Ковчег царя Айя. Роман-хроника - Валерий Воронин

Николай повертел во все стороны головой, убеждаясь, что никто не наблюдает за его беседой с журналистом, и предложил:

– Ладно, пошли на веранду, там потолкуем.

Руданский, которому в последнее время и так была жизнь не в радость, послушно поплелся на веранду вслед за Николаем. Как разительно отличалась эта встреча от той, когда хозяин радушно угощал его спелой черешней. А когда они под водочку душевно сидели? И никаких тебе недомолвок…

– Садись, – скомандовал Николай и указал Руданскому на единственный стул. Сам же подошел к окну и, глядя в него, спросил:

– Помнишь, Кирилл, как я рассказывал тебе о моем отце, впервые вскрывшем это подземелье?

– Помню… – удивленно подтвердил Руданский, – но при чем здесь твой отец? Сколько лет прошло… да и его ведь давно нет в живых.

– Его нет, это правда. А я есть.

Николай повернулся и в упор посмотрел на Кирилла.

– Теперь мне понятно, почему он с такой опаской относился к тому подвалу. Нас, детей, ни за что туда не допускал, да и сам, судя по всему, в него не спускался. А затем тщательно заложил люк и забросал его сверху землей. Над ним тогда многие посмеивались за это чудачество. Но теперь-то я вижу, как прав был он. Отец хотел уберечь себя и всю нашу семью от…

Николай запнулся, подыскивая подходящие слова, но не нашел ничего лучшего, чем выпалить:

– От смерти!

– От смерти?! – невольно вырвалось у Кирилла, – да что ты такое говоришь?

– Так и было.

– Откровенно говоря, я ничего не понимаю… – растерялся журналист.

– А и понимать здесь нечего! – громко сказал Николай и уже тихо, почти шепотом, закончил, – нечистое место-то, заговоренное. От него одни беды.

– Ты имеешь в виду подземелье? – уточнил Руданский, – или тайник, который я нашел?

– И то, и другое, – сказал Николай и воровато оглянулся, словно их разговор кто-то мог подслушать.

– Шутишь… – на всякий случай предположил Руданский.

– Да какие здесь шутки! – Николай сделал круглые глаза и грозно посмотрел на журналиста, – похож я на шутника? Ну скажи, похож?

Кирилл был вынужден отрицательно замотать головой, а то, неровен час, Николай еще набросится на него с кулаками.

– То-то, – уже миролюбиво продолжил хозяин дома, – и отец мой ни шутником, ни чудаком никогда не был. Скорее всего, он получил предостережение. А может быть, и не одно. Кто ж знает. Может быть, на него какое воздействие было оказано. Я тогда мальцом был, не понимал…

– Какое воздействие? О чем ты говоришь? – удивился Кирилл.

– Да такое…

Николай снова воровато оглянулся и перешел на шепот:

– Какое со мной случилось. Вот я сейчас расскажу…

Он открыл дверь в коридор и, войдя в него, вскоре появился с легким, сплетенным из лозы, стулом с ажурной спинкой. Поставив стул рядом с Руданским, сел напротив Кирилла и стал шепотом рассказывать.