Око небес - Клайв Касслер

— Я их накрыл. Двое дайверов были внутри судна, двое других — снаружи. Я видел их рабочие фонари, — доложил ныряльщик. — А потом еще пятеро выплыли из затонувшего корабля. Тащили статую. Итак, те четверо, которых мы видели — только малая часть шайки. Их может быть десять и больше.

— Но откуда? Откуда они узнали?

— Они явно приперлись сюда подготовленными…

— Из чего вытекает вопрос: кто они такие и кто выдал им информацию?

— Им мог дать координаты кто угодно, знающий о затонувшем корабле. А это включает в себя довольно длинный список испанских чиновников.

— Предположим. И эти пираты — они..? — начала было Реми, но осеклась.

— Есть только один способ выяснить, кто это.

Миссис Фарго покачала головой:

— Ты же не думаешь…

— Лучшая оборона — нападение.

— А не лучше ли будет известить власти?

— То есть тех самых людей, которые, возможно, и навели этих парней на судно? Спорим на что угодно, это ни к чему не приведет!

Реми вздохнула:

— Думаю, до сих пор все шло слишком спокойно, чтобы это было тебе по душе. Само собой, как же иначе!

— Да ладно тебе! Пошли, посмотрим, как живут люди из другого мира!

— Мы и есть люди из другого мира.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Да, Сэм. Очень боюсь, что знаю.

Аквалангисты приблизились к яхте незваных гостей, плывя на глубине в пятьдесят футов, и когда они оказались прямо под корпусом судна, Фарго отметил на своем GPS-навигаторе точку маршрута. Бросив еще один взгляд на местонахождение затонувшего корабля, он показал вверх, на корму, и Реми дала понять, что готова. Вместе они поднялись к трапу, который висел под ступенькой для купания, и Фарго выбрался на него. Супруга следовала за ним по пятам.

— Давай оставим наше снаряжение здесь. Мы будем выглядеть в точности, как остальные дайверы. Если нас заметят, просто помаши им рукой, — сказал Сэм.

— Не знаю, дорогой… Я чуток пофигуристей, чем среднестатистический промышленный дайвер.

— И это одна из многих причин, по которым я тебя люблю.

— По крайней мере, я могу не беспокоиться, что ты сбежишь от меня с другой ныряльщицей.

— Бегать слишком утомительно, тем более в ластах.

Реми в ответ лишь стукнула мужа.

Незаметно осмотрев пустую нижнюю палубу рядом с транцем, ныряльщики поднялись на нее по трапу. Яхта была четырехъярусной, и с палубы второго яруса доносились негромкие звуки джазовой музыки.

— Похоже, там вечеринка, — прошептала миссис Фарго.

Сэм кивнул:

— Вопрос в том — хотим ли мы к ней присоединиться.

— Благоразумие предписывает быть осторожными.

— Поэтому мы вломимся туда?

Реми бросила на супруга проницательный взгляд:

— Если я скажу — «нет», тебя это остановит?

— Хороший довод. Давай прокрадемся и посмотрим, с кем же мы имеем дело.

— Прокрадемся? В гидрокостюмах? На мега-яхту?

— Я не говорил, что этот план не нуждается в некоторой доработке, — признал Сэм.

Женщина ухмыльнулась:

— Веди же меня, о, великий охотник!

Фарго поднялся на палубу второго яруса и очутился лицом к лицу с тремя чрезвычайно загорелыми красавицами, одетыми почти в одни улыбки — они возлежали в шезлонгах вокруг бассейна с горячей водой. Одна из них подняла взгляд и уставилась на Сэма в упор, а потом медленно опустила солнцезащитные очки, чтобы рассмотреть его получше. Четверо мужчин, выглядевших куда старше девиц, собрались вокруг большого тикового стола, заставленного эпикурейскими яствами и шампанским — их сигары едко дымили на благоуханном ветерке. Пятый мужчина, помоложе, стоял у релинга левого борта, наблюдая в бинокль за «Бермудезом».

Пока Сэм рассматривал сидящих, один из них встал. Он выглядел весьма импозантно в цветастой рубашке от Роберта Грэма, в шелково-льняных штанах цвета слоновой кости от Армани и легких туфлях от Прады.

Фарго улыбнулся, встретившись с ним взглядом. На несколько секунд этот человек не смог скрыть своего потрясения, но лицо его быстро расплылось в привычной улыбке, такой же элегантной, как и его кремовая панама, небрежно надетая набекрень.

— Сэм и Реми Фарго. Какая приятная неожиданность! Как мило с вашей стороны, что вы к нам заглянули! — сказал мужчина с безошибочно узнаваемым аристократическим британским акцентом.

Сэм ощутил, как сзади к нему подошла жена. Не оглядываясь на нее, он с такой же дружеской улыбкой подошел к столу и протянул руку, чтобы вынуть одну из бутылок шампанского из запотевшего серебряного ведерка. Несколько секунд дайвер рассматривал этикетку, а затем уронил бутылку обратно на лед.

— Да, не кто иной, как Янус Бенедикт. Все еще пьет «Билькар-Сальмон» урожая тысяча девятьсот девяносто шестого, как я посмотрю, — сказал Фарго.

— Не вижу причин менять лошадей, имея уже испытанного фаворита, — отозвался его давний знакомый. — Осмелюсь спросить, чему мы обязаны удовольствием находиться в вашей компании?

— Мы были на том корабле, увидели ваш и задумались — нет ли у вас случайно горчицы «Грей Пупон».

— А, дает о себе знать знаменитое чувство юмора Фарго! Рад встрече, — ответил Янус.

Его тон был — сама элегантная вежливость, идеально укомплектованная седеющими, тонкими, как ниточка, усами.

Остальные трое мужчин, сидевшие у стола, смотрели на неожиданного гостя настороженно, но весело, наслаждаясь представлением. Всем было ясно, что Бенедикт и Фарго — давние враги.

Младший из мужчин приблизился к Янусу и пробормотал ему на ухо:

— Эй, что ты делаешь? Вышвырни их отсюда, немедленно. А еще лучше…

Янус резким жестом заставил его замолчать и, отведя в сторону, прошипел ему на ухо:

— Реджинальд, прекрати. Прекрати немедленно! Человек всегда должен держать своих врагов поблизости, чтобы лучше знать, что у них на уме.

— Это безумие!

Собеседник Бенедикта потянулся к своему поясу, где под свободной рубашкой был спрятан пистолет.

— Реджинальд, ты, может, и мой брат, но, если ты вытащишь это на моем судне, плата будет дьявольски высока, — предупредил его Янус. — Подумай. Просто подумай секунду. Введи в это уравнение оружие — и у нас не останется других путей. Поэтому прекрати немедленно и возвращайся к изучению своего пупка, пока взрослые будут вести игру.

С этими словами Бенедикт отодвинулся и снова сосредоточился на вновь прибывших:

— Пожалуйста. Я настаиваю. Выпейте шампанского. И, Реми, могу ли я сказать, что вы выглядите как никогда восхитительно…