Жребий вечности - Богдан Сушинский

На борт флагманского линкора оберштурмбаннфюрер ступил только два часа назад, но его присутствие уже начинало раздражать Аугштайна. Как и вездесущесть эсэсманов из его охранного отряда.

– Просто они еще не поняли, сколько здесь всего. И основные силы их заняты сейчас в Тунисе.

– Кстати, команде известно, что именно погружено на корабли?

– Преувеличиваете, подполковник.

– Никто, кроме вас?

– Сказать, что я знаю – тоже преувеличение.

«Тем лучше. Меньше придется убирать, заметая следы», – брезгливо обронил про себя Шмидт.

Оглянувшись, он увидел подполковника Крона, представлявшего здесь фельдмаршала Роммеля. С тех пор когда командующий узнал о его встрече с Гиммлером, он уже действительно не доверял ему. И даже не пытался это скрывать.

«Очевидно, этот вермахтовец думает сейчас о том же: как избавиться от тебя», – желчно ухмыльнулся оберштурмбаннфюрер.

– Вас не укачивает, господин подполковник? – иронично поинтересовался он, стараясь не очень-то выплескивать свою брезгливую ироничность на голову этого располневшего, безбожно потеющего коротышки.

– Н-нет. – В июне сорок первого Крон был контужен на Восточном фронте, где-то в районе Бреста, и с тех пор оставался загадочно молчаливым и ритуально немногословным. – П-по-настоящему н-нас начнет «укачивать» в Италии, когда будем пробиваться к тайникам и когда за нами начнется охота, как за перепелами.

– Как всегда, преувеличиваете, подполковник, – заметил командор, на сей раз безмятежно сплевывая себе под ноги. Он плевался везде и всегда, причем делал это с каким-то совершенно необъяснимым наслаждением, выражая своими плевками целую гамму чувств и отношений к собеседнику, событиям, всему окружающему миру. – И позволю себе напомнить, господа, что вы находитесь на корабле, командовать которым поручено мне. А я не потерплю…

Этот рослый мрачный тип, с прыщеватым и мертвецки бледным, словно бы напрочь отмороженным лицом, знал, что говорил. Он уже понял, что подполковник со своими вермахтовцами представляет здесь интересы Роммеля, а оберштурмбаннфюрер со своими черномундирниками – Гиммлера. И на каждом из линкоров было по десять солдат подполковника и по пять солдат Шмидта. Они-то и составляли отряд, который должен был отвечать за сохранность контейнеров на море и суше.

Зачем понадобилось дробить охрану на два отряда с двумя подполковниками во главе, этого командор понять не мог. Но что поделаешь, у береговых крыс все делается не по-человечески. Аугштайн не желал вмешиваться в их грызню, но в то же время твердо был намерен не допустить, чтобы они схватились еще здесь, на борту линкора «Барбаросса».

Как командор, он мог бы сформулировать напоминание и порезче. И, несомненно, сделает это, как только почувствует, что оба пехотинца явно преувеличивают свое значение на борту.

Передовой эсминец сопровождения уже вышел за гряду мелких скалистых островков и, развернувшись бортом к «Барбароссе», начал не спеша выползать в открытое море. Сейчас он напоминал волка-вожака, который, выводя свою стаю из бора, опасливо обнюхивает окрестности. Второй эсминец, которому надлежало заключать кильватерный строй, держался пока чуть в сторонке, между двумя линкорами, как бы прикрывая их с более открытой стороны бухты.

– У меня такое предчувствие, что наш «золотой» караван уходит не к берегам Италии, а в небытие, – не удержался Крон.

– Судьба любого пиратского клада всегда была страшной и таинственной, – воинственно согласился Шмидт.

– Почему пиратского? Фельдмаршал изъял эти драгоценности в виде приза победителя, в виде компенсации за наши потери.

– Можете называть его «африканским» или «сокровищами фельдмаршала Роммеля»^[45]. Суть от этого не изменится.

– И все же впредь я просил бы не называть эти сокровища пиратскими, – напыщенно потребовал Крон, – поскольку это задевает честь мундира фельдмаршала Роммеля и многих связанных с ним офицеров.

– Фельдмаршалу Роммелю достался такой мундир, что ему уже ничто не угрожает.

– Опять же преувеличиваете, господа, – натужно прочистил глотку командор и тут же по внутреннему переговорному устройству приказал увеличить скорость корабля, а команде – занять места согласно штормовому расписанию.