Марат. Любить вопреки - Екатерина Аверина

Марат

Сижу наверху на широкой части кирпичного забора, вцепившись пальцами в железные прутья, и смотрю, как мой сын играет с ворохом жёлтых листьев, все время подкидывая их в воздух. Смеется, когда они падают ему прямо на лицо...

Моё, черт побери!!! Моё лицо! Денис все больше становится похож на меня!

Сжав пальцы крепче, стирая в крошку зубы, смотрю, как няня поправляет ему съехавшую на глаза шапку. Берет за руку и уводит. Хочется поскулить от безысходности. Даже не заорёшь и не позовешь его. Охрана тут же спалит. Снова...

Да и ребенок испугается, ведь я для него никто. Посторонний дяденька, который, как маньяк, пялится через забор. Его гонят, а он приходит снова... И отпустить никак. Это же моё.

— Эй! — орут мне.

Чёрт! А было такое отличное место, с которого нужная мне часть двора просматривается лучше всего.

— Лёха, ты глянь, этот ушлепок опять здесь, — посмеивается один из уже знакомых охранников.

Спускаю ноги вниз, отталкиваюсь от стены, спрыгиваю и иду навстречу двум амбалам. Они с довольными рожами поигрывают дубинками. Скалятся, суки! Весело им! Меня на куски рвет опять, а им смешно.

— Бить будете? — обманчиво небрежно засовываю руки в карманы, ставлю ноги шире, готовясь обороняться.

— Как всегда, — лыбится старший смены. — Не заебало тебя каждый месяц сюда таскаться? Как по расписанию, — сплевывает себе под ноги.

Вообще-то теперь я прихожу чаще, они просто еще не в курсе.

— Ну как же я без вас, парни? — издевательски улыбаюсь, склоняя голову на бок. — Сдохну со скуки.

Криво ухмыляясь, второй амбал замахивается, чтобы нанести удар, но за их спинами появляется новый участник конфликта. Мужчина в дорогом пальто, с сединой на висках и опасным взглядом. Дед моего сына.

Охрана расступается перед ним, пропуская вперед. Стоцкий смотрит на меня с презрением. Свысока не получается, я выше…и злее!

— Здравствуй, Марат. Пойдём со мной. Пообщаемся.

Не вижу смысла отказываться. Последний раз мы с ним говорили, когда я приезжал в роддом к Ро на выписку. Естественно, не пустили. Так что мне становится интересно, что же поменялось, что этот ублюдок решил со мной побеседовать.

Садимся в его дорогую тачку. Водитель тактично выходит покурить. Стоцкий тоже закуривает, предлагая мне сигарету. Отрицательно качнув головой, жду, что он скажет.

— Послушай, парень, я устал от тебя и твоих выходок. Куда ты лезешь? Моя дочь недавно удачно вышла замуж, — его слова бьют прямо под ребра. Я не знал…

Всеми силами избегаю подобных новостей и эту пропустил.

Аврора замужем. Моя Ро! Моя сероглазая девочка, лишившая меня шанса хотя бы просто дышать без нее нормально, теперь с другим…

— Вижу, ты в восторге от этой новости, — издевается ее отец. Он явно кайфует от живых эмоций, отразившихся на моем лице.

Листает фотографии в телефоне, разворачивает ко мне экран и показывает, как Аврору в красивом белом платье нагло обнимает и целует… не я!

— У моего внука теперь есть прекрасный отец, сын очень уважаемого, высокопоставленного чиновника. Я положил год на то, чтобы устроить этот брак! И не позволю тебе опять все испортить!

— Это и мой сын! — сжимаю зубы.

— Формально, — он пожимает плечами. — Считай, что ты просто донор. Забудь и смирись. У малыша прекрасный возраст. Ты же помнишь, что недавно ему исполнилось три? — киваю.

Я был здесь в его день рождения. Меня, как всегда, не пустили.

— Так вот, он называет Егора папой…

— Нет! — срывает меня.

— Да, мальчик, — Стоцкий продолжает наслаждаться моей болью. — А ты думал, он будет называть отцом человека, о существовании которого даже не знает? — смакует. — Не смеши меня! В моем доме никогда не будут произносить твое имя в таком контексте! Егор весь последний год был рядом с Авророй. Он ухаживал за ней. Общался с ребенком, и малыш привык к нему. Дениска сам решил, что его папа — Егор. А дети не врут, знаешь ли.

— Вы не дали мне даже шанса, — чувствую, как меня начинает трясти. — Вы не дали нам ни единого шанса!

— Забудь об этом ребёнке, Марат! — в его голосе прорезается сталь. — Еще раз появишься здесь, будут проблемы посерьезнее синяков, — он, наконец, переходит к сути разговора.

— Угрожаете? — пришла моя очередь зло ухмыляться.

— Ну что ты, — улыбается сволочь. — Предупреждаю, чтобы ходил аккуратнее. А еще я слышал, у тебя мама в реабилитационном центре, — с намеком смотрит мне в глаза. — И кроме нее у тебя никого не осталось… А теперь пошел вон из моей машины! Разговор окончен!

Э, нет. Так просто я не сдамся!