Дуэлянты - Пьер Алексис Понсон дю Террайль

– Что ты говоришь! А кто тебе сказал, что мы намереваемся поступить с ними нечестно?

– Гляди-ка! Жерве нас оскорбляет.

– Хватит! Будет вам! И когда же состоится это гомерическое сражение?

– Чем раньше, тем лучше. Завтра утром.

– Не торопитесь, – сказал Матален. – Все не так просто. В городе прознают о том, что готовится, и обязательно придут понаблюдать за происходящим на поле брани. Вам станут мешать, и вместо поединка вы будете вынуждены устроить спектакль. Одним словом, эта идея, поначалу показавшаяся мне такой замечательной, на практике неосуществима.

– Жаль, – произнес д’Орбижа.

– Разве что… – продолжал маркиз. – Но нет, это невозможно.

– Ну уж нет, начал – договаривай. Что ты хотел сказать?

– Хотя почему «нет»? – воскликнул Матален. – Я нашел решение. Господа, это будет нечто совершенно грандиозное, дуэль времен Людовика XIII, в которой примут участие все без исключения. Но при этом ей будет присущ дух Людовика XV – сегодня вечером, самое позднее – завтра, мы устроим поединок при свете факелов.

Бретеры переглянулись.

– Не понимаете? Я предлагаю вам ночную дуэль, нечто такое, чего вы еще никогда не видели. Она не будет поединком, в котором все предопределено заранее, когда каждая сторона решительно настроена соблюдать установленные законы и правила. Площадку для поединка будут освещать несколько факелов, вы будете яростно сражаться, имея право отступать, напирать, хватать противника за горло и втаптывать его в землю. Одним словом, как я только что уже сказал, это будет настоящее сражение.

– Гениально! – закричал д’Орбижа.

– Да, – спросил чей-то голос, – но когда же он состоится, этот праздник?

– Как можно раньше! – воскликнул испанец. – Лучше всего сегодня же вечером.

– Что-то ты больно торопишься, – заметил уже упомянутый нами Маршан. – Может, сначала следует послать к этим американцам секундантов и поинтересоваться, согласятся ли они на наши условия?

В планы Маталена это предложение явно не вписывалось.

– Кому в подобных обстоятельствах нужны все эти прелиминарии?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Что мы можем просто принести с собой шпаги и предложить их нашим противникам.

– Да, но…

– Что же касается вызова на дуэль, то мы бросим его прямо на поле брани.

– Да говори ты яснее.

– Насколько мне известно, наша четверка живет на улице Тан-Пассе.

– Этот Матален поистине бесценен, все знает.

– Вы отправитесь к их жилищу, представляющему собой нечто вроде замка, а когда они будут возвращаться домой, обычно около одиннадцати вечера, преградите им путь и вынудите драться.

– Но ведь это все больше и больше напоминает собой ловушку! – воскликнул Жерве.

– Послушай, Жерве, сейчас ты у меня получишь.

– Пусть, но лучше так, чем потом подвергаться уголовному преследованию. Но драться с вами я буду лишь в том случае, если вы откажетесь от реализации своего пагубного плана.

– Почему это ты ставишь мне подобные условия?

– Вот почему: решив поджидать противника в засаде, будто в лесной чаще, вы будете недостойны скрестить шпагу с человеком чести.

С этими словами Жерве надел шляпу и вышел, на прощание сказав:

– Мой адрес вы знаете, не так ли? Всего доброго, господа.

– И скверный же у него характер, у этого Жерве, – промолвил Матален.

– Как же он все-таки глуп, – добавил д’Орбижа. – Даже не может понять, что ты задумал.

– Не беспокойтесь за него, – продолжал маркиз, – я займусь им и приведу в чувство.

Бретеры заулыбались.

– Ну что, господа, договорились? Вы одобряете мой план?

– Да! Да! – закричали в один голос дуэлянты.

– Когда предпримем нашу экспедицию?

– Сегодня вечером, сегодня вечером! – воскликнул вспыльчивый д’Орбижа, больше не в состоянии усидеть на месте.

– Нет, это, пожалуй, рановато, – сказал Матален. – У нас не будет времени как следует приготовиться. Нам понадобятся шпаги, по одной на каждого, да и потом, нужно будет раздобыть факелы.

– Ладно! – воскликнул Маршан. – Пусть тогда будет завтра вечером.

– В котором часу? – спросил д’Орбижа.

– От половины одиннадцатого до одиннадцати.

– Не рановато?

– Нет, спектакля завтра в театре не будет, поэтому ни одна кошка в этот час, на наше счастье, на улицу и носа не высунет.

– Или, наоборот, там только и будут, что кошки, – заметил верзила по имени Гранде, претендовавший на остроумие.

– Кроме того, – продолжал Матален, ничуть не удивившись шутке друга, – на улице Тан-Пассе, где преобладают не дома, а пустыри, к тому времени все уже будут давно спать.

– Решено! Подождем до завтра.

– Полагаю, господа, с моей стороны нет нужды напоминать вам о необходимости хранить все в тайне.

– Конечно! Конечно! – закричала пара голосов.

И компания рассталась.

На этом собрании, обретшем все черты заговора, присутствовало порядка дюжины бретеров, и ни один из них, за исключением разве что Маталена, не намеревался оставаться в стороне от кровавой драмы, которая должна была разыграться на следующий день.

Распрощавшись с эскадроном состоявших под его началом дуэлянтов, маркиз не смог отказать себе в удовольствии отправиться к баронессе де Мальвирад и рассказать ей о принятых решениях.

– Ах! – воскликнула злобная старуха. – Признаться, маркиз, вы впервые демонстрируете присутствие ума. В то же время вынуждена согласиться, что ход действительно мастерский.

– Вы находите? – спросил Матален, павший достаточно низко для того, чтобы чувствовать себя польщенным.

– Да, но нельзя допустить, чтобы так хорошо задуманная ловушка оказалась напрасной.

– Чего вы боитесь?

– Всего. К счастью, со своей стороны я тоже предприняла кое-какие действия. Не далее как сегодня Коарасс попал в сети одной глупой болтушки и положительно в нее влюбился.

– Что вы говорите!

– Завтра он тайком отправится на свидание, которое она ему назначила. Как вы думаете, что этой даме лучше сделать – задержать его или отпустить, чтобы он поспел к дуэли?

– Я не понимаю вашего вопроса.

– Я спрашиваю, не лучше ли сделать так, чтобы к моменту поединка у американцев было одной шпагой меньше?

Маталену этот вопрос показался несколько дерзким, но он катился по наклонной плоскости, на которой сразу было не остановиться.