Наследие богов. Книга вторая. Идущие за солнцем - Сергей Матросов

Очнувшись от забытья, Сытник открыл глаза. Открыл и сразу же их опять зажмурил. Показалось или нет? Медленно разомкнул веки и опять увидел над собой улыбающееся лицо Следака.

— Я что, уже умер?

Тот засмеялся и ответил:

— Умирать тебе ещё рано. Дел невпроворот, а ты помирать собрался.

Голова гудела, а раны нестерпимо ныли. Сытник подозрительно смотрел на своего друга, не отрывая глаз.

— Я думал, что тебя убили люди Фроста.

— Меня убить не так-то легко. Случай помог.

Сытник приподнялся с кровати, на которую его уложил заботливый друг и осмотрелся. В углу лежал связанный по рукам и ногам незнакомец, который до этого прятался за печкой. А у самой двери лежало безжизненное тело мучителя Рубаки. По всему полу стояли лужи крови. От такого вида, ему стало плохо, и он откинулся обратно на кровать и закрыл глаза.

— Беспорядок, конечно у тебя в доме, но со временем приберёшься. — Следак, как всегда начал язвить. — Главное, что предателя поймали. Я, как только прибыл в Новгород, то сразу к тебе. Дверь заперта, а тебя нет. Переждал я напротив под липой, да и увидел, как к тебе в дом по воровски зашли эти двое. Тут и ты появился. Я думал друзья к тебе пожаловали и не стал беспокоить зря. Немного выждал и понял, по тому, что что-то у тебя всё время падало, что не друзья это вовсе. Вот и решил зайти посмотреть, что тут у тебя творится.

У Сытника от злости свело челюсти, и сквозь зубы он процедил:

— Так ты гад ждал, когда меня убьют?

Следак улыбаясь подошёл к нему ближе, понимая, что его друг сейчас ни на что не способен.

— Столько не виделись, а ты меня сразу гадом обзываешь. Всё было не много не так. Было интересно, о чём они тебя спрашивали, а то потом из тебя слова живого не вытащишь и предателям этим ни чего не предъявишь. Отопрутся ведь. Теперь ни куда они не денутся.

Такая наглость отрезвила Сытнику голову. Он ещё раз посмотрел на тело Рубаки.

— Этот точно ни куда не денется.

— Вот если бы я вовремя не зашёл в дом, то этот живодёр вспорол бы тебе брюхо. Так, что я тебе жизнь спас. Можно и так сказать.

Сытник перевёл взгляд на связанного.

— А это кто? Его голос показался мне знакомым.

Следак подошёл к пленному и толкнул его носком сапога в бок.

— Повернись к свету падаль!

Тот медленно перевернувшись на другой бок, лег лицом к Сытнику.

— Сигурд! Смерд Калинын. Как я сразу не догадался?

Сытник с трудом поднялся с кровати и подошёл к нему.

— Так это ты, сволочь, князя отравил?

Сигурд отчаянно замотал головой.

— Нет, не я. Не я князя травил.

— А кто?

— Сам Калина его и отравил. Он перед Диром хвастался. Я слышал.

— Где сейчас Калина?

— В Киеве. Тебя, как увидел, сразу ускакал, а мне велел узнать, что за люди с тобой прибыли и откуда.

— Почуял гад, конец свой и к покровителям убежал. Кто с тобой ещё ему служит? — Сытник со всех сил ударил его ногой в грудь. — Не молчи, сволочь, теперь тебе у меня жизнь просить надо!

Следак остановил разгневанного друга.

— Ты ему все рёбра переломаешь. Я его к Круту отведу, пусть он вызнаёт, а у нас с тобой другая работа есть.

Сытник успокоился и осмотрелся.

— Скажи ему, пусть женщин пришлёт, прибраться здесь и Рубаку пусть заберут, а то насмердит тут, в дом не войти потом.

Следак поднял на ноги, связанного Сигурда и толчком в спину, отправил его за дверь.

— Ты себя пока в порядок приведи, а то страшно на тебя смотреть.

Сытник хотел ответить ему в его же духе, но Следак уже исчез за дверью. Сытник проводил его взглядом и улыбнулся. Слава Богам, что он жив остался. На душе потеплело. После исчезновения Следака под Китежем, Сытник не находил себе места из-за такой утраты. Следак для него сейчас был самым родным человеком. Язва, конечно, ещё та, но без него просто опускались руки. И ведь знает, что полюбил я его, как брата родного, этим и пользуется. Да леший с ним, зато голова у него золотая. Как, интересно, он уцелел? Сытник мерил комнату шагами, убивая время в ожидании друга.

Наконец, послышался стук копыт и в дом вошёл Следак. За его спиной маячили тётки и двое дружинников Крута.

— Пойдём отсюда, пока прибираться будут, поговорим по душам.

Он накинул на плечи Сытника плащ и потянул его на улицу. Перебравшись в укромное место, где недавно Следак оборудовал наблюдательный пункт, друзья, как по команде повернулись лицом друг к другу и крепко обнялись.

— Ну, здравствуй пропащий. — Сытник крепко прижал друга к груди. — Я уже не чаял тебя увидеть.

— Это я думал, что тебя уже нет в живых. — Следак от радости весь сиял. — Треклятый колдун меня неделю за нос водил.

Они расселись на старых пнях спиленных деревьев и Следак продолжил свой рассказ:

— Такая история со мной приключилась, что если бы сам не участвовал в ней, ни когда бы не поверил. Когда увидел, что преследователи наши разделились, сразу понял, что по одиночке нам не справиться. Повернул к тебе, но не успел — трое из их отряда перерезали дорогу. Двоих я положил, а от третьего мне досталось. Тут-то и произошло самое интересное. Когда падал, головой об камень приложился крепко. Когда в себя пришёл, подумал, что всё — отбегался. Передо мной с мечом третий стоял и так гаденько улыбался. Вопросы какие-то задавал. Голова гудела у меня, как улей, рёбра были сломаны, да ещё дырку в бок получил. Осмотрелся я по сторонам в последний раз и вижу, насторожился мой убивец. Поднял я глаза, а на самом верху камня стоит огромный чёрный волк и человечьими глазами на меня смотрит. Жутко стало. Час от часу не легче, но этот волчара сиганул на моего противника и в раз горло ему распорол так, что тот и крикнуть не успел. Вот лежу и думаю, что теперь мой черёд настал, но от страха увиденного, я чувств лишился.