Междумирье - Артем Кушнеров

И вопрос напрашивался сам собой. Если начало истории там, в глубоком прошлом, а конец только предстоит, то что являет собой конец? Когда готовиться поставить шах и мат?

Все линии сходятся к одному, к своеобразному узлу, в котором произойдет нечто непоправимое. Тогда, именно тогда, надо использовать свою привилегию16 вовремя, тогда победа будет достижима.

За трещиной происходил разговор. Троица весело шутила и смеялась, что-то обсуждая, сидя за столом в пещере.

– Знаешь, эта пещера очень интересна! – с совсем ребяческим лицом говорил Лиан. – Здесь наступает день, когда на поверхность опускается ночь.

Он рассказывал о себе и своем детстве. Ауфенталия тоже принимала живое участие, совсем не показывая себя как что-то могущественное. Судьба и Воля успокоились и надуто двигали свои фигуры. Кажется, их тревоги отступили, и они оказались полностью захвачены партией, намереваясь добиться своей мимолетной цели.

Только однажды, трио игроков почувствовали себя неудобно: Ауфенталия, весело смеясь грозно посмотрела прямо на них. Возможно, планеты чувствуют все, что относится к ним. В том числе и трещины реальности.

Размышляя над этим, Безумие вдруг смутился. В его сознании промелькнула мысль, что они занимаются совсем не тем, что истина ткется в другом месте.

***

В ярко освещенном Зале Определения стояли двое: Янтарный Мастер Эинса и Мастер-Жрец. Они смотрели на то, как рабочие отлаживают механизмы, настраивают систему высоких жезлов и янтарей.

– У меня было видение, – серьезно заметил Глоб.

– Поведай Нам, – властно, но по-дружески отозвался Нотен. Он все еще тратил силы на поддержания согласия всех душ внутри себя, хотя уже не чувствовал опасности.

– Я видел свое прошлое, – старчески кряхтя отозвался Рейне из-под маски. – Я видел Хелл Сехер.

– Выдающаяся была личность, – не скрывая своего секрета, кивнул Дрей. – Как жаль, что она сама считала свой дар проклятием.

– Но это не помешало сделать первое Зеркало на основе ее узла, – Рейне указал своим высоким жезлом со спиралью золотого сечения в набалдашнике на огромную янтарную пластину, занимавшую дальнюю стену зала, наподобие доски в старых лекционных. – Хотя оно и оказалось слишком сильным.

– Верно, – с горечью заметил Нотен. – Оно показывало все аспекты, спрятанные в душе юных. Это калечило их, хотя и делало первоклассными мастерами. Пришлось создавать множество Зеркал с основой других последователей Дома Определения.

– Сехер была прекрасным основателем, – мудро заметил Глоб, тяжело опуская в кресло, принесенное одним из рабочих. – И я хотел поговорить о ней.

– О ней?

– В моем сне она сказала: «И я проклинаю себя за то, что по моей вине этот мальчуган (здесь она имела ввиду меня) встретится с вашим неприкосновенным Зайтом!», – процитировал Мастер-Жрец. – И я думаю, это неспроста.

– Она и правда такое говорила? – задумчиво спросил Дрей, не совсем понимая к чему клонит его друг.

– Я не помню, в том и дело, – послышался тяжелый вздох из-под маски. – Но я слышал, что ты ищешь себе замену. И нового Мастера, что примирит фракции.

– Как всегда осведомлен, – с беззлобной иронией заметил Нотен. – Что ты предлагаешь?

– Провести Церемонию с помощью Зеркала Сехер, – серьезно ответил Глоб. – И в моем присутствии.

– Это будет фурор, – медленно ответил Янтарный Мастер. – Двое представителей трех фракций уже давно не появлялись вместе, особенно во время праздника.

– Мне казалось, вы будете против моего предложения с Зеркалом, – немного удивившись, ответил Рейне.

– Ну я и против, – не замедлил тихо ответить тот. – Я считаю это слишком сильным испытанием, хотя и не отрицаю, что оправданным. Но Мы еще не вынесли своего решения.

Они умолкли. Секунды тянулись неоправданно медленно, пока Дрей Нотен не сказал:

– Мы решили, и приглашает тебя, Рейне, сопроводить Нас к Зеркалу Сехер.

Они вместе спустились в технические помещения под Залом. Они выглядели, словно огромный механический конвейер с кучей янтарных пластин, на каждой из которых красовалась печать.

Ежегодно перед проведением Церемонии, Янтарные власти собирали коллегию и смотрели статистику по всем домам. Они старались поддерживать баланс во всем, так что направляли свои рекомендации лично Нотену.

Поле способностей узла достаточно обширно, и знание каждой мелочи в юном возрасте бесспорно могло причинить много вреда. Поэтому губительное Зеркало Сехер отставили в сторону, и создали множество его копий. Каждая из них содержала душу из Дома Определений, но гораздо менее могущественную, видящую ограниченно, в каком-то узком спектре.

Проводя Церемонию, Нотен ежегодно сменял Зеркала, филигранно поддерживая баланс между Домами. Никто из непосвященных и подумать не мог, что «таланты года» на самом деле заслуга не совсем честной выборки.

Подводя к старому Зеркалу, покоящемуся на почетном пьедестале, Нотен ощущал чувство тревоги. Он сам не был доволен выбором остальных душ, но объективно, решение было верным.

– Мне кажется, что мы совершаем ошибку, – спуская Зеркало на рельсы, тихо произнес Янтарный Мастер.

– Да хранит нас Властитель Зайт, – очертив золотую спираль около груди, произнес Глоб.

«Вот этого я и боюсь», – подумал Нотен, но ничего не сказал своему другу. Все-таки, пусть Зеркало Сехер и могло оказать негативное воздействие, но не несло никакой опасности. Во всяком случае, успокаивал себя Нотен, он о ней не знает, а значит она слишком маловероятна.

***

Ауфенталия устроила гостей в старом домике внутри грота. Когда те покорно улеглись в нечто напоминающее своим видом кокон, спальный мешок и удобный матрас с одеялом одновременно, она легко опустилась в кресло-качалку и задумчиво посмотрело через окно на воду.

– Понравились фрукты? – спросила она у девушки, не меняя позы.

– Да… – растерянно проговорила та. – У нас таких нет.

– Оно и понятно, – кивнула Ауфенталия. – Они растут в тропиках, там для них лучшие условия. Тем более, мы сейчас говорим о диких фруктах, а не о культивированных. К примеру, подобные моим мафру17 выращивают ваши сородичи вблизи города Сибен. Но они не обладают и толикой тех свойств, что встречаются у диких.

– Например?

– Как и любые дикие растения и фрукты, они вбирают что-то от ауфентита, – вмешался Лиан, положив свои очки рядом. – Поэтому они могут служить хорошим источником энергии.

– Именно, – кивнула его мама. – Сна для вас маловато, всего два часа. К моменту пробуждения вы будете чувствовать себя свежими и отдохнувшими.

– Разве это не изнашивает организм? – снова уточнила девушка.

– В отличие от энергетиков, которые притупляют усталость, мафру восполняют запасы организма. Правда ему все равно требуется хоть какой-то сон.

Оставшись довольной после объяснений, Фария повернулась на бок. Но