Чумной корабль - Джек Дю Брюл

Хуан бросил взгляд на цифры обратного отсчета на главном экране. У них в запасе оставался час и одиннадцать минут, что­бы отыскать Макса и вытащить его с острова. На самом же деле времени было еще меньше, потому что когда орбитальный бал­листический снаряд врежется в Эос, мощнейший взрыв вызовет высоченную волну. В соответствии с расчетами Эрика волна будет распространяться в ограниченном диапазоне, и топогра­фия малонаселенного залива Мандалай в значительной степени уменьшит ударный эффект, но любое судно в пределах двадцати миль от Эоса ждут серьезные неприятности.

«Орегон» находился в пятнадцати милях от Эоса, когда беспилотник выдал изображение острова. Картинка медлен­но вырисовывалась на главном мониторе, будто серая унылая глыбища посреди весело поблескивавшего моря, которое и обе­спечило этой части Турции название Бирюзового побережья.

Джордж провел беспилотник на высоте в три тысячи футов над островом длиной в восемь миль, достаточно высоко, чтобы гул двигателя оставался неслышимым, да и увидеть его было невозможно из-за быстро клонившегося к западу солнца. Эос представлял собой лишь нагромождение скал, поросших кое- где чахлыми сосенками. Он сфокусировал изображение там, где респонсивисты соорудили бункер, но ничего не было заметно. Все входы были надежно замаскированы от воздушной развед­ки. Единственным признаком могла служить мощеная дорога, упиравшаяся в невысокий пригорок.

— Хали, сделай захват, парочку кадров, и увеличь, — велел Хуан. — Вглядитесь пристальнее, поищите, там, где заканчива­ется эта дорога, явно должны просматриваться двери или ворота.

— Готово.

— Хорошо, Гомес, а теперь покажи нам, что там вокруг. Надо изучить побережье и пристань.

Джойстиком Адамс развернул беспилотник и направил его назад по морю, теперь можно было подойти к доку со сторо­ны солнца. Пляж простирался всего на несколько сотен футов, и это был не шелковистый белый песочек, а отполированные водой каменюги. Пляж окружали голые утесы высотой свыше ста футов. Они казались неприступными, тут требовалось сна­ряжение альпиниста.

Пристань находилась точно в центре пляжа, это был Г-образный причал, предназначенный для приема грузовых су­дов относительно небольшого водоизмещения, доставлявших материалы и оборудование для постройки сооружения. Дорога на вид была прочной и по ширине вполне годилась для экска­ваторов и бетономешалок, в свое время заполонивших остров. Здание из рифленого металла располагалось как раз в том месте, где к причалу подходит дорога. Обрамлявший плоскую крышу парапет обеспечивал полный контроль прилегающей террито­рии. Прекрасно обозревались и подступы с моря. Судя по всему, постройка выполняла роль и караульного помещения. Позади стоял припаркованный пикап.

Были различимы и фигуры двоих охранников с мощным биноклем на крыше, вооруженные автоматическим оружием. Другая пара охранников патрулировала причал, а еще двое сле­дили за пляжем.

Все линии связи и электроснабжения проходили под землей, поэтому не было возможности вывести их из строя, чтобы изо­лировать караульное помещение. Хуан предполагал, что вопро­сами безопасности занимался Зелимир Ковач, и он не замедлит поставить в известность находящихся в бункере лиц о любом подозрительном происшествии, а те, в свою очередь, позаботят­ся о полной изоляции подземных помещений.

— Переключитесь на инфракрасное отображение, — распо­рядился Хуан.

Картинка на мониторе изменилась, теперь было видно лишь излучаемое охранниками тепло. По две пары охранников зани­мали посты на каждом утесе, который, кстати, не был заметен при визуальном просмотре.

— Что это за следы рядом с парнями на утесах? — спросил Джордж.

— Остывают двигатели небольшой мощности. Скорее всего, мотовездеходы, как в Коринфе. Здорово на них погонять, конеч­но, если никто по тебе палить не вздумает.

Кабрильо больше заинтересовал сигнал, исходящий от доро­ги. Это была трасса отвода отработанных газов энергоустановки, как пояснил Эрик. Они проделали отличную работу по маски­ровке температуры. Даже весьма опытный наблюдатель по­думал бы, что это разогретая солнцем за день дорога излучает тепло. Тускло-оранжевая линия протянулась и вдоль причала, потом расширялась почти на всю пристань.

Распылитель, подумал Хуан, еще один способ замаскировать теплоотводы.

Однако коллекторов воздухозаборника он не увидел.

Кабрильо нажал кнопку конференц-связи, теперь они могли говорить втроем — Эдди, Линк и он.

— Что думаете по этому поводу?

Он уже знал ответ Эдди.

— Будет много мяса и никаких гарантий. Есть детальное изо­бражение участка, где кончается дорога?

— Хали, теперь работаем там.

— Все на экране, — доложил Касим.

Новые кадры замелькали на мониторе, все пристально всма­тривались в картинку. Дорога просто упиралась в холм. Они знали, что должны быть двери для входа в бункер, но замаски­рованы они были безукоризненно.

— Все зависит от того, как и чем они вооружены и как защи­щены; в принципе, мы могли бы пробиться, — произнес Эдди, но без особого энтузиазма.

— Мы не знаем, что потребуется — парочка унций «С-4» или крылатая ракета.

— Тогда придется воспользоваться «Кочевником», подо­браться вплотную к берегу и попытаться найти воздухозабор­ники. Понадобится факел, чтобы потом выйти из трубы. После того как мы заберемся внутрь ее, — сказал Эдди. — Жаль только, что нет у нас средства оттянуть заход солнца.

Орбитальная траектория российского спутника определи­ла время атаки, и тут уже ничего нельзя было изменить. Хуан посмотрел на часы как раз в тот момент, когда после единицы возникли два ноля. Им оставался ровно час.

— А чем заняты те два охранника, что на пристани? — спро­сил Джордж.

Камеры снова перевели в режим визуального наблюдения.

— Наверняка исполнением своих обязанностей. Чем еще им заниматься? — рассеянно заметил Хуан.

— Мне кажется, что-то есть там, в воде. Надо сделать еще один облет и присмотреться.

В темноте Макс не мог определить, сколько воздуха еще оста­валось в баллоне, но по его прикидкам, он полз минут двадцать. И сколько полз, изо всех сил старался дышать неглубоко, экономя драгоценный воздух. Казалось, проклятой трубе конца не будет. Что впереди, что позади — сплошная чернильно-черная темень.

Миновало еще десять минут, и дышать стало труднее. Бал­лон стремительно пустел. Скоро, совсем скоро он истратит остатки воздуха, а затем задохнется. Проведя большую часть жизни на море, Макс всегда был уверен, что погибнет, утонув, — но уж никак не в раскаленном вихре отработанных газов.

Макс упрямо полз на четвереньках. Снаружи костюм почер­нел, обуглился, в отдельных местах зияли дыры, в особенности на коленях. Второй слой защиты очень пригодился.

С Кайлом будет все хорошо, подумал он. Макс не сомне­вался, что чего бы это ни стоило, Хуан вновь спасет его сына. И воспользуется другим способом депрограммировать его ра­зум. Председатель никогда не совершал одной и той же ошибки дважды.