Путь в царство любви - Элис Детли

Сбавив скорость, Джеффри вперился взглядом в лобовое стекло, на котором натужно работали "дворники", в отчаянной надежде, что вот сейчас кто-то, хоть кто-нибудь, появится рядом с худенькой фигуркой, неловко примостившейся у залитой потоками дождевой воды обочины. Но на его беду узкая, мощенная брусчаткой улица была — как и несколько минут назад, когда он только выехал, — все такой же пустынной.

Подле женщины на тротуаре валялись высыпавшиеся из матерчатой сумки книги и какие-то бумаги, да еще вывернутый наизнанку зонтик, из чего он заключил, что та, скорее всего, оступилась и упала. По всей видимости, подняться без посторонней помощи женщина не могла: ежась под проливным дождем, она сидела, беспомощно потирая ладонями лодыжку.

Точно почувствовав взгляд Джеффри, женщина на секунду подняла голову, но в следующее же мгновение снова потупилась. Однако от него не ускользнуло выражение крайнего отчаяния на ее лице.

— А-а, проклятье, — буркнул он.

Надо же было такому случиться, что из всех женщин Сан-Марио на его пути окажется — застигнутая проливным дождем, несчастная и беспомощная — именно та, встречи с которой он избегал с первого дня своего появления в этом городишке.

— Китти Филдинг…

Хотя за то время, что Джеффри Эйбил базировался в Сан-Марио, они с этой женщиной не обмолвились и дюжиной слов, он успел узнать о ней довольно много. Вдова, около тридцати, она, так же как и Джеффри, прибыла сюда из Америки. Вместе с сыном Китти Филдинг уже около четырех лет жила в этом старом колониальном городишке, уютно примостившемся в долине между гор в двухстах милях к северу от Мехико. У нее был скромный дом: она преподавала английский в католической школе и вела довольно замкнутый образ жизни, не встречаясь ни с кем, за исключением одного-двух близких друзей.

Для привлекательной женщины, какой была Китти Филдинг, заживо похоронить себя в глуши Центральной Мексики казалось по меньшей мере странным. Разве что она от кого-то скрывалась.

Со своей стороны, Джеффри также избегал знакомства с ней. Он не мог себе позволить никакой личной жизни здесь, в Сан-Марио, тем более искать расположения молодой красивой женщины, на руках у которой был пятилетний сын.

После несчастья, которое произошло с его женой и дочерью — после гибели Сьюзи и Дороти, — он поклялся никогда больше не подвергать опасности чужую жизнь, как невольно поступил с ними. И хотя то, чем он занимался в Сан-Марио, было куда менее рискованным, чем его предыдущая работа в Эль-Норте, он старался неукоснительно следовать данному самому себе слову.

Он начал работать на Соединенные Штаты более пятнадцати лет назад. И хотя в душе время от времени роптал на те ограничения, которые этот выбор накладывал на его личную жизнь, однако понимал, что они неизбежны, и смирялся с ними. Джеффри Эйбил на собственной шкуре убедился, что с его профессией лучше оставаться одному, — он умел извлекать уроки из прошлого.

Спохватившись, что непозволительно долго медлит, и вспомнив о бедственном положении, в котором пребывала Китти, он распахнул дверцу и вышел из машины.

Дождь лил как из ведра. Джеффри моментально промок насквозь. Зябко ежась, он подошел к Китти Филдинг. Вид у нее был жалкий. Она взглянула на него с нескрываемым испугом. Не говоря ни слова, Джеффри нагнулся, ловко подхватил ее на руки и понес к машине.

— Не надо, прошу вас, — пролепетала она. — Ничего страшного. Я и сама…

— Пока вы бы собрались с духом встать на ноги, растаяли бы как кусочек сахара, — ободряюще улыбнулся ей Джеффри, хотя эта ситуация казалась ему дурацкой. Китти ничего не ответила и потупилась. — Как ваша нога? — вежливо спросил он, заводя мотор.

Дождь, сопровождаемый порывистым ветром, усиливался, и даже при включенных на полный ход "дворниках" за несколько шагов ничего нельзя было различить.

— По-моему, растяжение или… или что-нибудь в этом роде. Думаю, все пройдет — надо только положить лед. — Она помолчала, глядя в залитое дождем окно, затем кивнула в сторону показавшегося впереди перекрестка. — Я живу на Барранкас-стрит. Сейчас направо и…