Последняя надежда - Алиса Хоуп

Казалось, для него в этом мире больше никого не существовало. Я была единственной! Желанной, любимой, самой восхитительной… Дай ему волю, и он непременно ускорил бы шаг, чтобы поскорее провести обряд и прочно привязать меня к себе. Отрезать, так сказать, любые пути к отступлению.

Поразительно, но почему я раньше этого не замечала? С какой стати предпочла оставаться слепой? Зачем отталкивала такого замечательного дракона? С чего вдруг вбила в свою дурную голову, что без меня ему будет лучше?!

Не будет. Никогда! Каждый миг, проведенный на расстоянии, превращался в унылую вечность. Каждый вздох без своей пары ржавым ножом резал легкие, каждая мысль невольно была связана со второй половинкой, каждое движение неосознанно было направлено на то, чтобы поскорее увидеть… его.

Я успела примерить состояние принца на себе. Мне не понравилось!

А потому сейчас меня невыносимо тянуло к Вуррану. Хотелось схватить его за руку, оттянуть в темноту, чтобы заявить, что церемония не приведет ни к чему хорошему и нам следует немедленно покинуть храм. Так надо! Так мне хотелось. Так нашептывало неугомонное сердце.

Вот только нельзя менять прошлое. Я не имела права пойти против богини, а потому была обречена на то, чтобы опять увидеть ужас, который развернется с минуты на минуту.

Невеста и жених приблизились к колодцу с чернильной водой. Вурран бережно взял обе ее руки в свои. Прозвучали первые слова храмовника.

Перед внутренним взором пронеслось ближайшее будущее. Нил. Схлестнувшаяся в поединке магия. Родерик, мой крик и пепел в льющихся сверху бледных лучах луны…

На глаза навернулись слезы. Я сделала еще шаг назад, не желая заново переживать эти события. Слишком больно. Сложно… Невыносимо!

— Не могу на это смотреть, — простонала я тихо-тихо, и принц едва заметно повел головой.

«Неужели?..» — внутри вспыхнул огонек надежды. Раньше он только тлел, ведь я была уверена, что изменить ничего невозможно.

Каждый раз, когда мне удавалось как-то воздействовать на прошлое, окружение откликалось на мое появление. Коробки из-под пиццы, реакция Данэри на постороннее присутствие и вот сейчас неуловимое движение головы темнейшего. Значит, и здесь можно?!

Выражение лица невесты изменилось. Она дернулась назад, подняв глаза на Вуррана. На ее лице отразился коктейль эмоций из непонимания, страха и даже ненависти.

Прыжок?

— Ли? — насторожился темнейший и вскоре услышал ее четкое «нет».

Сердце пропустило удар: что я наделала?! Меня невольно понесло вперед. От непреодолимого желания утешить любимого я положила руку на его плечо и вдруг поняла, что дракон посмотрел в мою сторону. Не отыскал источник прикосновения. Не увидел. Но… отреагировал!

Повинуясь внезапному порыву, я дернула его на себя, попутно создавая из лучей лунного света точную копию жениха. Спряталась вместе с ним в темноте. Добавила еще немного мрака, чтобы иллюзия выглядела правдоподобнее.

— Ли? — пораженно прошептал принц, часто моргая, но не видя.

Что я наделала? Зачем вмешалась?!

— Да, это я, — ответила хрипло, не надеясь, что он услышит.

Магия хлынула из меня мощным потоком. Я отбросила прочь сомнения и поняла, что отступить не выйдет. Нужно действовать. Следует организовать все таким образом, чтобы окружающие поверили в достоверность происходящего.

Тяжело! Мне не доводилось раньше делать ничего подобного. Движения Вуррана, его мимика. Я импровизировала. Старалась на пределе своих возможностей, уже черпая энергию не только из своего резерва, но и из посторонних источников. Казалось, подсоединилась и к колодцу с чернильной водой, который хранил в себе много необходимой мне силы, и к кому-то родному, стоявшему в дальнем конце храма, и к самому принцу.

— Помоги, — прошептала, едва начался бой с Нилом, и вовремя схватила темнейшего за руку.

Он уже дернулся на мое спасение. Решил вырвать вторую меня из рук врага. Однако я попыталась сделать настоящую себя видимой, но по итогу произнесла:

— Прошу, Вурран! С ней все будет в порядке. Защити свою иллюзию!

Тьма сгустилась. На лбу проступил холодный пот. Я сильнее сжала запястье любимого, продолжая вытягивать из посторонних источников так необходимую сейчас энергию. Дневная и Лунная магия сплетались воедино. Иллюзия начавшего сражаться с Нилом принца выглядела правдоподобной, если бы периодически не мерцала. Благо сгустившийся мрак скрывал этот недостаток и постоянно пульсировал, демонстрируя, что в любой момент может исчезнуть.

Я заметила волнение в рядах гостей. Различила движение. Увидела, что многие двинулись к освещенному луной островку, а потому испугалась и толкнула их волной воздуха назад. Иначе они обнаружат подмену. Узнают, что Лунный дракон ненастоящий и помешают… мне?!

— Защити иллюзию! — прохрипела от перенапряжения, и на этот раз Вурран меня услышал.

Нити магии тянулись изнутри. Свет переплетался с тенями, превращался в ожившие силуэты, которые теперь выглядели более настоящими. Свечи даже на дюйм от себя не развеивали мрак. Собравшиеся в храме гости оказались в своеобразных пространственных коконах, сплетенных на скорую руку. Они не могли прорваться к Нилу или принцу.

Дыхание вырывалось из легких со свистом. По вискам текли крупные капли пота. Разум разрывался на части от необходимости все контролировать. Я чувствовала себя разбитой, но продолжала делать то, что должна: импровизировать.

Лишь Родерик остался без моего внимания. Оттаскивал другую меня назад, шептал угрозы, которые в какой-то момент стали достоянием общественности.

Та, другая я боролась. Выворачивалась из рук гада. Ударила его локтем в живот и бросилась к месту основного действа.

— Вурран, — закричала, и ее снова схватил Огненный дракон.

Вот он, тот самый момент. Миг, когда темнейший отвлекся. Я помнила эту сцену, будто она произошло вчера. До мельчайших деталей.

Настоящий принц направил на спасение своей невесты поток магии. Вот только я не позволила ему ничего сделать. Вцепилась сильнее в его запястье. Дернула на себя. Заметила на краю зрения, как в иллюзию полетели огненные жала, за которыми последовал столб пламени.

В воздух взметнулся ненастоящий прах. Пылинки закружили, начали оседать на пол. На глаза вновь навернулись слезы, ведь я творила их с болезненным удовольствием, четко понимая, сколько раз буду видеть их в своих кошмарах.

— Смотри, полукровка, — ставшие невероятно громкими угрозы Родерика. — Смотри! Один умер, а второго скоро закуют в цепи. Смотри, жалкая девчонка. Теперь ты останешься одна. Одна, понимаешь? И умрешь от смертной тоски, а я помогу тебе в этом. Буду рядом. Стану напоминать, изводить и уж точно не позволю избежать моей мести, как это произошло в прошлый раз. Тебе никто не поможет… Ты скоро умрешь. Смотри!

— Не-е-ет! — мой