Два тигра - Эмилио Сальгари

— Мы попались, — сказал, наконец, Сандокан. — Значит, за спиной у нас тоже были враги? Я был не прав, что не последовал твоему совету, друг Тремаль-Найк; но я надеялся добраться до пагоды и вырвать у Суйод-хана Дарму, прежде чем он сумеет сбежать.

— Туги пока нас не схватили, капитан, — сказал де Люссак, который все еще сжимал паранг, окровавленный по самую рукоятку. — Наши попытаются пробить эти двери, поскольку у них есть петарды.

— Их больше не слышно, — сказал Янес. — Неужели душители одолели их?

— Я никогда в это не поверю, — ответил Сандокан. — Ты знаешь, как отважны наши люди, и, бросившись вперед, они не остановятся и перед целой армией. Я уверен, что они уже овладели пагодой и открывают дверь галереи.

— Тем не менее я беспокоюсь, — сказал Тремаль-Найк, который до тех пор молчал. — Я боюсь, что Суйод-хан воспользуется этим положением, чтобы сбежать с моей Дармой.

— Тут есть еще выходы? — спросил Сандокан.

— Тот, что ведет к священному баньяну.

— Сирдар говорил, что он замурован.

— Его могли открыть снова, — ответил Тремаль-Найк. -У Суйод-хана есть мастера на все руки.

— Каммамури знает о существовании того прохода?

— Да.

— Тогда он велел, наверное, сторожить его.

— Сударь, — сказал де Люссак, который обошел пещеру, -попытаемся выйти отсюда.

— Правда, — сказал Сандокан. — Мы теряем время в бесполезной болтовне. Вы осмотрели двери, господин де Люссак?

— И одну, и вторую, — ответил француз. — Мне кажется, что нечего и думать выйти отсюда, не имея петарды. Они бронзовые и огромной толщины. Эти канальи для того и бежали, чтоб завлечь нас в эту ловушку, что им в конце концов и удалось.

— Вы не заметили никакого другого прохода?

— Нет, господин Сандокан.

— А что делают наши люди? — спросил Янес, который начинал терять свое спокойствие. — Они уже должны быть здесь.

— Я бы отдал половину моих богатств, чтобы узнать о них, — проговорил Сандокан. — Это молчание меня беспокоит.

— И меня также, — сказал Тремаль-Найк. — Но не будем терять времени и постараемся выйти отсюда, пока туги не сыграли с нами шутку еще похуже. Они способны на все.

— Тихо! — сказал в этот момент Янес, который приблизился к той двери, что вела в пагоду. — Я слышу далекие выстрелы.

— Откуда?

— Из пагоды, мне кажется.

Все бросились к массивной бронзовой двери и приложили уши к металлу.

— Да, выстрелы, — сказал Сандокан. — Мои люди продолжают биться. Друзья, попытаемся добраться до них.

— Невозможно сокрушить эту дверь, — сказал де Люссак.

— Взорвем ее, — предложил Янес. — У меня в пороховнице около фунта пороху; и у каждого из вас должно быть почти столько же. Мы можем сделать хорошую мину.

— Лишь бы не взорваться самим, — заметил Тремаль-Найк.

— Пещера довольно просторная, — сказал Сандокан. — Как вы думаете, господин де Люссак?

— Опасности нет, — отвечал француз. — Достаточно будет нам лечь ничком в противоположном конце.

— Итак, приступим, — решил Янес. — Ссыпайте свой порох ко мне сюда.

Малайцы уже взялись за паранги, чтобы копать яму для петарды под дверью, когда послышалось несколько взрывов, сопровождаемых страшными криками.

— Что там происходит? — вскричал Янес.

— Должно быть, наши люди взорвали двери в галерею, — ответил Сандокан. — Кажется, сражаются в пагоде.

Неожиданно Тремаль-Найк издал крик ярости, и вслед за этим послышался шум бурлящей воды.

— Что там еще? — спросил Сандокан.

— То, что туги собираются утопить нас, — ответил Тремаль-Найк сдавленным голосом. — Смотрите!

Из противоположного края пещеры через щель в углу свода вниз устремился поток воды. Скользнув по стене, он с шумом обрушился на пол, расплескиваясь и быстро заливая его.

— Мы погибли! — воскликнул Янес.

Сандокан хранил молчание, хотя в его глазах, наверное, в первый раз в жизни мелькнуло горестное бессилие, а лицо было мрачным.

— Если через пять минут ваши люди не будут здесь, все будет кончено, — сказал де Люссак. — Этот водопад затопит нас. Что вы об этом скажете, господин Янес?

— Скажу, что мину мы приготовить уже не сможем, — отвечал португалец. Он достал из кармана сигарету, зажег ее и принялся курить с видом человека, полностью отдавшегося на волю судьбы.

— Что же нам делать, Сандокан? — спросил Тремаль-Найк. — Неужели мы так и позволим утопить нас здесь, как котят?

Но пират не ответил. Стиснув зубы и мрачно скрестив руки на груди, он смотрел на темную воду, которая уже затопила весь пол пещеры и быстро поднималась к их коленям.

— Господа, — сказал Янес, — не хотите ли поплавать. Я не прочь, но надеюсь все-таки, что туги дадут мне докурить сигарету и что…

Страшный взрыв, от которого дрогнули стены, прервал его фразу. Бурлящая вода хлынула с удвоенной силой и вскоре дошла им до пояса, поднимаясь все выше и выше.