов.

Но, я думаю, все когда-нибудь бывает в первый раз.

— Вот. — Я протягиваю ему свадебный хлам.

— Кто сделал такое ужасное фото? — Джунипер бормочет, его взгляд обостряется.

Он прав. Я умею позировать с точностью до сантиметра, и фотографу каким-то образом удалось сделать меня похожей на кита-белуху, у которой был бурный роман с енотом. Платье из туалетной бумаги, похожее на мумию, распускается и совершенно не подчеркивает мои изгибы.

— Ты поэтому расстроена? — Джунипер замолкает. — Не переживай, милая. Мы назовем это редакционной статьей ‘high concept’. Ты же знаешь, массам будет все равно, если ты навесишь на это модный ярлык.

— Нет, Джунипер. Мне нужно, чтобы ты посмотрел еще раз. Поближе.

Он моргает и еще раз просматривает фотографию. — Хадин Маллиз. Вы с миллиардером из Playboy сейчас тусуетесь? Я думал, ты его ненавидишь?

— Ненависть требует эмоций. Я терплю его.

— Разница та же. — Джунипер щелкает пальцем по полароиду. — Что означает этот снимок?

— Это значит, что он мой муж. — От этих слов у меня по спине пробегает дрожь.

Пожалуйста, пусть это будет ужасный сон.

Джунипер вздрагивает. Фотография выскальзывает у него из рук и падает на землю. На секунду все, что можно услышать, — это стук моего собственного сердца и электрическое гудение кондиционера.

Внезапно Джунипер заключает мое лицо в свои гигантские лапы. — Дорогая, я знаю, что этот корсет, вероятно, затрудняет кровообращение, но мне нужно, чтобы ты взяла себя в руки и отнеслась к этой съемке профессионально.

— Джунипер, это не шутка.

— Ты думаешь, я поверю, что ты женилась на Хадине в Вегасе? Без меня?

— Это та часть, которая звучит нелепо? Что я сделала это без тебя? Серьезно?

Джунипер оставляет свидетельство о браке на столе для макияжа. Он хватает чистящие салфетки и воркует: — Дорогая, я знаю, что ты устала, но ты должна поработать со мной. — Он вытирает пот, выступивший у меня на виске. — Эта тщательно продуманная история немного незрелая. Ты поднимаешь такой шум только для того, чтобы вылезти из корсета…

— Джунипер, забудь об этом чертовом корсете. — Я отстраняю его руку.

Он издает шокированный звук. — Чувствуем себя дерзко, не так ли?

— Это свидетельство, — я выхватываю его и держу в дюйме от его носа, — настоящее.

— Что значит "настоящее”? — Он берет его у меня и изучает с едва скрываемым раздражением, затем его скептическое выражение исчезает, и он смотрит на меня. — О, мой Givenchy.

Мое сердце бешено колотится. — Мне нужен чай.

— Тебе нужно гораздо больше, чем чай. Я отправил тебя на один круг почета в Вегасе, а ты вернулась женой? Какого черта?

— Это действительно долгая история, и я помню только обрывки, но я почти уверена, что это был несчастный случай. Мы должны были сыграть притворную свадьбу. Мы даже подписали отказ.

Он хватает меня за плечи, стиснув зубы. — Ты подписала юридический документ без меня?

Я съеживаюсь.

Джунипер поворачивается и массирует лоб. — Дыши, Джунипер. Дыши.

Я повторяю ту же мантру. Это легче сказать, чем сделать, поскольку в настоящее время я затянута в старомодный корсет. Слишком резкий вдох, и шипы пронзают мой торс, в стиле старой школы, римской камеры пыток. Я понятия не имею, как женщины проводили часы в этих смертельных ловушках.

— Хорошо. Хорошо, хорошо. — Я говорю как отчаявшаяся женщина на грани психического срыва. — Должен быть способ выйти из этого тихо. Браки в Вегасе не обязательны.

— Это выглядит чертовски обязывающим. — Он тычет указкой в документ.

— Держу пари, это шутка из свадебной часовни. Бумага тоже тонкая. Смотри, я порву ее прямо сейчас. — Я начинаю крутить свидетельство. Оно на удивление прочное.

Джунипер выхватывает его у меня. — Ты с ума сошла? Ты не можешь порвать официальный правительственный документ!

— Я не могу жениться на Хадине по-настоящему!

— Дай мне подумать. Дай мне подумать. — Джунипер трет лоб, как будто у него есть телекинетические способности. Я почти ожидаю, что кисточки для макияжа начнут вибрировать.

В тишине у меня свой собственный сеанс психозирования. О чем я думала? Мне не следовало напиваться той ночью. Я должна была прогнать Хадина в тот момент, когда он нашел меня в баре. Мне определенно не следовало осмеливаться на это…

— Дай мне секунду. Я позвоню. — Джунипер бросает на меня обеспокоенный взгляд, засовывает свои большие пальцы в карман рубашки и достает телефон. Настойчиво постукивая по экрану, он выходит.

Я смотрю на открытку из свадебной часовни и жду, когда слова превратятся во что-то понятное, но реальность вместо этого хватает меня за волосы, как ядовитая участница "Настоящих домохозяек" после драматического разоблачения отца ребенка.

Поздравляем вас со свадьбой в Вегасе!

И снова я смотрю в дуло события, изменившего мою жизнь, которое я едва помню. И, учитывая, что в последний раз у меня был провал в памяти в то утро, когда я проснулась голой в номере отеля в Вегасе с обручальным кольцом Хадина, это говорит о многом.

Я опускаюсь в кресло перед зеркалом. Мои накладные ресницы внезапно становятся