Чумной корабль - Джек Дю Брюл

На первом перекрестке он услышал приглушенные голоса слева и тут же свернул вправо, то и дело оглядываясь назад. На пути встретилась обычная непомеченная дверь. Макс при­жался ухом к прохладному металлу и, ничего не услышав, по­шел дальше.

В помещении было темно, окна отсутствовали — скорее всего, он находился под землей. Доказательств тому не было, но почему-то Макс в этом не сомневался.

Свернув еще пару раз в этом одноцветном лабиринте, он до­шел до другой двери, за которой раздавался механический гул. Повернул ручку — поддалась. Тогда он резко распахнул дверь, и шум усилился. Источников света в комнате не было видно — наверное, здесь никого не было. Макс проскользнул внутрь и за­крыл за собой дверь. Нащупав выключатель, он включил свет в помещении.

В свете зажегшихся огней перед ним раскрылось широкое, уходящее вниз пространство. Он находился в аппаратной и сей­час рассматривал электростанцию комплекса. За толстым изо­ляционным стеклом стояли четыре гигантских, приваренных к полу двигателя, питавшихся от клубка топливопроводов и вы­тяжных каналов. К каждому был подключен электрогенератор. Вся система была размером с локомотив, и, хотя работал толь­ко один из двигателей, все помещение сотрясалось от его гула и треска. Либо оно настолько большое, подумал Макс, еще раз обводя помещение опытным глазом, чтобы обеспечить энергией тысячи две людей, либо они тратят электричество на какие-то другие, неведомые цели.

Стараясь не думать об этом, он вышел назад в коридор.

Камер видно не было, как и патрулировавших коридоры ох­ранников. Что-то здесь было не так, но не время забивать себе голову ненужными мыслями.

Наконец Макс дошел до двери с пометкой «ЛЕСТНИЦА», но, заглянув внутрь, обнаружил, что она ведет только вниз.

— Была не была, — пробормотал он, начиная спуск.

Миновав четыре пролета, Хэнли дошел до слабоосвещенной площадки. Единственная дверь вела в еще более темный тоннель, перпендикулярный лестнице. В отличие от преды­дущих помещений, этот идеально круглый тоннель состоял из грубой материнской породы, а высотой был как раз его ро­ста. На стенках он заметил неровные следы от каких-то инстру­ментов. Света не было, и Макс понятия не имел, как далеко тянулся тоннель или для чего он предназначен. Единственное, за что мог зацепиться глаз, — это медные провода с керамиче­скими изоляторами, протянутые по всему потолку. Их было около сотни, находились они на одинаковом расстоянии друг от друга. Инженерное чутье подсказывало, что они вполне мог­ли подавать куда-то электричество с генераторов на верхнем уровне.

— Куда же вы, ребята, ведете? — задумчиво произнес Макс.

Он хотел было последовать за проводами, надеясь найти выход, но, судя по застоявшемуся воздуху, никакого выхода и не было. Не говоря уж о том, что он находился в пятнадцати метрах под землей, если не ниже.

Придется подниматься обратно по лестнице. Тело проти­вилось каждому шагу, дыхание спирало от нагрузки; казалось, его грудь зажали в тиски. Он был готов поспорить, что парочку ребер ему точно сломали.

Задыхаясь, Макс добрался до верхнего пролета, сжимая лок­тями грудную клетку, пытаясь хоть как-то унять боль.

Прижавшись ухом к двери, он услышал удалявшиеся при­глушенные голоса. Ему показалось, что он разобрал, как один охранник говорил другому: «…небеса через два дня, так что придется…» Решив еще чуть-чуть подождать, он наконец при­открыл дверь. Коридор был пуст. Не слышно было даже эха их шагов.

Ступая осторожно, он возобновил поиски выхода. Пройдя полкоридора, услышал приближающиеся шаги. Эти двигались быстро и уверенно; возможно, это Ковач со своими подопечны­ми возвращаются к нему в камеру для очередной взбучки, хотя прошло еще только полчаса. Понимая, что спринтер из него сейчас никакой, Макс скользнул в ближайший дверной про­ем. Придерживая ручку, чтобы не щелкнул замок, он прижался к двери и прислушался. Только когда те прошли мимо, Макс Догадался оглянуться и осмотреть темную комнату. В тусклом свете воткнутого в розетку ночника он разглядел шесть стояв­ших в ряд коек, а также легко угадывавшиеся силуэты спящих на них мужчин. Один из них, видно очень чутко спавший, под­скочил на койке и начал растерянно вглядываться в темноту.

— Стив? — окликнул он.

— Да, — отозвался Макс, — ты спи, спи.

Парень упал обратно на подушку и отвернулся к стене. Его дыхание моментально затихло.

Чего нельзя было сказать о дыхании Макса. Казалось, серд­це вот-вот вырвется из груди, хотя надо было сказать спасибо обезболивающему действию выброса адреналина. Слегка успо­коившись, он выскользнул обратно в коридор.

В итоге Макс прослонялся еще почти час, пока наконец не нашел лестницу, ведущую наверх, подтверждавшую его до­гадки, что он находился на какой-то подземной базе. В зависи­мости от размеров комнат, в которые он так и не заглядывал, все сооружение простиралось примерно на десять тысяч ква­дратных метров. О его назначении же оставалось только до­гадываться.

Поднявшись на два уровня вверх, он наткнулся на очеред­ную дверь. Прислонившись к двери, услышал неясные звуки с той стороны, но разобрать ничего не мог. Тогда Макс приот­крыл дверь и посмотрел в щелочку. Внутри он увидел что-то наподобие гаража.

Никого не заметив, он быстренько протиснулся внутрь и спрятался за деревянным верстаком, заваленным грязны­ми инструментами. Только когда дверь с щелчком закрылась, до него дошло, что на ней стоит сложный электронный замок со сканером отпечатка пальцев и панелью ввода кода. Теперь он точно не мог вернуться назад в камеру и попытаться отговорить своих палачей от очередной экзекуции.

Хоть гараж был довольно слабо освещен, вдалеке виднелось пятно света. Два механика работали над полноприводным пи­капом. Вроде бы меняли радиатор и что-то сваривали рядом с капотом. Хэнли видел голубоватое свечение ацетилено-кислородной горелки и почуял острый запах плавящегося метал­ла. В гараже стояли и другие машины: два грузовика побольше, а также несколько вездеходов вроде того, на котором Хуан сбе­жал от респонсивистов в Греции.

Как же он хотел, чтобы Кабрильо сейчас был с ним. Хуан обладал удивительной способностью придумывать и выполнять план с первого же взгляда на ситуацию. Макс же, напротив, был из послушных работяг, кто берет препятствия грубой силой и непоколебимой настойчивостью.

Ковач скоро вернется в камеру для допроса, и к тому вре­мени Хэнли нужно убраться как можно дальше отсюда.

Внимательно осмотревшись, он осознал, что гаражная дверь — единственный выход отсюда, и даже радио не сможет заглушить ее скрип. Выбора не было.

Грубая сила так грубая сила, подумал он.

Макс схватил гаечный ключ длиной почти в полметра и ве­сом под пять килограммов. Поднял его, как хирург берет в руки скальпель, зная, на что способен с этим инструментом. В свою первую настоящую драку он ввязался еще подростком, когда размахивавший ножом обдолбанный наркоман попытался огра­бить заправку его дяди. Тогда Макс выбил горе-грабителю зубы ключом, очень похожим на тот, что сейчас держал в руках.