Крепость стрелка Шарпа - Бернард Корнуэлл

– Какие могут быть обиды! С какой стати! Делайте, что считаете нужным, дружище. Уверен, вы разбираетесь в этом лучше меня. Одному богу известно, почему они вдруг решили, что здесь вообще нужен инженер! Для украшения, наверно. И все-таки хотелось бы найти себе применение. Я подумал, может быть, составить план эскарпа, а? Насколько я понимаю, этим еще никто не занимался, верно? Разумеется, Пинкни, если потребуется мой совет, спрашивайте, не стесняйтесь. – Стокс кивнул явно обрадованному таким поворотом дела Пинкни и огляделся. – Прекрасный пейзаж, не правда ли? Совсем не то, что равнина. Напоминает Шотландию.

– Здесь водятся тигры, – предупредил Шарп.

– В Шотландии зверья тоже хватает. Мне довелось однажды побывать в Форт-Уильяме – вот уж местечко! Как будто в Китай попал! Хуже, чем на Ньюфаундленде. Кстати, раз уж мы вспомнили об Америке. Та молодая женщина, которую вы мне прислали, она как раз в Америку и уехала. Совершенно невероятная затея, и я ей не единожды советовал выбросить эту глупость из головы. Там же медведи, говорил я ей. Совершенно неукротимые твари. Но женщину разве убедишь?

– Вы о Симоне говорите, сэр? – спросил Шарп, еще не веря своим ушам, но уже ощущая в груди холодок дурного предчувствия.

– О ней. Очаровательное создание. И так рано овдовела! – Стокс поцокал языком. – А что получилось? Встретила предсказателя, одного из тех голых старичков, что обычно корчат физиономии у индуистских храмов. И этот предсказатель посоветовал ей отправиться в Новый Свет. Дальнейшее понятно.

– А я думал, она меня ждет, – пробормотал Шарп.

– Вас ждет? Боже, конечно нет. Отправилась, по ее словам, в Луизиану. Прожила у меня с неделю – я, разумеется, съехал на это время, дабы не возбуждать ненужных разговоров, – а потом укатила в Мадрас с миссис Пеннингтон. Помните Шарлотту Пеннингтон? Вдову священника? Не думаю, что они сойдутся, уж больно разные, но ваша знакомая заупрямилась, вбила в голову, что должна уехать, и вот... – Майор был только рад поделиться с Шарпом последними новостями из Серингапатама. Оружейный склад закрыли, поскольку границы удерживаемой под контролем британцев территории ушли далеко на север, но Стокс занимался восстановлением внутренних городских фортификаций. – Очень плохая работа, доложу вам. Просто позор. Притронулся к стене, а она и рассыпалась.

Шарп не слушал. Он думая о Симоне. Уехала! Сейчас, наверно, уже в Мадрасе или даже на борту корабля. Уехала и забрала с собой Драгоценности. Пусть и немного, но все же. Он машинально провел пальцем по шву, в который были вшиты другие сокровища покойного султана Типу.

– Мадам Жубер... она оставила какую-нибудь записку? – спросил Шарп, воспользовавшись тем, что майор остановился на секунду. Зачем спросил? Неужели надеялся, что Симона позовет его за собой в Америку?

– Записку? Нет, не оставила. Слишком была занята. Кстати, оказалась довольно-таки богатой женщиной. Скупила половину шелков в городе, наняла десяток носильщиков и помахала нам ручкой. На нее засматривались едва ли не все офицеры в городе, но она ни на кого и внимания не обращала. Отбыла в Луизиану! – Майор вдруг нахмурился. – А в чем дело, Шарп? Так побледнели, будто привидение увидели. Не тошнит?

– Нет-нет. Просто... думал, что она, может быть, напишет.

– А! Понятно! Она вам нравилась! – Стокс покачал головой. – Вы знаете, дружище, как я к вам отношусь, но, ей-богу, на что вы могли рассчитывать? Женщины с такими деньжищами, как у нее, не смотрят на таких парней, как мы с вами. Увы, не смотрят. Она богачка! И выйдет за такого же. По крайней мере насколько это возможно во Французской Америке.

С такими деньжищами! Вот уж действительно! Когда Шарп встретил Симону Жубер, у той не было и гроша, но он доверился ей. Чертова лягушатница! Французская стерва! Так обмануть!

– Не обращайте внимания и не принимайте близко к сердцу, – посоветовал Стокс.

Не получалось. Предательство Симоны подкосило Шарпа, как пинок ниже пояса. И дело было даже не столько в драгоценностях – большая часть осталась при нем, – сколько в нарушенном обещании. Он злился, досадовал, возмущался, но в первую очередь чувствовал себя дураком. Простофилей. Первостатейным недоумком. Шарп повернулся и пошел навстречу тянущимся снизу повозкам, которые эскортировали две роты сипаев.

– Вот и моя работа, – сказал он, не желая говорить больше о Симоне.

– Обогнал их по пути, – заметил Стокс. – Кажется, везут порох. Признаться, люблю взрывать. Так что вы здесь делаете, Шарп?

– Занимаюсь снабжением, сэр. Доставляю из лагеря необходимое и веду учет.

– Что ж, надеюсь, у вас будет время помочь и мне. Поработаем вместе, а? Как в старые добрые времена!

– Было бы неплохо, сэр, – без особого энтузиазма отозвался Шарп и, подойдя к погонщикам, указал, где поставить привезенные бочки с порохом.

Его тут же обступила толпа. Каждый погонщик протягивал бумажку-наряд, и Шарп, достав карандаш, ставил в уголке листка свои инициалы, подтверждая тем самым исполнение работы и право на оплату.

Последний из погонщиков подал ему также запечатанный конверт, на котором фамилия и имя прапорщика были написаны четким мелким почерком.

– Это от писаря, сахиб, – произнес по-английски погонщик. Фразу он явно выучил специально, потому что никаких других английских слов не знал.

Вернувшись к холму, Шарп сломал печать. Письмо оказалось не от писаря, а от Торранса.

– Тьфу ты, черт!

– Что такое? – спросил Стокс.

– Есть здесь такой капитан Торранс, – пожаловался прапорщик. – Распоряжается обозом. Хочет, чтобы я вернулся в Деогаум, потому что обнаружились фальшивые расписки. – Он смял листок. – Какого дьявола ему от меня надо? Сам, что ли, не может в бумажках разобраться? – Вероятно, капитан просто боялся еще одной встречи с генералом и хотел подстраховаться, разделив возможную вину с помощником.

– Много времени у вас на это не уйдет, – махнул рукой Стокс. – Возьмите моего коня. Только не гоните, он и без того устал. Когда приедете в лагерь, вытрите его и напоите.

Доброта майора тронула Шарпа.

– Вы и вправду хотите, чтобы я его взял, сэр?

– Конечно, а для чего еще друзья? Давайте, Ричард, вперед. Верхом вы еще успеете вернуться к ужину. А я к тому времени приготовлю ваши любимые муссала.

Ранец остался с багажом Стокса. В нем лежали большой рубин и с десяток камней помельче, и поначалу Шарп хотел было взять его с собой, но потом подумал, что если не доверять майору, то кому же тогда доверять? Он попытался уговорить Ахмеда присмотреть за багажом, однако юный араб категорически отказался расставаться с хозяином и заявил, что побежит рядом с лошадью.

– Стокс тебя не обидит, – уговаривал Шарп, но мальчишка упрямо покачал головой.

– Я твой хавилдар.

Он вскинул на плечо мушкет и, привстав на цыпочки и вытянув шею, показал, что будет высматривать неприятеля. Обнаружить врага ему не удалось, но пантомима Ахмеда напомнила Шарпу о случае с Эллиотом. Может быть, стоит подождать и отправиться в лагерь с конвоем? Но тогда будет потеряно слишком много времени.