Путь. Книга первая - Анюта Соколова

Анюта Соколова

Путь. Книга первая

Снятся мне колдовские сны

Словно в мир ухожу иной

Оттого мои дни грустны

И неведом ночной покой

И в тускнеющем свете звёзд

Вместе с новой реальностью дня

Снова рухнет тот зыбкий мост

Что уводит в мечту меня

И до будущей ночи замрёт

Непонятная светлая грусть

Вечный поиск и вечный полёт

Вечный выбор и вечный путь

23. 03. 1998.

НАЧАЛО

За всю почти прошедшую весну я не мог припомнить более восхитительного дня.

Отмытое с утра скоротечной грозой небо завораживало первозданной голубизной, молодая листва – свежей, сочной зеленью, а солнце сияло просто ослепительно, мешая читать.

Поэтому я воспользовался поводом и отшвырнул книгу – несколько дальше, чем планировал. Чего там! Со всей силы…

Аж в кусты цветущей сирени за скамейкой.

Разумеется, сидящая рядом Карина тут же ехидно усмехнулась:

– И чем провинилась очередная фантастическая история весьма уважаемого и популярного автора?

Я поморщился:

– Ничем. Только последнее время меня всё чаще посещает мысль, что вокруг нас гораздо больше нераскрытых тайн, чем способно сочинить убогое человеческое воображение!

Ответная улыбка Кари с успехом могла соперничать с солнцем:

– На тебя стало невозможно угодить, Дэрэк. Совсем недавно ты с удовольствием зачитывался приключенческими романами.

Почему все вокруг так старательно напоминают мне о моём возрасте?!

– Наверно, каждому ребёнку свойственно увлекаться сказками о великих героях и жутких злодеях, прекрасных принцессах и отвратительных чудовищах! – раздражённо бросил я. – Но не кажется ли тебе, Карина, что я чуточку подрос с тех пор?!

Она скептически оглядела меня с ног до головы – и рассмеялась:

– Иногда, Дэрэк, при полной внешней несхожести, ты очень напоминаешь мне одного человека, особенно когда не желаешь признать, насколько ещё юн.

– Сочувствую этому человеку! – сердито заметил я.

– Не расточай своё сочувствие понапрасну. Во всё остальном он настолько взрослее тебя, что в его присутствии я чувствую себя легкомысленной девчонкой.

Да неужели? Наша рассудительная, степенная, обстоятельная Карина нашла кого-то более строгого, чем она сама?

– Кари, ты меня заинтриговала. И кто этот человек?

– Очень скоро ты с ним познакомишься. Вот тогда ты точно почувствуешь себя ребёнком! – с каким-то мстительным удовольствием ответила она.

Влюбилась она, что ли? А что, давно пора. Такая привлекательная, очаровательная блондинка, неглупая, вопреки расхожему мнению. Не всё же ей мне нотации читать!

По её представлению, я несерьёзный и избалованный. Всех интересов – романы и девушки. Причём желательно первое совместить с последним.

Для неё я вроде младшего брата. Она мне какая-то родня – настолько дальняя, что мама запуталась в попытках объяснить, кто, кому и кем там приходится. Вот и приглядывает с детства, пытаясь вразумить. Или образумить. Как получится.

– Кари, ты только замуж за него не выходи. Две зануды… Представляешь, какие дети у вас получатся?

– Что за вздор приходит тебе в голову! – возмутилась девушка.

И смутилась. Неужели, правда, увлеклась?!

Мне даже стыдно стало. Нашёл на ком сорвать досаду!

– Прости, – поспешил я извиниться. – Я сам не свой сегодня и плохо соображаю, что болтаю.

Карина внимательно поглядела на меня.

– Меня всё злит. Книги, небо, солнце… Даже эти покой и безмятежность цветущего сада. Всё вокруг… неправильное. Не такое, как должно быть.

– И только?

– Мама странно себя ведёт. Телеграмма эта. «Приезжай»! Зачем, почему… Всё бросил, сорвался. Прилетел. Думал, что-то срочное. А дома – тишь да гладь. «Ах, Дэрэк, молодец, что так быстро…» А объяснить?!

– У тебя день рождения завтра.

– И что? Он у меня каждый год!

– Возможно, этот особенный.

Я фыркнул:

– Двадцать лет. Я такую вечеринку с девчонками планировал!

Карина усмехнулась:

– Будет тебе… вечеринка.

Мне показалось, или она рассердилась?

– А ещё сны эти!

– Какие сны? – живо заинтересовалась девушка.

– Я их вижу всю последнюю неделю. Как в плохом фильме ужасов: ко мне приходит человек в чёрном. Или демон… Не смейся, Кари. Хотя, если бы мне рассказал это кто-то другой, я посмеялся бы сам. Но когда он стоит рядом со мной, мне не смешно. И не страшно. Скорее… интересно. Я не различаю его лица – лишь смазанные, расплывчатые очертания тёмной фигуры.

– Он говорит с тобой?

– Да. На ином, но почему-то понятном языке. И уводит меня в другой мир. Невероятный мир, Кари! Пейзажи поразительной красоты, здания, невозможные в действительности, явления, не подвластные никакой логике…

Я с опаской покосился на Карину. Вдруг она сочтёт меня ненормальным?!

Про небо я ей не скажу. Потрясающее, сиреневое небо, пронизанное мягким серебряным светом, что, пригрезившись однажды, постоянно преследует меня.

Как вообще рассказать кому-то, что мир из моих снов с каждым днём становится для меня всё реальнее и привлекательнее того, в котором я живу сейчас?!

– Не берусь судить, – помолчав, произнесла девушка, – но на твоём месте, Дэрэк, я предпочла бы помалкивать о том, что ты видишь. Конечно, в наше время никто всерьёз не обвинит тебя в сношениях с нечистой силой, но сумасшедшим прослыть можно запросто.

Я поёжился:

– Мама советует то же самое. Странно, но её мои видения не встревожили, скорее, огорчили. Мысль о сумасшествии она вообще высмеяла. В то же время я чувствую, она что-то недоговаривает, хоть и постоянно расспрашивает. Что, как, каким тоном сказал этот, тёмный…

– Тебе не кажется, что ты придаёшь всему слишком глубокое значение? – спросила Карина, отворачивая посуровевшее лицо.

Мне пришлось встряхнуться:

– Наверно. Мои сны – просто сны. Неведомый мир – лишь фантазия, демоны существуют только в сказках, а небо над нами обыкновенное, синее и вряд ли изменит цвет.

– Схожу-ка я в дом, – со вздохом сказала Карина, отрываясь от скамейки, – посмотрю, что там у нас с обедом.

Она ушла, а я остался сидеть.

Я не всё ей рассказал, потому что не хотел её пугать ещё больше. Этой ночью мой чёрный демон произнёс: «Вот и настала пора перемен, Дэр». Дэр. Так во сне он зовёт меня. Я не ожидаю никаких перемен, но что-то подсказывает мне, что он знает, о чём говорит. И меня это не на шутку беспокоит! Ничто в моей короткой и заурядной жизни не объясняет появление демона, которому моё будущее известно лучше, чем мне самому.

– Дэрэк! – донельзя взволнованная, запыхавшаяся Карина выбежала из-за пышного куста сирени. – Скорее беги к матери!

Я вскочил на ноги мгновенно, словно ждал подобного:

– Что случилось?

– Мэриэн внезапно стало плохо. Я позвонила в больницу и вызвала врача, но она велела немедленно привести тебя.

Я уже мчался к дому, так быстро, как только мог.

Мама всегда была такой здоровой, никогда не болела…

В спальню я ворвался, полный смятения. Мама лежала на кровати и напугала меня уже тем, что её лицо было неестественно бледным. И тревога в глазах – такая непривычная для неё, всегда спокойной и невозмутимой.

– Дэрэк… Мне надо поговорить с тобой. Наедине.

Последнее слово она выделила, глядя на подоспевшую Карину.

Та, вопреки ожиданиям, не стала протестовать, сразу вышла, оставив нас. Я присел на кровать, попытался улыбнуться:

– Всё обойдётся, мамочка. Сейчас приедет врач, тебе помогут…

Она оборвала меня так решительно, что я опешил:

– Нет, Дэрэк. Я умираю и знаю это. Тот, кто послал мне