Чудовище для Беллы - Виктория Лукьянова

ЧУДОВИЩЕ ДЛЯ БЕЛЛЫ

Виктория Лукьянова

ГЛАВА 1. Белла

Изабелла тяжко вздохнула, но последовала за сестрой. Марина умела уговаривать. Нет, она даже мертвого уболтает, если ей это выгодно. А с Беллой и вовсе все было просто. Завалиться к ней домой, поднять всех на уши и уволочь не сопротивляющуюся девушку за собой. На поиски приключений. Обычно это назвалось так.

Вот и сейчас, когда Белла заводила мотор своей пусть и поддержанной Тойоты, но обласканной вниманием и заботой, они намеревались съездить в автомастерскую.

– Так что это за место? – поинтересовалась Белла, как только машина неспешно тронулась с парковки перед родительским домом.

– Блин, Бельчонок, я уже сто раз повторила. Ты сегодня какая-то рассеянная, – проворчала Марина в ответ, искоса поглядывая на сестру.

– Со мной все в порядке. И не называй бельчонком. Мне не нравится.

– Вредная ты стала. ПМС что ль? – протянула девушка, отворачиваясь к окну.

– У меня концерт через неделю, а ты мешаешь готовиться.

Марина рассмеялась. Сколько раз она слышала подобные ответы от Беллы? Наверное, раз сто, не меньше. Девушка была помешана на музыке, и ничем кроме постоянного самосовершенствования не занималась. Так думала Марина и клятвенно обещала сама себе, что вытащит Беллу из унылой однообразной жизни, и покажется ей настоящие прелести развлечений.

– Концерт? Ну, ты прям удивила. У тебя эти концерты все время. Ты с закрытыми глазами все отыграешь. На фиг готовишься каждый раз?

– Марин, тебе не понять.

– Ну да! – возмутилась она. – Мне же медведь на ухо наступил. Хотя хорошо, что только на ухо. Хоть мордаха у меня симпатичная.

Девушка вздохнула.

– А ты у нас не только талантище, но и пример для подражания. Еще и красотка. Ох, Белочка, я тебе завидую. Мне бы такую красоту, я бы подиум захватывала в Европе, а не тут сидела, – горько усмехнулась Марина.

– Так что тебя останавливает. Ты же очень красивая. А еще язык подвешен. Все получится, если постараться.

Белле казалось, что сестра часто переоценивала ее таланты. Играла она не плохо, но были и те, кто обладал настоящими природными данными, а не выработанным годами опытом. А еще внешность. Больная Тёма для Марины. Она всегда завидовала тому, что у Беллы волосы были светлыми, золотистыми. И глаза. Белле они не нравились. Слишком яркие, привлекали лишнее внимание.

– Так меня мой папка-депутат куда-нибудь да и отпустил. Он же надо мной как коршун вьется. Не доверяет.

– Тогда ты сама набедокурила. Вот и получай гиперопеку.

– Кто бы говорил. Ты и без гипер той самой опеки под колпаком у родичей. Они тебя как фарфоровую статуэтку берегут. Дунуть боятся, вдруг простынешь и помрешь от пневмонии.

Белла вновь тяжело вздохнула. Тут Марина была права. Ее и вправду излишне оберегали, а ей уже было двадцать пять. Пора бы становиться взрослой и самостоятельной, а не жить с родителями в одном доме. Но Тойота забрала у девушки последние накопления, так что на самостоятельную жизнь пока не хватало.

– Марин, хватит болтать. Лучше скажи, мы правильно едем? Я в этих краях не бывала.

– Ну конечно, не бывала. Дом, работа и концертный зал. Вот весь маршрут перемещения. Тебя так легко выловить по пути, красотка.

– То есть я предсказуема?

– До скрежета зубов. Хочешь, я озвучу твое ежедневное расписание?

– Нет, не нужно. Верю на слово. Так правильно едем?

Белла всматривалась в дорогу. По сторонам лесной массив, ни души. Только изредка проезжающие мимо машины. Кажется, дорога не пользовалась особым спросом.

– Конечно, правильно. Если бы нет, ты бы уже знала это по моим воплям.

Белла улыбнулась. Кричала Марина так громко, что оглохнуть можно было.

– А зачем мы туда едем?

– Бельчонок, ты меня пугаешь! Я же говорила, что оставила свою тачку там на ремонт. Ты же знаешь, мой раритетный автомобиль больше нигде не берутся ремонтировать.

Белла усмехнулась.

– А я говорила, если есть возможность, покупай новую машину.

– Тогда почему сама купила эту рухлядь?

– Машинка ездит. И по карману была. Ты же знаешь, родители были против того, чтобы я получала права и купила машину.

– Про это и говорила. Гиперопека налицо, – пробормотала Марина. – Мне позвонили и сказали, что моя малышка отремонтирована. Сейчас приедем, проверим и заберем ее.

Белла заметила, как лицо сестры засияло от счастья. Она жить не могла без колес, а идти к отцу на поклон и просить новую машину или хотя бы его на время, не могла. Поспорила, что на раритете проездит год, когда отец помогал ей перевозить машину из-за границы. Одна таможня чего только стоила. Но если Марина вбивала себе что-то в голову, то спорить с ней было бесполезно.

– Думаешь, там сделали все как надо?

– Белла, даже не думай сомневаться! Сет все делает как надо!

– Сет? – переспросила девушка, подумав, что ослышалась. – Что за странное имя.

– Кто бы говорил, – отмахнулась Марина. – А Сет это прозвище. Его все так называют. А вообще если не ошибаюсь, то настоящее имя Константин. Хотя, не уверена. Да это и не важно. Главное, что Сет свою работу знает на отлично и берется за самое сложное.

– Я вот его не знаю.

– А откуда тебе знать Сета? Ты же у нас пай-девочка. По клубам, барам не шарахаешься, по ночному городу не катаешься. Ты у нас день, а вот Сет ночь. Может ты слышала про заезды стритрейсеров?

– Да, слышала, – чуть слышно ответила Белла. Она помнила, что Марина там тайно бывает, но не гоняет. А просто болеет за друзей, пока ее родители жили в неведении.

– Так вот он и там гоняет. Вообще предпочитает мотоциклы. Видела бы ты его байк! Единичный экземпляр. Лично над ним трудился. Говорят, коллекционеры за него такие бабки предлагали, но он отказался. А вот восстанавливать автомобили для тех самых коллекционеров он не прочь. Представляешь, из жестяного корыта конфетку слепит без проблем. У него руки золотые!

– Ты так нахваливаешь, что мне кажется, он тебе нравится.

– Нравится? Неа, не внешне. Вот увидишь его, поймешь. А что насчет талантов, то да. Он мастер. Профессионал в своем деле.

– Надеюсь, что мы не зря поехали. Лучше бы я дома позанималась.

– Если ты не перестанешь зудеть, Белла, я обижусь. Просто довези меня, я там поболтаю по-быстрому и вернемся обратно. Причем порознь. Так что больше не будешь слушать мой противный голос.

– Не противный.

– Но я много болтаю? – Марина прищурилась.

– Чересчур, – сдавленно ответила