Фаллон - Луис Ламур

Его притягивал каньон, опоясывающий город полукольцом, который начинался широким и темным отверстием в скалах. Его крутые стены поднимались на несколько сот ярдов, но сверху невозможно было ничего рассмотреть глубже чем на пятьдесят футов. Если человека настигнет в каньоне наводнение, у него не будет шансов выбраться.

На одиннадцатый день через мост прогрохотал фургон. Фаллон выехал ему навстречу.

Погонщиком оказался худой человек с грубыми чертами лица, на поясе у него висел револьвер, из-за спины торчала винтовка. Позади него сидела женщина с волевым лицом.

Они прибыли из Миссури, где Джошуа Тил торговал конной упряжью. Фаллону он сразу понравился.

— Если вы интересуетесь золотом, — сказал ему Фаллон, — здесь вы можете получить на это право; но раз вы мастер по конной сбруе, не лучше ли вам заняться торговлей?

— Здесь поблизости есть индейцы?

— Наверное, но мы их ни разу не встречали. Даже следов не видели. — Рискуя потерять возможного жителя, Фаллон добавил: — Вокруг бродит банда Беллоуза, а они хуже индейцев.

— Слышал о них. — Тил оценивающе разглядывал город. — Моя жена устала, дети ослабли. Мы остановимся здесь.

— Вы когда-нибудь занимались земледелием?

В глазах Тила промелькнул интерес.

— Я вырос на земле и с детства ходил за плугом.

Макон Фаллон рассказал ему о долине и о плотине, которую начал строить. Тот внимательно слушал, переводя взгляд с долины на Фаллона.

— Ты смахиваешь на афериста, — наконец сказал он, — но говоришь, как человек, который кое-что смыслит в земледелии. Ну что же, посмотрим.

Весь следующий день Фаллон посвятил своей плотине. Она представляла собой нагромождение камней и бревен. Никто не интересовался. его работой, никто не предлагал свою помощь.

К концу второй недели прибыло еще четыре фургона, и город ожил. Один из фургонов остановился у бара «Янки». За ним подъехал второй, им управлял здоровенный негр.

Погонщик первого вошел в бар. Это был плотный человек с гладким розовым лицом, голубыми глазами и копной седеющих волос.

— Меня зовут Бреннан, — объявил он. — Я хотел бы виски.

И, когда Фаллон наполнил стакан, добавил:

— Я сам содержал бар. Может, могу чем-нибудь помочь.

— Конечно, можете, — сухо ответил Фаллон, — но сначала попробуйте мое виски.

Бреннан отпил немного и осторожно, будто тот мог взорваться, поставил стакан на стойку.

— Необычный букет, — вежливо сказал он. — Трудно в это поверить, но я не узнаю марку.

— Это индейское виски, моего собственного приготовления.

— Если не возражаете, я бы хотел стакан воды.

Бреннан глотнул воды и улыбнулся.

— Известняковая вода, чистейшая… с холмов Кентукки. Мой друг, — он кивнул на стакан с водой, — если вы хотите делать доброе виски, первое, что вам нужно… это хорошая вода.

Фаллон вышел из-за стойки.

— Мистер Бреннан, я не хочу делать виски. Я не хочу содержать бар. Вы получите и воду, и все, что вам необходимо, а я займусь другими делами. Берите этот бар под свою опеку, выручка пополам… ну как, идет?

Бреннан снова глотнул воды.

— Мои шестьдесят процентов, ваши — сорок, — сказал он. — Я содержал бары в Нью-Йорке, Ричмонде, Луисвилле, Лидвилле, Коринне и Силвер-Рифе. Я знаю свое дело.

Фаллон посмотрел на него и перевел взгляд на долину. Бреннану было лет тридцать пять, а он, как видно, уже многое повидал в жизни. Что занесло его сюда?

— По рукам. Завтра можете приступать к работе.

— И вы ни о чем не спрашиваете?

— Если вы собираетесь работать, пожалуйста. Если нет, скатертью дорога.

— Я убил человека, — произнес Бреннан.

— Если на нас нападут парни Беллоуза, — прямо сказал Фаллон, — у вас появится возможность убить еще несколько.

— Мне нравится этот город, — спокойно сказал Бреннан. — Я здесь чувствую себя как дома.

Помимо всякого барахла, Бреннан во втором фургоне привез три барреля виски, бочонок кларета и около сотни пустых пивных бутылок. Что еще было у него в фургонах — неизвестно. Бреннан занял одну из комнат салуна.

Город медленно оживал. Один за другим прибыло несколько фургонов, а однажды целый караван остановился в долине недалеко от Красной Лошади. Фаллон работал в городе, но не забывал и про плотину. Дважды Джошуа Тил приводил ему своих мулов, и с тех пор она заметно выросла.

В полдень, когда Фаллон сидел за столом и пил кофе, в бар вошел Ал Дамон. Он устроился у стойки. На нем были новые испанские сапоги с высокими голенищами и мексиканскими шпорами. На боку болтался револьвер.

— Виски, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Оно дорогое, — предупредил Бреннан. — Слишком тяжело доставить виски в эти края.

Ал Дамон бросил на стойку серебряный доллар.

— Вы что, думаете у меня нет денег? Налейте виски, — потребовал он.

Бреннан наполнил стакан.

— Ты до сих пор пасешь скот? — поинтересовался Фаллон.

— Конечно. Что из этого?

— А кто сейчас со стадом?

— Да все в порядке. Что с ними случится?

— Ребята Беллоуза могут его угнать.

Ал Дамон повернулся к Фаллону, облокотясь о стойку.

— Вы слишком плохо о них. думаете, — сказал он с усмешкой. — Зачем этим мужественным парням стадо старых быков?

— Мужественным? — повторил Фаллон и усмехнулся. — Они осмеливаются нападать, только если их в пять раз больше.

Ал поставил свой стакан так, что расплескал виски.

— Много вы знаете!

Фаллон сделал вид, что не расслышал его.

Ал затеял разговор с Бреннаном:

— Отец сказал, что вы держали бар в Абилине. И видели Хикока?

— Да.

— Я слышал, что он ловко обращался с револьвером. Говорят, он был лучшим из бандитов!

— Он был шерифом города, а вовсе не бандитом.

— Дикий Билл Хикок? Я считал, что он отъявленный бандит.

— Мало бандитов действительно хорошо владеют оружием, — заметил Бреннан. — Что касается Хикока, то люди его уважали вовсе не за меткость в стрельбе.

— А как насчет Клея Эллисона? Скажете, он тоже не преступник?

— Эллисон владелец ранчо возле Симаррона.

Фаллон допил кофе и налил еще.

— Есть кое-что, без чего не стать хорошим стрелком, даже если усиленно тренироваться, — вмешался он.

Ал Дамон обернулся с враждебным видом.