Шут - Эндрю Гросс

Стефен, герцог Борейский, вздрогнул и поморщился, когда лекарь поставил ему на спину очередную отвратительную пиявку.

— Скоро в этих тварях будет больше крови, чем останется во мне, — недовольно проворчал он.

Лекарь продолжал свою работу.

— Вы жалуетесь на дурное настроение, мой господин, но притом жалуетесь и на лечение.

Стефен хмыкнул.

— Мое настроение не улучшат никакие пиявки.

В жестокую меланхолию герцог впал с того самого дня, когда получил известие о неудаче Моргана, своего верного и проверенного слуги. Что еще хуже, Морган упустил прекрасную возможность завладеть копьем. В довершение всего этот гнусный червяк, наглый шут, собрав вокруг себя толпу оборванцев, выступил маршем на Трейль. От одного этого в герцоге закипала желчь.

И вот буквально накануне ему сообщили невероятное: проклятый шут взял Трейль, дурачина Болдуин покорно сдал свой замок кучке жалкого сброда.

Стефен снова поморщился, чувствуя, как противные скользкие твари высасывают из него последние силы.

Копье должно быть у него! Стефен даже подумывал о том, чтобы призвать к крестовому походу для освобождения Трейля и возвращения реликвии, украденной трусом и изменником, в достойное место. Куда? Конечно, в Боре. Но кто знает, где она окажется потом? В Париже? В Риме? Или, может быть, даже в Антиохии?

Раздумья прервал неожиданный приход Анны. Посмотрев на распростертого на столе мужа, она сдержанно улыбнулась.

— Вы искали меня, мой господин?

— Да. — Он повернулся к лекарю. — Выйди, мне надо поговорить с женой.

— Но я еще не закончил! Вам нужно…

Стефен вскочил, смахнув присосавшихся к коже пиявок.

— У тебя рука палача, а не целителя. Убери этих тварей, а со своим дурным настроением я справлюсь сам.

Анна наблюдала эту сцену с легкой усмешкой.

— Удивительно, мой господин, что эти маленькие скользкие создания так неприятны вам, ведь во многих отношениях вы очень схожи.

Она провела ладонью по изуродованной багровыми пятнами спине.

— Судя по всему, вам сильно нездоровится, муж мой. Позвольте приложить мазь?

— Ну, если вам не претит прикасаться ко мне.

Стефен посмотрел ей в глаза.

— Конечно, нет. — Анна открыла банку с густой белой мазью. — Я ко многому привыкла. Так зачем вы позвали меня?

— Хотел осведомиться о здоровье вашей кузины Эмили. Надеюсь, ее путешествие к тетушке прошло хорошо?

— Кажется, да, — спокойно ответила Анна, размазывая снадобье по спине супруга. — По крайней мере, она выглядит довольной.

Довольной… Оба прекрасно знают, что чертовка и в глаза не видела свою тетушку.

— Я бы хотел поговорить с ней и узнать подробности визита.

— Как сильно они вас покусали, эти пиявки. — Анна надавила на крохотную ранку, и Стефен вскрикнул. У него закружилась голова. — Безделье плохо влияет на вас, муж мой. Может быть, вам лучше вернуться в Святую землю? Поискать развлечений там? А что касается Эмили, то она слишком устала, чтобы делиться с кем-либо подробностями нелегкого путешествия. — Она надавила на другую ранку. — Устала, но… довольна, как я уже сказала.

— Хватит! — Стефен схватил ее за руку. — Вы же знаете, я могу и не спрашивать вашего позволения.

— Можете. Но вы также знаете, что она находится под моей защитой. И должны понимать, какую цену придется уплатить, если с ней что-то случится.

Она ткнула острым ногтем в кроваво-красное пятно. Стефен чуть не свалился со стола и вскинул руку. Анна не дрогнула, лишь посмотрела на герцога с глубочайшим презрением. Потом губы ее дрогнули в улыбке.

— Хотите ударить? Я здесь. Или, если мое лицо кажется вам слишком грубым, могу позвать кого-то из служанок.