Джон Сильвер. Возвращение на остров Сокровищ - Эдвард Чупак

Маллет перестал ныть.

— Ты выдохся. Не отрицай этого.

— Море успокоилось из-за дождя, сэр. Через две недели прибудем в порт. Капитан сказал. На всем маршруте нам везло с погодой.

— Все ненастье, мой мальчик. Все ненастье.

Маллет попросил меня рассказать дальше про карту, что я и сделал, но не раньше, чем убедил его в правдивости этих рассказов, поскольку он выказал сомнение на сей счет.

— Мои истории — это тебе не сказочки перед сном, — ответил я и чуть не выдал точное место, где в конце концов отыскал сокровище. — Теперь, сэр, когда я знаю, в какую игру мы играем, можете заглянуть мне в карты.

Уитман украл двух лошадей — вороного и серого в яблоках, посадил Джулию Хокинс на серого, а сам пошел рядом, ведя его на поводу и придерживая даму за фартук. Мы с Джимом поехали на вороном. Мимо нас сновали мужчины в шляпах и дамы в туалетах, кто пешком, кто верхом, кто гуляя. Больше всего на улицах почему-то бегало детей — целые выводки, и никто из богатых господ не обращал на бедняжек внимания, словно те были из тумана, не замечал — дышат ли они или окоченели, как деревяшки. Смоллетту повезло увидеть жизнь такой, какая она есть, когда он заметил тебя у острова Роз: все в ней поставлено с ног на голову.

* * *

Мы приехали к доктору Ливси. Незнакомец, который отпер нам дверь, был так бледен и тощ, что мог бы сойти за скелет с моего острова.

— Желаете увидеть корабельного товарища? — спросил доктор, точно из пушки выпалил.

«Громковато для такого хлюпика», — подумал я.

— Пистолеты можете убрать, — сказал он Уитману. Тот упрямо держал его на мушке. — А вы, верно, Сильвер. Хромой.

Я снова принялся гадать, что еще наболтал о нас Бонс этим сухопутным крысам. Ливси все уговаривал Уитмана опустить дуло.

— От меня ведь почти ничего не осталось — видите? Одни кости. Хотя немного мышц еще есть, но пуля пролетит насквозь. — Он заглянул мне в глаза. — Я знаю латынь, друг мой. «Magnus inter opes inops».

Я приказал Уитману убрать пистолет.

Ливси отвел нас в кабинет позади приемной. Там, на дубовом столе, лежал Бонс.

— Смерть наступила несколько часов назад. Бедняк среди сокровищ. Я говорю не о вашем приятеле, пояснил Ливси, — хотя это были его последние слова. И перевод фразы. Бедняк среди сокровищ. Хорошие слова для прощания с миром. Никогда бы не подумал, что такой человек знает латынь.

— Он ее и не знал, — сказал я. — Только прочел на записке в руке мертвеца.

Волос у Бонса на голове осталось негусто — один клок, который Ливси не успел сбрить. Мне показалось, что Бонс вот-вот встанет, чтобы пригладить этот последний вихор. Докторишка взял скальпель и отхватил его одним махом. Бонс ему не возразил. Похоже, шакал Ливси собирался разделать беднягу, а мы заявились не вовремя.

— Его прикончил ром, — сказал доктор. Он взял пузырек опиумной настойки, потряс его и вернул на полку. — Сам видел в «Адмирале Клифтоне». Соли? — Ливси взял другой пузырек, поднес к носу. — Нет, вряд ли. — Он поставил склянку обратно. — Люблю там пообедать. Особенно хорош пшеничный пудинг. — Тут он нюхнул из очередной емкости и покачнулся на пятках. — Известь. — Ливси огляделся и вытер высохшие, мертвецкие ладони о пыльную тряпку.

— О чем же еще говорил мой приятель?

Ливси меня не слышал.

— Наша Джулия Хокинс — мастерица по части пудингов, — прохрипел он. — Говорю вам, это ром его прикончил. Глаза пожелтели. И кожа. Печень не выдержала. — Ливси усмехнулся. Похоже, этот живой труп находил утешение в покойниках. — Как-то раз ваш Бонс запустил в меня бутылкой. Помнишь, Джим? Промахнулся. Тут почти пусто. Ничего не осталось. Бутылка — в стену. Помнишь, Джим?

— Я тогда пол подметал, — произнес мальчишка, не сводя с меня глаз.

— От трактира Пила одни угли остались, — бросил вдруг Ливси. — Говорят, твоих рук дело. Она так сказала. Вдова, Джудит. Чуть не погибла в дыму. Долговязый Джон Сильвер, — проговорил он, поводя ланцетом. — Вернулся в Бристоль. Сам Джон Сильвер.

— Жаль, не сгорела, — отозвался я.

— Я ведь как-то лечил Черного Джона. От цинги. Дал ему желтокорня. И еще кое-что.

— Что это значит: «Бедняк среди сокровищ»?

— Это самое и значит, — ответил Ливси. — Ваш товарищ говорил о вас. «Долговязый Джон Сильвер придет за мной, — так он сказал. — И Пью вместе с ним. Сильвер хромой, Пью слеп на один глаз и глухой на одно ухо». Ваши глаза в порядке, — обратился он к Уитману и подался вперед, чтобы разглядеть поближе. — И уши на месте.