Машенька и опер Медведев - Янка Рам

- Айдаров! Лев! Ну где ты? - смотрю на часы. - Мне еще за подарком... Скоро все магазины закроют. Давай за стол.

- Иду... майора будем звать?

- Майор сам теперь придёт по наши души. Тьфу...тьфу...

- Ну что, какие планы на сегодня? Можно в баню завалиться, – стаскивает со стола ветчину Айдаров.

- Не, я пас… - ухмыляюсь я.

- Мм!.. Колись. С кем?

- Регину уболтал... На "кекс" в новогоднюю ночь.

- Модель которая?

- Мхм... Два месяца окучивал!

- Чего так долго-то? Теряешь хватку?

- Дама опасается моих габаритов и натиска. А я же нежный медведь, правда? – с хрустом разминаю плечи, толкая сидящих рядом и шутя припечатывая кулаком соседу в плечо.

- Ну так-то да… - начинают ржать опера.

- С левой чуток нежнее, чем с правой!

- Да? Непорядок. Надо тренировать левую. Коллеги, всех с наступающим!

Но не успеваем мы соприкоснуться стаканами, как дверь в наши рабочие апартаменты решительно распахивается.

Майор Брагин. Начальник нашего подразделения.

- Накаркал!... - пинает меня по ботинку под столом Лёва.

- Что вы тут устроили на рабочем месте? - ноздри Брагина свирепо вздрагивают, по лицу идут пятна. Плохой признак...

- Праздник, товарищ майор. Присоединяйтесь.

- Я вам сейчас присоединюсь, - с угрозой. - Компания гопников!

Переглядываемся с Левой. Началось! Это по наши души.

- Ну почему же сразу — гопников? - "лихачит" по привычке Айдаров. - Работники уголовного розыска — образованные люди, с обостренным чувством справедливости и нетерпимости к правонарушениям, готовые в любую минуту прийти на помощь.

- То есть, Медведев к тебе на помощь пришел, я так понимаю?

- Так точно.

- Медведев!

- Я! - встаю, вытягиваясь перед майором.

- Это что?

Узнаю на бумажке, которой он машет перед моим лицом свой почерк. Черт! Как она попала к нему?

- Полагаю, объяснительная.

- Объяснительная?! Ты чо мне тут... сто кило борзоты!

- Сто двадцать пять, товарищ майор.

- Ничего! Я тебя немного истощу, Медведев.

Вытаскивает из кармана очки, надевает и вышагивая по кабинету с выражением декларирует мою объяснительную.

"Я, капитан Медведев, старший оперуполномоченный уголовного розыска по возникшим ко мне вопросам поясняю.

Двадцать третьего декабря около десяти часов вечера в свободное от работы время, я и капитан Айдаров зашли в бар, чтобы выпить по чашке кофе. В баре мы обнаружили гражданина Каретникова, разыскиваемого за ограбление гражданки Елены Айдаровой и нанесение ей телесных повреждений средней тяжести.

Данный гражданин был нетрезв и вёл себя вызывающе. Мы с Айдаровым хотели провести задержание, но Каретников вынул нож и наотрез отказался пройти с нами в пункт полиции.

Выбив у Каретникова оружие, я не стал вступать с ним в драку, а просто уложил аккуратно лицом в пол. Но гражданин Каретников, судя по всему, с намерением дискредитировать нашу родную полицию, нахально и цинично начал биться об него лицом, сломал себе нос и выбил зубы. Мы пытались устыдить гражданина Каретникова и провести с ним воспитательную беседу, но он продолжал свои дискредитирующие действия. Что могут подтвердить свидетели.

По поводу травм почек и печени ничего сообщить могу, так как они, судя по всему, были получены до инцидента задержания, что и немудрено при таком вызывающем поведении гражданина Каретникова.

С нашей стороны физического воздействия к гражданину Каретникову не применялось. Заявление, написанное Каретниковым в прокуратуру гнусный поклёп на работников доблестной полиции."

За спиной несдержанный ржач.

- Бился лицом об пол? - стягивает очки, снизу вверх скептически заглядывая в мои глаза.

- Так точно, товарищ майор! - подскакивает рядом Айдаров. - Болезный, судя по всему. Здоровый разве будет грабить сестру опера из "УГРО"? По лицу её бить?

- Вы издеваетесь, опера? Он же сутки в реанимации был!

- Извините, товарищ майор, но то были непреодолимые обстоятельства, - смотрю перед собой. - Мы никак не могли повлиять на неадекватные действия Каретникова. Но показания семи свидетелей на всякий случай приобщили.

- Читал я эти показания! Короче, опера. Новый год я вам отменяю. В качестве нагиба за борзость.

- Эээ... товарищ майор!

- Да как так?!

- Мы и так третьи сутки...

- Молчать!! С дежурки всех через час распускают приказом по домам. А вы... всю новогоднюю ночь на дежурстве по району, ясно? Я вас в рабство отдал. Повспоминаете как это — без красивых погон подснежников новогодних и бабочек по трассам на праздники собирать. Потому что в следующий раз за такую дичь оба у меня пойдёте в дежурку работать. Ясно?!

- Так точно... - тихо рычим мы с Айдаровым.

- Третьего - к полковнику Тихонову "на ковёр". Через час смену принять всем отделом.

- Остальных-то за что?

- Для профилактики! - рявкает Брагин.

Сзади недовольный гул.

- Айдаров...

- Да, товарищ майор.

- Лена как?

- Сегодня выписали.

- Пусть выздоравливает.

- Передам.

Хлопнув дверью выходит.

Еще раз поздравив друг друга с наступающим, забираем куртки и опечатав до третьего января кабинет идём в районную дежурку. Она от нас через дорогу.

Переглядываемся.

- Отмазал, думаешь? - дергает бровью Лёва.

- Да конечно... - фыркаю я. - Спустит на тормозах. Не отстранил же. Только вот порка показательная... Обидно!... Облом с Региной!

- Прости, дружище...

Отстает, доставая телефон.

Разворачиваюсь к нему, идя спиной вперед по узкой вытоптанной в снегу тропинке.

- В смысле - "прости"?! Ээ... Айдаров. Ты прикроешь, я сгоняю! Никаких прости!

- Эй! - женский вскрик сзади.

Ощущаю одновременно толчок и резко разворачиваюсь, чувствуя, как сношу кого-то.

Девушка! Отлетает от меня, падая на спину в сугроб.

- Оу... Прошу прощения! - подаю руку.

Хватается за мою ладонь своими тоненькими холодными пальцами.