Авиатор - Йон Колфер

Внезапно воздушный поток подхватил планер, отнеся его на добрую сотню метров от места намеченного приземления. Конор поворачивал рулёжную планку до предела влево и добился того, что нос планера опустился вниз. В результате он практически вошел в штопор, но это все же было лучше, чем упасть в океан. Жаль было бы утонуть сегодня ночью, залетев на планере так далеко, как не удавалось еще ни одному человеку.

«Виктор гордился бы мной».

Эта мысль расстроила его. В тюрьме он старался не думать о родных и друзьях из прежней жизни, но со времени бегства уйти от этих мыслей было все труднее.

«Я мог бы просто вернуться. Объясниться. Отец мог бы призвать к ответу Бонвилана».

Да. И всю жизнь терзаться из-за причиненных Конору страданий. То же относится и к матери. Нет уж, лучше просто заколотить дверь в прошлое и начать новую жизнь.

Конор быстро падал. Из того, что прежде воспринималось как сплошное черное пространство, начали проступать скалы и небольшие холмы. На всем пути вниз Конор сражался с планером, проклиная свое непослушное судно, не позволяя ему взять верх.

Когда он оказался в укрытии стены, турбулентность исчезла, планер стал послушным, милым и грациозно, словно лебедь, вскинул «шею». Ступни Конора врезались в мягкую землю, и он пропахал ногами двойную борозду, прежде чем с помощью специальной, притороченной к поясу рукоятки смог сложить за спиной крылья и наконец остановиться.

Не было времени ликовать по поводу приземления или поздравлять себя с тем, насколько эффективны складные крылья. Впрочем, в тот момент складными их можно было назвать лишь условно: для того чтобы они полностью отвечали своему названию, придется еще заменить две распорки.

«За дело, за дело».

Алмазы были зарыты в землю в полуметре от северного угла каждого участка со сведой. Семь участков, семь мешочков с алмазами. Ближайший участок начинался почти у ног Конора. Если он поторопится и его не обнаружат, то сегодня ночью, наверное, успеет найти три мешочка.

Конор вытащил из-за пояса саблю и начал тыкать ею почву в поисках алмазов, но тут с земли поднялась темная, плохо различимая фигура.

«Ловушка. Я в ловушке».

Однако он ошибся. Дрожащая фигура заговорила:

— Кто вы? Что вам нужно от Артура Биллтоу?

Конора охватила такая ярость, что он почти физически ощутил ее. Голова запылала, рукоятка сабли затрещала в сжатом кулаке.

— Биллтоу! — прорычал он и ринулся вперед. — Артур Биллтоу!

Взволнованный его движением воздух подхватил крылья и вскинул их. Конора на мгновение подбросило в воздух, но если Биллтоу подумал, что это попытка к бегству, то он ошибался. Конор приземлился прямо перед охваченным ужасом охранником и стальной хваткой вцепился ему в горло.

«Как роли поменялись! Кто сейчас хозяин? И всего в двадцати метрах от того места, где ты запугивал и унижал меня».

— Биллтоу, — повторил он и приставил саблю плоской стороной к горлу Биллтоу.

— В-в-вы ангел или дьявол, сэр? — запинаясь, спросил охранник. — Вы к-к-к-уда потащите меня, вверх или вниз?

Конор обдумал вариант убить его. Искушение было очень велико. Вероятнее всего, мерзавец прикончил Линуса Винтера. Не в силах сопротивляться порыву, Конор сделал небольшой надрез на горле охранника. Но не смог довести дело до конца.

«Ты пока еще не убийца», — сказал бы Линус.

«Держись своего плана. Ты французский шпион».

— Я моху быть и ангелом, и дьяволом, monsieur. Но в вашем случае я всегда буду дьяволом.

— Вы убьете меня? — почти взвизгнул Биллтоу.

— Нет, monsieur, не сейчас, — с оттенком сожаления ответил Конор. — Однако вы так шумите, что…

Он резко стукнул Биллтоу в висок рукояткой сабли, не без удовольствия услышав смачный звук удара. Забавно, что сейчас, распростершись на траве, охранник не казался таким уж опасным. Без своего пистолета и власти за спиной он просто трус.

«Займись алмазами. Найди хотя бы один мешочек».

План Конора вырыть три мешочка явно провалился. Биллтоу в любой момент мог очнуться, и в этом случае не исключено, что Конор поддастся манящему искушению раскроить ему череп. А вот связать этого человека и заткнуть ему рот он не мог, поскольку не имел ни веревки, ни материи для кляпа. Надо будет в следующий раз восполнить это упущение — если он переживет эту «прогулку».

Конор снова принялся выворачивать саблей комья земли. Мелькнула мысль — а может, Маларки солгал и спрятал их добычу в другом месте? Нет, это казалось маловероятным. Несмотря на зловещее начало, Отто Маларки стал ему другом, а «Убойные бараны» умеют хранить верность. Они лучше взойдут на ступеньки виселицы, чем предадут человека, помеченного их знаком. Вера Конора оказалась вознаграждена. Вскоре сабля чиркнула по алмазам. Отложив ее и порывшись в земле затянутыми в перчатки пальцами, он вытащил мешочек с алмазами.

«Один нашел. Осталось шесть».

Очень хотелось поискать второй. С двумя мешочками за поясом он смог бы отплыть в Америку хоть завтра.

«Уходи. Будь благоразумен. Биллтоу может очнуться в любой момент».

Еще один. Всего один. Конор перебежал ко второму участку сведы, все время представляя, как Биллтоу приходит в сознание.

«Может, все же убить его?»

Нет. Мертвый охранник вызовет подозрения. Будет расследование. С другой стороны, заявление Биллтоу, что он разговаривал с летающим французом, будет выглядеть как пьяная болтовня.

«Слишком поздно. Ищи второй мешочек».

Следующая грядка располагалась дальше вдоль изгиба стены. Конор бежал близко к ее основанию, стараясь избегать воздушных потоков с холмов острова и соленого тумана, от которого могли намокнуть и отяжелеть крылья.

«Нужно сделать так, чтобы крылья полностью складывались, — сказал он себе. — Они ловят каждое движение воздуха».

Второй мешочек оказалось так же легко найти, как первый. Отто Маларки в точности следовал инструкциям. Вытаскивая мешочек, Конор вытянул следом комья земли и гальку. Весил мешочек, как небольшой кролик.

«Вот теперь точно хватит».

Пора было улетать. Поиски третьего мешочка могли обернуться бедой. Внезапно Конор вспомнил ночь в своей камере, и по спине пробежала дрожь. Нужно убираться отсюда.

Охранники наверняка по-прежнему топтались у северной башни, покуривая трубки; значит, следует убегать со стороны южной. Конор вернулся к стене и, принюхиваясь, пошел вдоль нее, пока не обнаружил нужник, выдолбленный в основании стены. От него тянулась к океану сточная канава. Обычно нужники располагались рядом с лестничным колодцем, чтобы охранник как можно быстрее мог вернуться на свой пост.

Как он и надеялся, лестничный колодец находился всего в трех шагах; ступени вели прямо на главную стену. Конор начал подниматься, пригибаясь как можно ниже и придерживая за спиной крылья, чтобы их не задевали порывы ветра. Они тем не менее рвались открыться и поднять его в воздух, так что приходилось напряженно упираться ногами.