Аукцион свиданий - Кэтрин Гарбера

Коррин Мартин с неудовольствием поняла, что ею овладела любовная страсть. До сегодняшнего вечера она успешно и старательно избегала всех этих сердечных смут. Ей прекрасно удавалось справляться с приливом чувств и не обращать внимания на мужчин… до сегодняшнего вечера.

Возможно, все дело было в его колдовских зеленых глазах. Или ей попросту надоело, что он смотрит на нее, как на пустое место. Как бы то ни было, сегодня вечером она оставила всякую осторожность и купила три свидания с Рэндом Пирсоном.

Конечно, она всего лишь приняла участие в аукционе, когда эти свидания выставили на торги. У нее даже имелся прекрасный предлог: Коррин предстояли деловые встречи, и ей понадобится сопровождение.

Танцевальный зал в «Уолт Дисней Долфин Отеле» превратился в старомодный свадебный аукцион. Все собранные за вечер средства шли благотворительной организации в Орландо, которая предоставляла бездомным еду и кров. Коррин пришла сюда впервые. Она приняла участие в аукционе и купила свидания с Рэндом Пирсоном.

Последние пять месяцев они совместно разрабатывали один учебный проект, но Рэнд до сих пор оставался для нее загадкой. Кроме него, всего двое мужчин участвовали в аукционе в качестве представителей компании «Корпорейт Спаузиз». Компания организовала курсы делового этикета и сопровождение для деловых встреч.

Начальник Коррин, Пол Стерлинг, возглавлявший «Таррон Энтерпрайзиз» перевел ее с секретарской работы на должность менеджера. Она с удовольствием занялась новым делом.

Однако Коррин было необходимо доказать начальству, что в должности менеджера среднего звена «Таррон Энтерпрайзиз» она не собирается становиться ограниченным трудоголиком. Кроме того, ей очень хотелось напомнить себе, что она все-таки женщина.

— Потанцуем, Коррин? — К ней подошел Рэнд. Смокинг придавал ему королевский вид. Кстати, если верить слухам, предками Рэнда был член королевской семьи.

— Зачем? — спросила Коррин резко и без намека на кокетство. Она не знала, как вести себя в подобных ситуациях и всегда нервничала.

— Когда тебя приглашают на танец, Кори, полагается отвечать «да» или «нет», — сказал Рэнд.

Коррин напомнила себе, что в стенах фирмы ее не без оснований прозвали ледяной королевой. Так было безопасней.

— Меня зовут Коррин, и я знаю, что надо отвечать. — Она сделала ударение на слове «надо».

— Вот как? — Рэнд подошел еще ближе. Они стояли посреди переполненного танцевального зала. Его пальцы скользнули вверх по ее руке — ее обнаженной руке. Почему она не послушалась Анжелику Леон-Стерлинг, свою подругу и жену начальника, и купила это платье без бретелек? Оно такое открытое! В нем Коррин чувствовала себя неестественно.

От его прикосновения у молодой женщины участилось дыхание, по телу пробежала легкая дрожь. Она вздрогнула и отстранилась. Рэнд приподнял бровь, но промолчал.

— Да, — наконец ответила она, понимая, что должна каким-то образом стать хозяйкой положения и не забыть о своих планах. В конце концов, Рэнд для нее — это всего лишь ступенька.

— Итак, потанцуем? — повторил он.

Коррин кивнула. Пряный запах его одеколона окутал ее, они начали танец и он заключил ее в объятия. «Я держу ситуацию под контролем», — решила она.

Но как только он ее обнял и прижал к груди, Коррин и думать об этом забыла. Он положил ей руку на поясницу, и от этого прикосновения она почувствовала удовольствие; на мгновение ей показалось, что кровь быстрее побежала по венам.

Она тряхнула головой, как бы отгоняя нахлынувшие чувства, и взглянула на Рэнда. Но его сияющие глаза свели ее попытки успокоиться к нулю. Саксофон заиграл медленный, чувственный джаз, а потом певица из трио, высокая негритянка со страстным голосом, запела о желании, загаданном при падении звезды.

Все свое детство Коррин провела в мечтах о несбыточном. Она думала, что с возрастом это прошло, но сейчас испытывала сильный соблазн прижаться щекой к плечу Рэнда. «Этого не должно случиться, — убеждала она себя, — и, чтобы не совершить ошибку, я должна уйти».

Она высвободилась из объятий Рэнда и быстро вышла из зала. «Что со мной происходит сегодня вечером»? — ругала она себя.

Коррин направилась в бар и заказала неразбавленный «столи». Она надеялась, что это приведет ее в чувство. Может быть, паника овладела ею лишь потому, что ее лучшая подруга, Анжелика Леон-Стерлинг, только что рассказала ей о своей беременности.

Коррин знала, что у нее никогда не будет детей. Она никогда не пойдет на риск и не родит ребенка в столь зыбком мире, где царит хаос.

На глаза навернулись слезы, и она уже решила, что пить, пожалуй, ей не следует, но отменить заказ не успела, — за спиной появился Рэнд.

— Еще одну порцию, — сказал он бармену.

Бармен поставил перед ними напитки, и Рэнд заплатил за Коррин, не дав ей достать деньги из кошелька.

— Вот деньги за мою выпивку, — сказала она, когда бармен отошел в сторону.

— Как я понимаю, ты нуждаешься не только в сопровождении на деловые встречи, но и в уроках этикета.

— С чего ты взял? — Коррин знала, что умеет себя вести. Миссис Тэннер, одна из ее приемных матерей, научила ее правилам поведения еще в восьмилетнем возрасте. Ей очень хорошо запомнились эти уроки.

— Потому что ты не умеешь выражать свою благодарность. Убери деньги.

Коррин убрала сложенную банкноту обратно в сумочку. Она получила образование на благотворительные средства, поэтому с неохотой принимала что-либо бесплатно. Если на то пошло, сегодня вечером у нее с Рэндом не свидание, она лишь приняла участие в аукционе.

Она сделала глоток «столи». Выпивка обожгла горло, но Коррин и глазом не моргнула. Мимо нее прошел официант, она поставила свой стакан на поднос и заметила, что Рэнд сделал то же самое.

— Что случилось во время танца? — наконец спросил он.

Она пожала плечами. Не говорить же ему, что он захватил ее врасплох и ему удалось проникнуть за барьер, который она пыталась возвести между собой и мужчинами?

— Мне просто не хотелось танцевать.

Он снова приподнял бровь.

— Ты ведешь себя крайне надменно, — сказала Коррин.

— Почему?

— Приподнимаешь бровь с таким видом, будто ты владелец поместья.

Он повторил свой жест.

— Тебя это беспокоит?

— Я же сказала…

— Хорошо. — Он погладил ее по щеке.

— Что хорошего ты в этом нашел? — спросила она, пытаясь не обращать внимания на то, что ею овладела мелкая дрожь.

— Видишь ли, ты кажешься слишком далекой от жизни.