Империя Четырех Сторон - Андрей Цаплиенко

У Вадима все смешалось в голове. Он слушал Нормана, и ему захотелось закрыть глаза, а с закрытыми глазами все происходящее может показаться сном. Так легче. Но потом глаза придется открыть и снова погрузиться в реальность.

– Зачем за вами охотиться, Норман? Кому вы нужны со своими играми в ковбоев-индейцев?

– Мы им нужны, потому что мы знаем, где Пайкикин! – крикнул боливиец. – Они – нет! Дети тех, кто не достроил город, перебили тех, кто его нашел в первый раз!

Норман откричался, отдышался…

– И теперь, спустя четыреста лет, мы должны были выследить и остальных, – продолжил он более спокойным тоном. – Вот так и появился фейковый «Светлый путь» – чтобы они не нашли настоящий. Конечно, те, кто брал заложников в Лиме, готовил боевиков и проповедовал коммунизм китайского типа, были смертниками-«камикадзе», но они сами об этом знали. Зато не знали «невидимые». И мы этим пользовались. Этот поддельный «Светлый путь» быстро рос, он действовал в нескольких странах. А в Перу даже контролировал несколько провинций. Правительство этой страны объявило «Светлому пути» настоящую войну, и мы этому радовались, поскольку именно в открытом бою можно определить настоящего противника. Правда, в этой войне погибло много людей.

– Насколько много? – спросил Вадим.

– Очень много. Несколько десятков тысяч. Но настоящий, незаметный «Светлый путь» смог определить всех «невидимых». Во всяком случае, тех, чья задача была снова найти Пайкикин. А теперь о тебе… Когда стало ясно, что боевая организация «Светлого пути» перестала быть нужной, меня отправили к вам, в Киев, чтобы я нашел потомков человека-ягуара. Этот персонаж – полулегендарный воин, в руках которого ключ от Пайкикин. Как выглядит этот ключ, никто не знает. У нас был специалист, который занимался историей связей между Европой и Южной Америкой. Так вот, он обнаружил в варшавских архивах сведения о неком странном воине нетипичной наружности, который присоединился к запорожским казакам, служившим наемниками в войске герцога Бургундского. У него были раскосые глаза – что, впрочем, в ваших местах иногда встречается, – широкие скулы, и крючковатый нос. И очень смуглая кожа. Я, кажется, себя описал, правда? – засмеялся Норман.

Его рассказ продолжался:

– Говорят, что этот странный воин, будучи весьма пожилым человеком, дрался так искусно и необычно, что его новые товарищи по оружию брали у него уроки рукопашного боя. И платили ему за это деньги, сделав его небедным человеком. Мы догадались, что этот воин ушел в украинские степи вместе с казаками. А потом к вам отправили и меня. Это было почти безнадежно, но я нашел след того воина. И смог проследить, как сложилась жизнь у его потомков. Вот здесь, в компьютере, у меня сохранилось что-то вроде генеалогического древа. Давай-ка включим, Вадим, и посмотрим.

Норман смахнул пыль с клавиатуры и оживил свой допотопный компьютер. Тот неохотно просыпался. Его полупроводниковые внутренности долго и недовольно ворчали и трещали. Наконец выпуклый коричневый экран зашипел, и по нему рассыпался белый снег. А еще через минуту снег превратился в синий фон, на котором рассыпались DOSовские буквы.

Приговаривая: «Сейчас найдем», Норман открыл одну из папок, и на экран выползла схема. Деревом тут и не пахло. Какие-то квадратики, кружочки, черточки, написанные от руки имена. На испанском.

– Как ты затащил сюда все это? – спросил Вадим, пока Норман настраивал компьютер.

– О, это не я, – улыбнулся тот. – Думаю, эту технику затащили сюда люди «Светлого пути», лет двадцать назад. Но точных сведений на этот счет у меня нет.

– Тогда зачем тебе все это? Чтобы рисовать генеалогические деревья? Как-то не очень эффективно, дружище, – покачал головой Вадим.

– Очень. Без компьютера я не смог бы вычислить очень важные параметры этого храма.

И Норман отвлекся от истории, перейдя к технике:

– Здесь есть не только компьютер, но и специальный сканнер. Он сканирует внутреннюю поверхность храма, разбивая ее на миллион точек. Любые выпуклости, впадины, округлости и отверстия отражаются в специальной программе для создания трехмерной модели храма. Аппарат не очень современный, в Голливуд его не возьмут. Но и не надо. Мне важна предельная точность данных, и с этим сканнер справляется. А вот для чего мне все это нужно, я тебе скажу позже, после того, как ты взглянешь на экран. Ну как?

Документ, копию которого разглядывал Вадим, был написан от руки. Он хорошо знал почерк своего друга, поэтому быстро понял – генеалогическое древо составлял не только Норман. Были на нем и записи, сделанные рукой, по крайней мере, еще одного человека.

В записях можно было запутаться. Имена, вписанные в кружки и прямоугольники, соединялись неровными линиями, которые часто пересекались между собой, образуя нечто наподобие паутины. Прослеживая связи между индейскими, испанскими и французскими именами, можно было запутаться и сойти с ума. Но Вадима интересовало только то, что написано в самом верху документа. Клавишей со стрелочкой он поднимал курсор все выше. Вот на странице начали появляться имена, похожие на польские, русские и украинские. Курсор полз все выше и выше. Вадим увидел имя своего деда в испанской транскрипции. Затем отца. А от отца линия вела…

Он не удержался и ахнул.

– Да, это так, – сказал Норман. – Ты потомок человека-ягуара. Случайности не случайны. Поэтому ты здесь.

Свыкнуться с этой мыслью было непросто. Пожалуй, что и невозможно. Он, человек с украинской фамилией, чьи родственники живут в небогатом днепровском селе, потомок людей, никогда не подвергавших сомнению свое происхождение, ведет свой род от тех, кто строил этот город? Глупость. Феерическая глупость.

А может, он сошел с ума, и все это ему снится? Может, и этот город, и путь к нему лишь видение, вызванное жарой и дегидрацией организма, и на самом деле он все еще в пустыне, обезвоженный и беспомощный? И разговаривает он с человеком, которого не существует вообще, лишь в своем больном воображении? Какой нормальный мозг выдержит столько информации, сколько он получил за последние несколько часов?

Легенда гласит, что Пайтити был построен инкским божеством Инкари. В описаниях говорилось, что город был очень красив и богат, его дома и улицы украшали статуи из золота и драгоценных камней. Согласно преданиям, в его стенах хранилась большая часть сокровищ инков

– Трудно поверить, понимаю, – заметил спокойно Норман, – но это так и есть. Тебя должны были искать «невидимые», Вадим.

– Для чего? – тихим голосом спросил украинец.

– Для того, чтобы принести в жертву. Но сначала ты должен был сказать им, где находится ключ.

– Какой ключ?

– Ключ в тайник. В этот тайник.

И тут Вадима осенило.

– Погоди, Норман. Так и ты не знаешь, как добраться до сокровищ Тавантинсуйу?