Атлантида - Маркус Блейк

Галерея Гарри Уинстона, выставка редких драгоценных камней и минералов

Ахиллес и Марта провели еще одну ночь, прячась в Зале Кулидж. Уставшие и измученные, они спали по очереди, так что постоянно кто-то дежурил. К рассвету они совсем изголодались. Вид у них был потрепанный. В уборных ребята, как могли, привели себя в порядок, а затем постарались затеряться в толпе. Через некоторое время поток туристов рассосался, и Марта заметила, что вокруг не так-то много людей. Вскоре их не осталось вовсе. В первом зале музея еще попадались отдельные туристы и экскурсионные группы, но потом, если вдуматься, Марта и Ахиллес никого не видели. Девушка еще вспомнит об этом своем впечатлении. И пожалеет о том, что никак на него не отреагировала.

Но пока что ее целиком и полностью увлекла загадка Ахиллеса. Марте даже стало совестно – когда она в последний раз думала о Рене? В какой-то момент ей в голову пришла мысль о том, что она предает свою семью. Что бы сказал папа, если бы увидел меня сейчас? Как она могла так просто позабыть о родном брате? Как могла поставить на первое место интересы мальчишки, которого едва знала? Уколы совести становились все болезненнее, и Марта тряхнула головой, стараясь отделаться от наваждения. Рен мог и сам о себе позаботиться, и она об этом знала. Впрочем, Ахиллес тоже мог позаботиться о себе сам…

Будь благоразумна, Марта. Ты ведь прекрасно понимаешь, почему ты здесь, верно? Ты здесь из-за него. Из-за того, что он значит для тебя. Из-за того, что, как ты надеешься, значишь для него ты.

К этому моменту они уже дошли до галереи Гарри Уинстона и приближались к Алмазу Хоупа.

Ахиллеса охватило чувство покоя. Расправив плечи, юноша не сводил глаз с бриллианта на музейном постаменте. Даже Марта заметила, какое воздействие этот камень оказывает на Ахиллеса. Тело парня было напряжено, точно туго натянутая тетива. А еще – может, Марте показалось? – глаза Ахиллеса начали светиться.

Девушке это не нравилось. Не нравилось, как этот бриллиант влиял на Ахиллеса.

И теперь, с опозданием, она наконец осознала, что они здесь одни. И не только в галерее, но и во всем музее. Словно тишина, окутавшая Ахиллеса, распространилась на все здание.

Вот только дело было вовсе не в этом, верно?

– Тебе не кажется странным, что тут больше никого нет? – спросила Марта, стараясь унять нервную дрожь.

Но Ахиллес ее не слушал.

Стоя перед бриллиантом, он увидел, как грани драгоценного камня вспыхнули и весь окружающий мир точно растворился. Бриллиант источал фиолетовый свет, и теперь им наполнилась вся комната, он мерцал, переливался, как северное полярное сияние.

Свет словно сформировал фиолетовое облачко, а из него вокруг Ахиллеса возникли какие-то изображения, трехмерные изображения, будто алмаз перенес его в иное время и пространство. Юноша видел что-то наподобие карты, карты, переносившей зрителя в некую местность, которую она изображала. Ахиллес увидел море – беспокойное, бескрайнее, бесподобное. Затем – группку островов. Водопады. Густой лес. Бриллиант указывал Ахиллесу путь. Потом странная карта сменилась древними каменными орнаментами, статуями, высеченными в скале символами.

– Ты это видишь? – завороженно спросил он у Марты.

Девушка нервно переминалась с ноги на ногу.

– Мне это не нравится, Ахиллес, – говорила она. – Как-то все не так. Мы тут одни.

– Ты это видишь?

– Ни черта я не вижу, – рявкнула Марта. – Я вижу, что тебе наплевать, а ведь что-то не так. Что-то точно не так!

– Я видел карту, – сказал Ахиллес. – Видел озеро на Азорских островах. Нам нужно отправиться туда. Именно там я могу найти ответ на вопрос о том, кто я, и…