Сокровища Аттилы - Томас Перри

– В кузове мои племянники. Я их выпущу, и вы сможете там переодеться. – Тибор поставил грузовик на обочине, открыл задний борт, выпустил двоих молодых людей и впустил Сэма и Реми, чтобы те переоделись и привели в порядок снаряжение.

Сэм проверил фонарь и запрошенный инструмент. Все это он положил в сетчатую сумку и прикрепил к поясу.

– Поплывем по течению. Когда приблизимся, тебе придется держать фонарь, чтобы я видел, что делаю. Постараюсь работать быстро.

Реми посмотрела на него с подозрением:

– Почему ты не говоришь, над чем будешь работать?

– Я же знаю, ты обожаешь сюрпризы. Но ни в коем случае не поднимайся на поверхность. Держись как можно глубже.

Племянники Тибора помогли Сэму и Реми спуститься позади грузовика к воде, чтобы их нельзя было увидеть с яхты. Здесь они надели ласты и спиной вошли в темные воды Дуная. Как только глубина стала достаточной, они нырнули.

Большая белая яхта стояла на якоре примерно в ста ярдах от берега, у края рукава, по которому шло много яхт и крупных грузовых судов. Сэм и Реми направились к яхте, держась в мутной глубине; изредка они проверяли курс, освещали фонарями дно и пространство впереди.

Наконец фонарик Реми высветил якорную цепь почти там, где они ожидали, – темная диагональная линия шла снизу к пятну на серебристой поверхности.

Сэм сделал знак Реми и медленно поднялся; он очутился под корпусом, но не касался его. Проплыл вдоль корпуса к корме и посмотрел на винт, сидящий на оси под кормой.

Реми схватила его за руку, и при свете ее фонаря он увидел, как жена отрицательно покачала головой. Сквозь маску он отчетливо заметил тревогу в ее глазах, положил руки ей на плечи, мягко погладил, взял Реми за руку и направил свет на винт. Оба знали: если на яхте включат двигатель, Сэма мгновенно разрежет на куски.

Сэм методично принялся за работу. Прежде всего он отыскал шплинт и плоскогубцами снял его с гайки. Теми же плоскогубцами убрал втулку стопорного кольца, уложил плоскогубцы в сумку и вставил гаечный ключ между лопастью винта и кормой, чтобы помешать винту поворачиваться. Другим ключом он удалил гайку. Упершись ногами в корпус, он снял бронзовый винт с оси, отнес его на некоторое расстояние и бросил в глубину.

Потом Сэм вернулся к корме яхты и осторожно вынырнул, снял ласты, баллоны и маску, повесил все это на ось винта и по кормовому трапу взобрался на борт.

Уже на палубе он неожиданно уловил движение слева, обернулся и увидел человека, который прижимал к левому плечу что-то похожее на трубу. Сэм пригнулся и ударил человека по торсу, так что труба пролетела над ним, тотчас нанес быстрый удар джиу-джитсу в подбородок, удушающим приемом сжал горло и держал, пока человек не потерял сознание. Тогда Сэм нашел швартовочную веревку, связал человека и из его же рубашки изготовил кляп.

Тут он увидел на палубе деревянные корзины, закрытые брезентом. Подняв брезент, он быстро начал перетаскивать корзины в спасательную шлюпку на корме. Они оказались тяжелые, и погрузка десяти корзин заняла почти час напряженной работы. Потом Сэм кинул в воду швартов шлюпки, высвободил два шплинта на шлюпбалке и спустил шлюпку. Она ударилась о воду с неожиданно громким всплеском. За спиной Сэма послышался топот, кто-то крикнул:

– Сташу?

Сэм спрыгнул с кормы, снял с оси винта маску, ласты и баллоны, надел и погрузился в глубину.

Реми ранее заметила веревку, свисавшую с носа шлюпки, и теперь держала ее в руках. Оба ухватились за нее и потянули. Они плыли, постепенно погружаясь, и тащили шлюпку за собой. Сэм продолжал оглядываться на яхту и на поверхность и проверял, не прыгнул ли кто-нибудь за ними.

Вдруг послышались глухие звуки выстрелов; каждый выстрел сопровождался шлепком – это пуля попадала в воду, оставляя за собой цепочку пузырей. Каждая пуля проходила в воде около четырех футов, потом теряла инерцию движения и просто погружалась в темноту под ними.

Затем Сэм и Реми различили шум двигателя; они знали: ось винта вращается вхолостую. Но без винта двигатель – просто шум. Рулевой вначале как будто не понял, в чем дело, поскольку лишь добавлял мощности, а экипаж тем временем лебедкой поднимал якорь.

Как только якорь оторвался от дна, яхта поплыла по течению, не в силах бороться с ним или повернуть. Якорь продолжал беззвучно подниматься, и яхту все быстрее несло мимо Фарго. В какой-то момент двигатель выключили, но теперь шум звучал так далеко, что Сэм и Реми перестали отличать его от звуков множества кораблей, проходящих над ними по Дунаю. Сэм догадывался: яхта снова бросит якорь, но теперь она оказалась слишком далеко, чтобы кто-то что-то сумел разглядеть.

Сэм и Реми выбрались на берег и вытащили шлюпку. Почти мгновенно рядом с ними оказались двое крепких племянников Тибора; они вынимали тяжелые корзины и переносили их в грузовик. Корзины были нагружены драгоценным металлом, но ребята их перенесли за несколько минут. Сэм и Реми залезли в кузов, парни подсели в кабину к Тибору, и машина покатила в большой шумный город.

Снимая влажный гидрокостюм и надевая обычную одежду, Реми сказала:

– А знаешь, это еще не все. Нужно найти послание Аттилы. Оно должно быть в одной из могил.

– Будем надеяться, там нас ждут друзья Альбрехта, а не люди Бако.