Хищные птицы - Уилбур Смит

«Боже праведный, сделай меня достойным, – молился Хэл. – Дай мне силы сдержать клятвы, что я принес здесь во имя Твое».

Его отец наконец поднял голову. Он встал, взял Хэла за руку и заставил подняться. Потом они бок о бок вошли в круг и приблизились к каменному алтарю.

– In Arcadia habito! – произнес сэр Фрэнсис низким, певучим голосом, и Хэл ответил:

– Flumen sacrum bene cognosco!

Сэр Фрэнсис поставил фонарь на высокий камень и в его желтом свете вновь опустился на колени.

Они долго молились молча, а потом сэр Фрэнсис посмотрел на небо.

– Звезды – Божье послание. Они освещают и наш приход, и наш уход. Они ведут нас через неведомые океаны. Они содержат в своих спиралях нашу судьбу. Они отмеряют отпущенные нам дни.

Взгляд Хэла тут же устремился к его собственной, особой звезде, Регулусу. Вечно и неизменно она сверкала в созвездии Льва.

– Прошлой ночью я занялся твоим гороскопом, – заговорил сэр Фрэнсис. – Многое я открыть не могу, но кое-что скажу. Звезды предназначили для тебя исключительную судьбу. Но я не сумел понять ее природу.

Голос отца прозвучал резко, и Хэл посмотрел на него.

Лицо сэра Фрэнсиса осунулось, под глазами залегли глубокие тени.

– Если звезды так благосклонны ко мне, что же тебя тревожит, отец?

– Я был суров с тобой. Жестко тобой командовал.

Хэл покачал головой:

– Отец…

Но сэр Фрэнсис жестом заставил его умолкнуть.

– Ты должен всегда помнить, почему я это делал. Если бы я меньше тебя любил, я, наверное, был бы мягче с тобой… – Его пальцы на руке Хэла сжались крепче, когда сэр Фрэнсис ощутил, как сын глубоко вздохнул, собираясь заговорить. – Я пытался подготовить тебя и дать тебе все необходимые знания и силы, чтобы встретить ту особенную судьбу, что приготовили тебе звезды. Тебе это понятно?

– Да. Я всегда это знал. Эболи мне объяснил.

– Эболи мудрый человек. И он будет с тобой, когда меня не станет.

– Нет, отец! Не говори так!

– Сын мой, взгляни на звезды! – ответил сэр Фрэнсис, и Хэл смутился, не понимая, к чему клонит отец. – Ты знаешь мою звезду. Я тебе ее сотни раз показывал. И посмотри на нее сейчас, посмотри на созвездие Девы.

Хэл поднял голову к небу, повернувшись к востоку, где все еще сиял Регулус, яркий и чистый. Но взгляд Хэла скользнул мимо него, к созвездию Девы, находившемуся рядом с созвездием Льва… Юноша задохнулся в суеверном страхе, воздух с шипением вырвался из его губ.

Созвездие отца от одного края до другого прорезало лезвие пламени. А может, это было безумно алое перо, краснее крови…

– Падающая звезда, – прошептал Хэл.

– Комета, – поправил его отец. – Господь посылает мне предостережение. Мое время здесь близится к концу. Даже греки и римляне знали, что такой вот небесный огонь знаменует собой несчастья, войны и голод, и чуму, и смерть королей…

– Когда? – спросил Хэл севшим от ужаса голосом.

– Скоро, – ответил сэр Фрэнсис. – Это должно случиться скоро. Скорее всего, до того, как комета закончит полет через мое созвездие. И возможно, мы с тобой в последний раз говорим вот так, наедине.

– Но неужели мы ничего не можем сделать, чтобы отвести беду? Разве мы не можем ускользнуть от нее?

– Мы не знаем, как и когда она грянет, – мрачно откликнулся сэр Фрэнсис. – Мы не можем избежать Божьего замысла. Если мы бросимся бежать, то наверняка попадем прямиком в клыки несчастья.

– Тогда лучше остаться на месте, встретить беду и бороться с ней, – решительно произнес Хэл.

– Да, мы будем бороться, – согласился его отец, – даже если исход битвы предопределен. Но я не поэтому привел тебя сюда. Я хочу этой ночью передать тебе твое наследие, материальное и духовное, то, что принадлежит тебе как моему единственному сыну.

Он сжал ладонями лицо Хэла и повернул, заставляя сына посмотреть себе в глаза.

– После моей смерти титул и положение баронета перейдет к тебе. Титул, полученный твоим прадедом, Чарльзом Кортни, от королевы Елизаветы после разгрома испанской Армады. Ты станешь сэром Генри Кортни. Ты это осознаешь?

– Да, отец.

– Твоя родословная занесена в книги Геральдической палаты Англии…

Сэр Фрэнсис умолк, когда по долине разнесся яростный, пронзительный вой леопарда, охотившегося среди утесов в свете луны. Когда жуткий рык затих, сэр Фрэнсис тихо продолжил:

– Я желаю, чтобы ты продолжал служить ордену, пока не достигнешь звания рыцаря-морехода.

– Я буду стремиться к этой цели, отец.

Сэр Фрэнсис поднял правую руку. Золотая лента на его среднем пальце мягко блеснула в свете фонаря. Сэр Фрэнсис снял кольцо и повернул так, чтобы на него упал луч луны.

– Это кольцо – часть регалий мореходов.

Он взял правую руку Хэла и попытался надеть кольцо на средний палец. Кольцо оказалось велико, и сэр Фрэнсис надел его на указательный палец сына. Потом он расстегнул высокий воротник своего плаща, открыв большую печать своего чина, лежавшую на его груди. Крошечные рубины, вставленные в глаза геральдического английского льва, и бриллиантовые звезды над ним неярко вспыхивали в неровном свете. Сэр Фрэнсис снял с шеи цепь, на которой висела печать, и надел на сына.

– Эта печать – другая часть регалий. Это твой ключ для входа в храм.

– Для меня это честь, но меня смущает то, что ты возлагаешь на меня…

– Есть еще кое-что в духовном наследии, которое я оставляю тебе, – сказал сэр Фрэнсис, доставая что-то из складок своего плаща. – Это память о твоей матери.

Он разжал пальцы, и на его ладони Хэл увидел медальон – в нем скрывался миниатюрный портрет Эдвины Кортни.

В скудном свете Хэл не мог рассмотреть детали портрета, но материнское лицо и без того отпечаталось и в памяти, и в сердце Хэла. Он молча спрятал медальон в нагрудный карман своего камзола.

– Мы должны вместе помолиться за упокой ее души, – тихо сказал сэр Фрэнсис, и они оба склонили головы.

Прошло много минут, прежде чем сэр Фрэнсис снова заговорил.

– А теперь остается лишь обсудить земное наследство, которое я тебе оставляю. Прежде всего это Хай-Уилд, наш фамильный особняк в Девоне. Ты знаешь, что в мое отсутствие там управляет делами твой дядя Томас. Документы на право собственности у моего адвоката в Плимуте…

Сэр Фрэнсис говорил еще долго, перечисляя свои владения в Англии.

– Я все это записал для тебя в своем журнале, но он может быть утерян или украден до того, как ты его изучишь. Так что запомни все, что я тебе сказал.

– Я ничего не забуду, – заверил его Хэл.

– Потом есть еще трофеи последнего похода. Ты был со мной, когда мы прятали добычу с двух кораблей. Когда ты вернешься со всем этим добром в Англию, не забудь заплатить каждому члену команды то, что он заработал.